Помимо этого, руководитель Академии негласно имеет доступ во дворец. У Дерека это всё и так было, но это скорее исключение. Прежний ректор появлялся при дворе всего несколько раз и строго по вескому поводу.

Стопка книг на моём столе росла, а Шушу тихо выползла из кармана и устроилась под лампой.

— Не нравится мне то, что они так близко общаются. Не хочу накручивать тебя, Амелия, но не похожа ведьма на простую бывшую знакомую, — тихо шипела Шушу, в ответ на мои громкие мысли.

Вначале я тоже так думала, но, покопавшись в книгах, убедила себя в обратном.

Даже если Ванесса имела на дракона какие-то свои виды, это грозило им ярким и коротким романом.

Невинным романом.

Ведь та самая близость, во время которой девушка теряет невинность, и была той самой инициацией ведьмы. После, насколько меня просветили книги, Верховная соблюдала чистоту до появления первенца.

Каждая близость с мужчиной уменьшала её тьму и грозила рождением мальчика, что считалось великой карой. Именно поэтому, близость от момента инициации и до появления первенца ведьме была запрещена, особенно Верховной, особенно Северного Клана.

Северяне славились своими строгими порядками, а значит, роман между Дереком и Ванессой был исключен — у ведьмы ещё не было дочери.

Так я утешала себя первое время. Но вот спустя неделю, когда подошло время финальных испытаний полугодия, всё изменилось…

Чем больше я читала про ведьм, их традиции, правила и ритуалы, тем тверже убеждалась в том, что отец недооценивает угрозу. Или же её недооценивал Дарий.

Наследный принц чаще всего имел дело с ведьмами и всегда говорил о них с нескрываемым восхищением. Порой Мина даже ревновала, подозревая, что не просто так её супруг восхищается ведьмами. Точнее, что восхищается он одной конкретной ведьмой, не называя имени.

Раньше я не понимала её беспокойства, но теперь поняла. Если Дарий знал о Верховной или был знаком с Ванессой…

Примерно так я объяснила, как именно и при каких обстоятельствах Дерек подружился с Верховной, — она была любовницей принца.

Точнее, не так — Дарий стал тем самым магом для инициации.

Он сам рассказывал, что для инициации ведьмы выбирают влиятельных и сильных магов. Якобы тьма любит силу: чем сильнее маг, тем больше тьмы притянет ведьма. До определенного момента я считала, что речь идёт о простом ритуале. А когда поняла, мысленно пожалела Мину.

Нет, она знала, что Дарий был падок на красивых магесс. Знала, что их брак был полностью политическим решением короля и его советника. Но от этого не легче.

Мой брат был красивым и влиятельным, а потому не обделен женским вниманием.

Не питая особой привязанности к жене, он нередко заводил тайных любовниц. Но все тайные связи рано или поздно были замечены. После такого, во избежание скандала, принцу приходилось разыгрывать любящего супруга.

Окружённая вниманием и излишней заботой виноватого супруга, Мина на время расцветала, а потом всё повторялось.

Именно поэтому я собиралась противиться договорному замужеству до последнего. К счастью, до появления Дерека делать этого не приходилось.

Пока что из всех в нашей семье повезло только Афилии. Они с Бруни с детства симпатизировали друг другу, и родители пожалели сестру. Несмотря на более выгодные партии, им позволили пожениться.

Конечно, будь Бруни не сыном придворного целителя, а простолюдином, никакие чувства не спасли бы сестру от договорного брака. Но магия целителя и наличие хоть какой-то родословной позволили избежать незавидной участи.

Я же с рождения была обречена… Точнее, обручена с сыном первого советника. До того самого момента, пока не появилась Шушу.

Просто в один прекрасный день, когда мне исполнилось то ли три, то ли шесть, няня застала меня, играющей со змеей в колыбели.

После шока, истерик и попыток защитить меня от опасного существа они поняли, что план пристроить младшую принцессу провалился.

Шушу была моим фамильяром, и, к сожалению отца, выбрать жениха девочке со странными и непонятными способностями было не так просто.

