Вот промелькнула и осталась за спиной стела «Добро пожаловать в Энск», все, теперь прямая дорога в восемьдесят километров, затем свернуть, и еще пятьдесят.

Машин на трассе было много, мир продолжал жить своей жизнью, не обращая внимания на крохотный городок, в котором назревали большие проблемы. Радим торопился, поэтому пару пробок, возникших из-за аварий, в наглую объехал по встречке. ДПСники тормозили и начинали орать, но, увидев ксиву, замолкали и права качать прекращали. Только один принципиальный грозился пожаловаться его начальству на самоуправство лейтенанта ФСБ. Но это, в отличие от затора, задерживало Дикого всего на пару минут. Перед съездом с федеральной трассы он заправился и плотно перекусил на бензозаправке.

Машина ДПС, стоящая на свертке, перекрывала дорогу. У обочины жалось с полсотни различных транспортных средств, которым не дали проехать. С той стороны тоже никого не выпускали, и там очередь была куда больше. Это покидали Заринск и окрестности беженцы. Рядом с патрульной машиной в полном обвесе в шлемах, в брониках, с ксюхами в руках стояла пара полицейских. И обоих Радим знал. Повинуясь взмаху жезла, он прижался к обочине и выбрался из машины. Молодой младший сержант, увидев Радима, четко козырнул и резко сдал назад, уступая право беседы старшему по званию.

— Здорово, старлей, — пожимая руку подошедшему Романову, поприветствовал его Вяземский.

— И тебе не хворать, лейтенант, — отозвался ДПСник. Выглядел он плохо, глаза запали, руки подрагивают. — Там такое… — наконец, произнес он.

— Знаю, — кивнул Радим. — Я для этого и приехал, чтобы попытаться это остановить. В город не вздумай возвращаться.

— А эти, которые агрессивные, их можно спасти? — спросил Романов почти шепотом.

Радим едва заметно покачал головой.

— Так что, если на тебя такой выйдет, хоть он тебе сват или брат, вали, не раздумывая, иначе он тебе глотку перегрызет. У тебя родня в городе есть?

— Не-а, — замотал старлей головой. — Мы с напарником из деревеньки, что в трех километрах за Заринском. — Тут в его глазах проскользнули испуг и паника. — Там тоже начнется?

— Если я свою работу сделаю, не начнется. К городу ближе, чем на километр, не приближаться, он сейчас — зона заражения, но пока все будет только в его пределах. — Радим бросил взгляд на трассу, там, ревя моторами, ползла армейская колонна. — Все, старлей, пора мне, время дорого, а с этими ребятами, — Вяземский мотнул в сторону армейцев, — я объясняться не хочу, они долго будут звонить, по цепочке выясняя мои полномочия, это займет время, а оно сейчас бесценно.

— Езжай, лейтенант, — разрешил Романов. — Делай, что должно.

Дикий прыгнул за руль и рванул в сторону Заринска. Его провожали злые взгляды тех, кого не пустили, они даже не представляли, насколько им повезло.

Надо сказать, он вовремя успел проскочить поворот, поскольку в зеркало заднего вида увидел, как следом за ним сворачивает внушительная колонна из грузовиков и бронетехники, а машина ВАИ перекрывает дорогу на въезд и выезд, присоединяясь к старлею Романову и его напарнику. А вот грузовики и броня пошли дальше.

