— Клятва, — подсказал Фед.

— Я — Константин Андреевич Воронцов, клянусь перед лицом богов, что готов рассказать всю правду по рассматриваемому делу.

Фиолетовый огонек возник на раскрытой ладони ведуна, подтверждая клятву.

— Почему вы не упомянули свой титул? — вдруг спросил Гай Ломав.

— Я присутствую здесь не как боярин, а как простой человек. Я вообще не горел желанием называть свое имя, мне было удобней путешествовать инкогнито, под прозвищем Странник, но обстоятельства вынудили меня раскрыть свою личность. И вот уже два дня я разгребаю последствия этого.

— Правда, — сообщил Лексей.

— Хорошо, Ваша светлость, — кивнул судья. — Расскажите все, что вам известно о событиях, произошедших с вами и вашими спутниками в поселке Горки.

Константин тяжело вздохнул, ему уже порядком надоело пересказывать, но, видимо, придется еще раз.

— Все началось с лавки Гнуса…

— Этого достаточно, — подвел итог судья, когда Константин завершил свой рассказ о расследовании смерти Дрына. — Один вопрос, Ваше сиятельство. Что вы делали ночью на месте силы?

— Это вас не касается, — отбрил его Воронцов, достаточно в грубой форме. — Я ведун, хоть и не слишком опытный, и не обязан раскрывать свои тайны. И никому не позволю лезть в мои дела. Вашу весь это не затрагивает, а значит, вам эти знания ни к чему.

— Хорошо, — вполне миролюбиво произнес Гай. Он взял со стола какой-то лист бумаги с вензелем и протянул Константину. — Ваши показания, ознакомьтесь и подпишите. Можно голосом, родовую печать прикладывать нет необходимости.

— Б…., - мысленно выругался Воронцов, читая текст, — как я про печать-то не подумал? Ведь она должна быть у каждого благородного.

— Верно, — подтвердила Юлия, — но в твоем случае ее могли украсть грабители или люди Авии. В герольдии можно будет заказать новую. Правда, выйдет недешево, поскольку это сложный артефакт с несколькими ведами.

— Ясно, — дочитав собственные показания, написанные красивым каллиграфическим почерком. — Будем думать об этом позже. — А вслух произнес, — а пока я, Константин Андреевич Воронцов, подтверждаю, что показания с моих слов записаны верно и мной прочитаны.

Мгновение, и тут же под текстом появилась размашистая красивая подпись. Вот только она не принадлежала прежнему Константину. Судья изучил ее и, кивнув, убрал лист в стол.

— Показания по делу старосты Дана Ладова получены, — строго и чопорно произнес Гай. — Я приму решение и заверю приговор. Вердикт будет оглашен сегодня в три пополудни на главной площади. Заседание суда завершено.

Константин мысленно усмехнулся. Офигеть заседание — ни подсудимого, ни адвоката, судья заслушал показания свидетелей и сказал, что вынесет вердикт, просто тут у них все. Интересно, какой процент судебных ошибок?

— На самом деле не такой уж и высокий, — тут же откликнулась Юлия, словно смогла уловить мысль. — Ведь все завязано на ведах и клятвах, соврать и очернить довольно сложно. И да, иногда я могу видеть или ощущать твои мысли, когда ты усиленно о чем-то размышляешь и требуешь ответа.

— Ясно, — произнес задумчиво Константин и вытащил из кармана часы, до времени оглашения приговора было еще почти четыре часа, этого должно хватить для прогулки по первому плану Астры. Только надо поесть сначала.

— Куда собрался? — словно почуяв, поинтересовалась Лада.

— Хочу прогуляться по первому плану, — ответил Воронцов. — Задачу, которую ставил вчера, не выполнил, так что, придется повторить. Но сначала нужно пожевать что-нибудь. — Он указал на харчевню, которая располагалась в двух шагах от управы, и неподалеку от места силы. — Эта вполне подойдет. Составишь компанию?

Лада кивнула.

— Конечно, Ваше сиятельство. Я же ваша телохранительница.

Константин улыбнулся и, спустившись с крыльца, направился в сторону выбранного заведения. Ели быстро и по-простому, яичница с салом и колбасой, еще один стакан травяного взвара.

— Блин, неужели тут нет чая и кофе? — взмолился Воронцов. — Ни за что не поверю.

— Я спрашивала у людей Авии, — тут же ответила Лада. — Есть, но это очень дорого, и в мелких поселках не встретишь, только в крупных городах. И пакет чая может стоить золотую куну, а то и две. Все зависит от удаления от мест, где их выращивают. А кофе еще дороже, цена стартует от трех.