Слишком непредсказуемая магия, слишком непредсказуемые последствия.

Слишком опасный претендент на трон.

С Дереком риск был минимальным. От дракона, как правило, рождаются драконы. Пусть и слабые, но драконы. Чего не скажешь про оборотней и эльфов.

Судя по слухам, в смешанном браке с ушастым или хвостатым, магом рождался каждый второй ребенок. Поэтому меня так тщательно сторожили.

Вражескому королю достаточно получить наследника-мага, чтобы захватить трон Аркама. Посадить подконтрольного мага на трон и подтвердить право силой. Трон примет только того, в ком есть хоть капля магии подчинения. Об этом позаботились наши предки, а потому с древнейших времён Аркамом правит род Соул.

По этой причине захватчикам нужен ребёнок-маг. И учитывая, что Афилия уже давно замужем, самый лёгкий способ получить законного претендента на трон и закрепиться в Аркаме — украсть и обесчестить младшую принцессу.

Жаль, что истинные мотивы отца я раскапывала самостоятельно или делала выводы с подсказками Шушу. Если бы они всё объяснили сразу, всем было бы проще. Грустно, печально, но намного проще.

Я бы не думала, что меня просто слишком опекают. И не капризничала, когда во дворец приезжали делегации.

Меня прятали как сокровище. Или как опасное заклинание, способное разрушить всё королевство и его порядки.

Захлопывая очередную книгу, я собрала ещё две в охапку и потопала в комнату. Интересно, какой именно сюрприз ждёт меня у двери сегодня?

— Конфет бы, — вздохнула Шушу и залезла в карман.

Как и обещал, Дерек сообщил всем о моей свободе весьма своеобразным способом — и с размахом, присущим высокомерному ящеру.

Спустя несколько дней после Бала, под моей комнатой появился огромный букет амелий.

Да, тех самых, от которых кружилась голова. Только в этот раз дурманящая сердцевина была заменена на цветные обертки, в которых лежали самые вкусные в моей жизни конфеты.

Судя по реакции Шушу — алкогольные, из которых мне досталось всего несколько.

Вот уже три дня, каждый вечер, под моей дверью красуется новый букет. Но и тут змейка нашла, к чему придраться, ведь конфеты оказались только в первом.

В остальном, Дерек идеально обставил мой развод и просчитал последствия.

Уже следующим утром на лекции соседние со мной места не пустовали, а новоявленные подружки очень удачно заметили отсутствие браслета и разнесли эти сплетни по всей Академии.

Единственные, кто смотрел на меня косо и с замешательством, — Рори, Фриц и Лерой.

Медведь был зол и озадачен, а его друзья не понимали, что происходит.

После той выходки и хамства в кладовой я не стала объяснять Рори странное несовпадение с браслетом, который якобы не собиралась снимать, а уже утром оказалась без него.

Пусть считает, что это была проверка «нового жениха», которую он провалил.

Я не пыталась объясниться с магом, а он разумно держался на расстоянии. Чувствуя настроение своего негласного лидера, остальные вымогатели тоже обходили меня стороной.

Впрочем, и без их внимания я не скучала. Не успела насладиться сплетнями о своем разводе, как под дверью появился ещё больший букет, вызвавший негодование любопытных адепток.

Кто-то поговаривал, что после расторжения обряда мой муж осознал свою потерю и вымаливает прощение. Другие сплетничали, что это от семьи, которая подыскивает мне нового жениха.

Пришлось намекнуть, что это точно не жених, а всего лишь поклонник. Тайный поклонник, ставший свидетелем того, как с меня сняли браслет, и внезапно осознавший свои чувства.

В целом звучало правдоподобно, и Дерек не возражал. Он и правда был свидетелем того, как с меня сняли браслет, если не учитывать, что он же был и активным инициатором, и исполнителем.

Этим вечером под дверью своей комнаты мы с Шушу обнаружили коробку. Большую, квадратную и с синей лентой.