Воронцов взял и снова прижал к ране.

— Думаю, к утру и следа не останется, — прокомментировал он, регенерация у меня теперь запредельная.

— И у меня, — подтвердила Лада. — Тут порезалась сильно, к утру ничего не осталось, и шрам исчез.

— А может, и мне расскажите? — подал голос Горд.

Константин бросил на наемника задумчивый взгляд, словно что-то решая, потом посмотрел на Ладу.

— Где пять пуль, там и шесть… Может, все же добить его? Уж больно он любопытен.

Бывший детектив попытался сохранить серьезное выражение лица, но, увидев, как напряглась его спутница, а Горд вообще дернул рукой, словно хотел взяться за пистолет, не выдержал и рассмеялся.

— Да не бойся, — сквозь слезы произнес Воронцов, — никто тебя не тронет. Я не убиваю за любопытство.

— Дурацкая шутка, — произнесла Лада.

— Черный юмор, — пожал плечами Константин, — всегда питал к нему слабость.

— Странные вы, — заметил Горд, — словно чужие.

Лада дернулась, Воронцов же остался спокойным.

— Странные, — подтвердил он. — А теперь давайте думать, где взять запасное колесо, и нужно трофеи собрать, тут в радиусе полусотни метров девять трупов валяется.

— С колесом вопроса нет, есть у нас специально для таких случаев. — И Подземник указал на открытую дверь. — Там, под фургоном, где лестница отгадывается, закреплено. Ключ только нужен, оно на четырех железных полосах висит, а те на болтах. Рядом железный ящик с навесным замком, там домкрат и другой инструмент. Ключ от него в ящичке, тот, что на сиденье пассажирском.

— Бардачок это называется, — проинформировала аборигена Лада и полезла в кабину, через секунду она вернулась с ключом.

— Запасливые вы ребята, это очень хорошо, одной проблемой меньше, — обрадовался Воронцов, забирая у спутницы ключ. — Тогда так. Лада, на тебе сбор трофеев. Ближних поможет Подземник обыскать, а вот дальних тебе прислужник покажет, туда сходить придется, наш одноногий товарищ просто не допрыгает по склону. Шмонать внимательно, все карманы, ремни и т. д. А я пока колесо поменяю.

Первым вскочил Горд. Ухватив упавшие на пол костыли, он запрыгал к выходу, высота фургона была приличной, нагибаться ему почти не требовалось. Даже высокий Воронцов ходил без проблем, немного ссутулившись.

Лада же вытащила из барабана стрелянные гильзы, сменила их на новые. Револьвер у нее был мощный «улан», и отдача неслабо подбрасывала ствол. Так что, при случае нужно будет ей «Монарха» подобрать, он все же полегче, да и калибр не такой серьезной, отдача вполне приемлемая.

Константин последовал примеру напарницы и, выбив три пустые гильзы, достал из подсумка новые, которые тут же заняли освободившиеся гнезда в барабане. Выбравшись на улицу, он отпер инструментальный ящик, быстро осмотрел содержимое, домкрат был простейшим, но счастье, что был. Вооружившись гаечным ключом, он отвернул колесо, повезло, оно не пострадало в многочисленных передрягах.

— Хоронить будем? — спросил Горд, который как раз заканчивал обыскивать второго покойника, того самое, что сначала в колено получил, а потом в башку. — Не по-людски без костра бросать. Пусть и душегубы.

— Ага, девять трупов, — саркастично усмехнулся Воронцов, — а таскать опять нам с Ладой?

Причем Беляш свалил последнюю парочку в полсотни метров выше по склону, конечно вниз не в гору, но все равно запаримся, верный час потеряем.

— Нужно, они бы похоронили, пусть ограбили, но в огне не отказали бы.

— Так и хочется сказать — тебе надо, ты и делай. Я за последние три дня столько трупов в дым отправил, что меня уже тошнить начинает. Число к сотне подбирается.

— Сделаете? — надавил Горд.

— Сделаем, куда мы денемся? — ответил Константин. — Давай лучше не трепись, а тела обыскивай.

Он уже установил домкрат. Примитивный, конечно, но вполне рабочий. Правда повозиться пришлось, особенно с досками, на которые шла основная нагрузка. Колпак, четыре болта. Болты шли хорошо, к счастью до баллонника местные додумались, только один сопротивлялся, пришлось в раскачку. Четыре минуты, и пробитое колесо упало на землю, местные ничего нового не придумали.