— Надо будет в Тверде посмотреть, вроде город крупный.

— Зачем мы вообще туда едем? — тут же спросила Калинина.

— Есть несколько вопросов, которые мы сможем прояснить только там. Например, вопрос с герольдией, и поиск информации по нашей новой спутнице Юлии.

— А если я не хочу? — на полном серьезе спросила Лада.

Константин пожал плечами.

— А что ты хочешь? Мы едем вместе, нам тут какую-то войну навязывают, и если Страж прав, она коснется всех, кто живет здесь, сбежать то от нее некуда. Ты вольна поступать, как тебе вздумается. Хочешь осесть где-нибудь и клепать артефакты?

Калинина нехотя кивнула.

— Да хоть бы и здесь. Спокойное, приличное, чистое место. Ну, видела я тут парочку невольников с клеймами ведическими, переживу, в поселке Авии их было куда больше, да и контингент там был не того. Есть еще один аспект, который меня беспокоит, с момента знакомства с тобой я постоянно влипаю в неприятности — твари, бандиты. Я столько крови не видела за всю свою жизнь.

Константин улыбнулся.

— Я не потащу тебя за собой насильно. Хочешь жить здесь, оставайся, я выплачу тебе твою долю, найдутся у меня и золото и камни, выкуплю грузовик.

— Я… — Лада явно растерялась, она не ожидала, что он так легко согласится с ней расстаться. — Но есть слова Стража, — вспомнила она предупреждение о возможных проблемах, если она оставит Воронцова.

— А вот это будет уже исключительно твоей проблемой, — развел руками Константин. — Я не буду тебя неволить, хотя, признаю, твоя способность создавать сильные артефакты мне очень нужна. Я знаю, что ты станешь великими мастером. Даже с учетом малого опыта из твоих рук выходят очень сильные предметы. То, что будет, когда ты наберешься опыту? Но вот тебе вопрос — сможешь ты реализовать этот потенциал, осев в поселке Горки, пусть и крупном, но заштатном? Кто здесь потянет купить то, что ты изготовишь?

Калинана сидела, крайне задумчивая.

— Ты ведь манипулируешь мной, вынуждая принять решение, нужно тебе.

Константин понялся и кинул серебряную куну на стол, для оплаты завтрака на двоих этого было больше, чем достаточно.

— Лада, я объясняю тебе последствия твоих решений, заставляю тебя все взвесить. Давай так, скоро наш попутчик должен в себя прийти, поговори с ним. Я думаю, он присутствует в твоих планах. Не скрывай ничего, расскажи, как есть, только без подробностей про нас. Предложи ему от меня поступить на службу, конечно, с клятвой верности. Мужик он подготовленный, другой бы не выжил в той жопе, в которую угодил. Пусть думает. И ты тоже. Даю тебе время до вечера, вечером мне нужно будет твое решение. Хочешь остаться тут, оставайся. Но вот тебе задачка — боги сделали на нас ставку, я пойду дальше один, но если я не справлюсь, тьма придет и в Горки, и дальше.

— А ты не много на себя берешь? — обиженно поджав губы, зло спросила Калинина.

— Я беру только то, что могу унести. Все, время идет. Мне придется присутствовать на казни, а до этого нужно успеть добыть немного энергии для Юлии. Вечером я жду твое решение.

И, развернувшись, Воронцов вышел из харчевни.

— Я не понимаю ее, — неожиданно произнесла боярышня, — откуда это желание остаться здесь и ни во что не лезть?

— Я очень скупо рассказал тебе про наш мир, — направляясь к капищу, ответил Константин. — Он другой, не такой, как ваш. До того, как она потеряла мужа и ребенка, ее жизнь была спокойной и размеренной, счастливой, и в одночасье все это кончилось. Она не видела выхода, и тут ей его предложили. Так она оказалась в этом мире, где все иначе. Думаю, этот разговор — попытка вернуть кусок той спокойной жизни, где не нужно сражаться с тьмой, куда-то бежать, в кого-то стрелять. Я даже думаю, что она была вполне себе счастлива в поселке Авии, она занималась делом, и если бы у нее там был мужик, она бы не захотела никуда уезжать. И вот теперь я говорю, что нужно ехать дальше, чтобы найти информацию по твоему роду, и снова ехать, а потом опять ехать. Не всякая женщина на это согласится. Отсюда у нас конфликт интересов. Сколько тебе лет?