Тридцать минут, и впереди мост через довольно приличную реку, которая частично опоясывает город. Прямо за мостом жидкая лесополоса, за которой виднелись унылые пятиэтажки. Остановившись в начале моста, Радим вышел из машины. С минуту он изучал обстановку. То, что с момента последнего доклада ситуация ухудшилась, было ясно, как то, что снег холодный, а вода мокрая. Первое, на что он обратил внимание, была тишина. Из Заринска не раздавалось ни единого звука, дорога просматривалась метров на двести, и она была абсолютно пуста. На той стороне моста стояла машина дежурной части, двери открыты, рядом с ней никого. Вяземский вытащил из сумки бинокль и принялся шарить по окнам, ища хоть какое-то присутствие людей, но было пусто. Никто не пытался вырваться из города, а это означало только одно — он погиб быстро и почти мгновенно. Про такое он не читал и не слышал. По данным, которые предоставил ему генерал, первые случаи немотивированной агрессии произошли около часу ночи. Несколько человек напали на окраине на патруль полицейских, которых вызвали на драку в рюмочной. Стражи порядка отбились, но внутри наливайки нашлись шесть трупов. Дальше нападения стали чуть ли не массовыми. Радим посмотрел на часы, время подбиралось к девяти утра, он не верил, что город погиб за восемь часов, но его безжизненность говорила именно об этом. Радим вытащил из сумки маску ищущего и взглянул на Заринск через поиск сокрытого. Первое, что он увидел, это барьер, мыльный пузырь накрывал город. Он выглядел тонким, хрупким, слегка мутноватым, но Дикий был уверен, что с ним не справится даже руна разрушения. Внутри пузыря хаотично перемещались черные частицы. Не сказать, что завеса плотная, но все же видимость ограничивалась сорока метрами, складывалось ощущение, что кто-то тонер из картриджа для лазерника вверх подбросил. Одно было ясно — в город так просто не попасть. Может, и есть шанс пройти зеркалами, вот только что-то подсказывало Вяземскому, что для него это плохо закончится.

Радим достал рабочий смартфон, собираясь выйти на связь со Старостиным. Но связи не было, значок оператора сотовой сети перечеркнут. Чертыхнувшись, Дикий стянул маску и, убрав ее обратно в сумку, прыгнул во вранглер, развернулся и поехал в обратном направлении. Армейцы, с которыми он столкнулся у поворота с федеральной трассы, не торопились, и пока еще не показались на горизонте, что было странно. По идее, они бы должны подходить к Заринску, но дорога была чиста. Сигнал сотового оператора появился только спустя шесть километров, включился навигатор, посыпались сообщения на мобильники. Радим достал служебный и быстро прочитал СМС от Старостина: «В город пока не суйся, жди приказа». Вяземский усмехнулся и нажал на зеленую трубку, вызывая полковника.

— Радим, хорошо, что ты не успел в Заринск, там какая-то дичь творится. Вояки повесили над городом беспилотник, жители, как зомби, стекаются на центральную площадь. Кое-где видны трупы, кровь, парочка пожаров, особенно там, где рухнула МЧСовская вертушка. Армейцев мы тоже пока притормозили, они встали в десяти километрах. Что происходит в этом маленьком городке, мы не понимаем. Скоро подойдут подкрепления из зеркальщиков со всей страны, да и мира, мы известили всех. Коллеги напряглись, разве только кроме бритишей и пиндосов, эти (те еще гондоны) позлорадствовали, сказали — ваши проблемы, оттуда помощи не будет, но мы и не рассчитывали. Так, известили, чтобы хотя бы знали, что происходит. Выдвигайся в небольшую деревеньку Золино, ее уже эвакуируют, как и близлежащие поселки, там развернут штаб операции, туда будут стекаться зеркальщики, которые захотят помочь.

— Принято, — выдал Дикий. — Я тоже с новостями, я осмотрел город через маску ищущего.

— Да, я видел, — усмехнулся Старостин. — Оператор дрона тебя срисовал, пришлось накрутить хвост его командиру, чтобы те помалкивали, а они реально в ступор впали, увидев на мосту человека в светящейся багровой маске с пылающими золотом глазами. Сам знаешь, какая оптика на дронах. Они даже руны разглядели, и это с высоты в километр. Ладно, что там у тебя?

— В общем, город окружен барьером, думаю, очень прочным, напоминает мыльный пузырь. Высота — метров пятьдесят. Внутри видимость препоганая — в воздухе висят какие-то черные частицы, типа пыли или порошка для лазерного принтера. Думаю, не обошлось без демонов. Вы там ничего на трансляции своей не видели?

— Нет, — спустя секунд двадцать, ответил Старостин, — только люди. За новые данные спасибо, думаю, именно эта пыль стала причиной того, что жители так быстро обратились. Мы уже сами догадались, что ментальная атака тут не при чем, но не хватало в наших выкладках чего-то, и вот, похоже, ты нам эту информацию предоставил. Двигай в Золино, ищи там зеркало и открывай проход, Жданова не будем ждать, — полковник хохотнул, — прости за каламбур, заберешь Платова с бойцами, хоть не один уже будешь.