— Только оружие и патроны. Пара амулетов, зачарованный сюртук, неплохой, им точно не по карману, прям на меня, — доложил Подземник, — денег у них с собой нет. Обычно банды вооружены лучше, думаю, это местные земледельцы, решившие поправить свои дела за счет соседей или таких случайных путников, как мы. Не будь у тебя прислужника, которого только ведой можно оглушить или убить, они бы нам кровь пустили, слишком уж их много было.

— Сюртук себе бери, — пытаясь прикинуть, как в одиночку поставить колесо, ответил Воронцов, — считай, компенсацией за твой.

— Добрый ты, — усмехнулся Подземник, — он не меньше десятка золотых стоит. Твое счастье, что ты его сначала в ногу, а потом в голову, револьвер бы в корпус не взял.

— Бери, — отмахнулся Константин, — у нас Ладой свои хорошие.

— С колесом помочь?

— Куда тебе на костылях под машину лезть? Лада поможет, сейчас свои трофеи притащит, и сделаем. А пока она мародерит тела, надо дорогу расчистить, это дерево не даст нам уехать.

Забравшись в фургон, он снял со стены здоровенный топор, взвесил в руке и, вздохнув, полез обратно.

Дерево не сказать, что большое, примерно полметра в обхвате, но возился он с ним почти час. Но нет худо без добра, оно оказалось вполне себе сухим и пошло на дрова для костра незадачливых грабителей. Горд все же уговорил Ладу, похоронить их, как принято, а она надавила на Воронцова. Так что, покончив с деревом, они еще час стаскивали трупы и готовились к погребению. Тем более Константину хотелось проверить, работает ли у него прощальная песнь. Швырнув факел в поленницу, которую соорудили прямо на дороге позади грузовика, он затянул первые строки, и буквально кожей ощутил, как слова, которые он пел, наполняются силой. Да, это был уникальный мир, полный непонятной энергией. И хоть его тут постоянно хотели убить, то твари, то люди, жить в нем было очень интересно.

Последнее слово было произнесено, и, как и в прошлые разы, костер прогорел дотла, оставив вместо внушительной поленницы и тел налетчиков только выжженное пятно.

— Вышло, — тихо, так, чтобы Горд не услышал, произнесла Лада, когда они вдвоем ставили колесо. — А ведь я не верила. Странно, я ведь слова запомнила с первого раза, как начала вслушиваться, так они в память врезались.

— Мир тут такой, слово имеет силу, — ответил Воронцов и принялся затягивать болты. — Все, — убирая инструмент в ящик, и подвешивая пробитое колесо, подвел итог Воронцов, — можно ехать.

Он заглянул в фургон и присвистнул, сейчас тот напоминал филиал оружейного магазина. Посреди этого богатства сидел Подземник и чистил стволы. Конечно, с его ограниченными возможностями это выходило не быстро, но количество грязного оружия просто удручало. Чего тут только не было — и пара гладкоствольных ружей, явно охотничьих, две старые родьки, еще без переделки под отъемные магазины, незнакомая винтовка с оптикой, причем очень странной, явно артефакт, надо будет потом посмотреть, пять карабинов, два из которых выглядели совсем убитыми. Револьверы, один «Монарх», но, судя по клейму, дешевка с юга, и даже реплика «Императора», только без приклада-кобуры.

— Богато, — присвистнул он. — Ладно, заканчивай, а то так трясет, что все детали растеряешь.

Горд кивнул и принялся собирать «иволгу», короткоствольный револьвер выглядел неплохо, даже какие-то гравировки были, явно дорабатывали.

— Это из него мне в лоб рикошет прилетел, — сообщил наемник.

Константин кивнул и обошел машину, фургону досталось, но тот, кто делал этот транспорт, неплохо в него вложился, зачарование обошлось дорого, следы от пуль на бортах, но ни одна не пробила, испятнанные бронелисты дверей и окон. Воронцов провел пальцем по входному отверстию, это было единственное пробитие, которое едва не стоило жизни Ладе. Странно. Только одна пуля.

— Беляш, давай в карман, пора ехать, — позвал он прислужника.