В целом магесса с бытового факультета насчитала мне ровно десять золотых — два месяца учебы и жизни в Академии. Монеты Рори после такого вернулись на стол, а я решила, что не так уж хотелось.

— По меньшей мере ты не увидишь дракона с его крысой, — окончательно успокоила меня Шушу.

Коробка стояла на кровати несколько часов, пока я пыталась понять, стоит ли ее открывать.

Если Дария замучила совесть, это был слабый способ извиниться.

Или это Афилия не смогла помочь деньгами, но прислала платье.

А может, мама?

Она знала, как я когда-то мечтала попасть на бал. Но каждый раз меня отправляли в комнату после банкета.

— Слишком много чужаков и слишком небезопасно. Не раньше, чем на руке появится браслет, — выдавала она свою обычную отговорку.

Пока во дворце гремела музыка, мы с Шушу танцевали вдвоём, пока не начинали болеть ноги.

— Открывай, если это от Дария, там такое платье, что отдать бытовикам на ткань на тряпки, — поторопила меня Шушу.

Нет, это платье выбирал точно не Дарий и даже не его супруга. Мина не обладала безупречным вкусом, в отличие от того, кто выбирал для меня этот наряд.

Нежно-розовая сияющая ткань и такие же идеально подходящие к наряду туфли.

— Шушу, я сейчас заплачу. Это самое красивое платье, которое я надевала, — приложила платье к себе и встала перед зеркалом.

Змейка молча вынула заколку из волос. Чёрные локоны рассыпались по плечам, и мы с подружкой томно вздохнули. В зеркале была не Мия Лоус — по ту сторону на меня смотрела принцесса Амелия.

Редко в каком наряде я была настолько хороша. Даже стало обидно, что никто не видел подобное очарование.

Уверена, появись я в подобном виде в столице, называть имя не пришлось бы. Я была точной копией матушки в молодости, а она до сих пор считается первой красавицей королевства. Только волосы, как и магия, достались от отца.

— Красота. На любом из приемов во дворце я была бы самой завидной спутницей, — похвалила своё отражение.

Неудивительно, что родители не пускали меня на балы. Появись я в подобном наряде, им неделями пришлось бы писать отказы ухажерам.

Вздохнув, я посмотрела на такую же зачарованную Шушу.

— Кто бы ни прислал этот наряд, он золота не пожалел. А ещё там шубка и ожерелье: белое золото, морганит, сапфир. Дорого, очень дорого, даже твоя сестра не стала бы тратить столько золота, — прошуршала змейка.

— Не стала бы, и в этом проблема. Никто из них не стал бы. Больше некому дарить мне подобные платья, да и незачем, — задумчиво посмотрела в отражение.

Шушу, как всегда, сообразила, что именно следует сделать.

— Мне жаль, Амелия. Если нужно ещё что-нибудь, ты знаешь, где меня найти. Или пришли записсску, — прочла змейка приложенное письмо.

— Дракон! — выпалили мы одновременно.

Так вот кого совесть замучила. Ящер понял, что из-за него я осталась и без золота, и без поддержки семьи, и решил откупиться платьем.

Первым желанием было взять коробку и надеть её чешуйчатому гаду на его чрезмерно раздутое самомнение. Но вместо этого, я кинула платье на стул и села на кровать, сметая с нее короб с украшениями.

Больше они не казались мне красивыми и блестящими.

— Жаль, до бала осталось всего три дня. Продать бы это платье, и можно не переживать из-за денег до конца курса. Ещё и сходить на ярмарку денег хватит, — разочарованно вздохнула.

— Шшшубку надень завтра на лекции и серьги, — подсказала выход змейка.

— С формой оно будет выглядеть нелепо, но у меня есть другая мысль, — спрятав в пальто десять золотых, я сложила подарок ректора в коробку и затолкала под кровать.

Каким бы красивым ни было платье, оно запачкано предательством. От такого не помогут никакие очистные заклинания.

Я бы выкинула наряд или гордо вернула его ящеру. Но гордость для нищей принцессы — слишком большое удовольствие. А север, на который меня отправят, слишком холодный, чтобы попасть туда из-за глупого скандала.

Следующим же утром, перед лекциями я попыталась поймать медведя. Ну или полу-медведя.

Несмотря на немаленькие габариты, отыскать Рори в зале для всего курса оказалось непросто. И ещё сложнее — обойти двух его друзей.

— Нужна помощь, — села рядом с магом, отодвинув ошарашенного такой наглостью Лероя.

— Лоус, тебя действительно поздно выловили из озера. Рыбка, ты, кажется, потерялась, — прозвучал вкрадчивый голос Фрица.

Компания моего будущего союзника продолжала сыпать странными фразами и банальными оскорблениями, а Рори всё никак не мог определиться с реакцией.

— Муженек узнал про бал, решил откупиться платьем и украшениями. Я лучше буду лягушек на болоте есть, чем надену то, что прислал этот подлец, — тихо сказала озадаченному Рори, выкладывая на стол десять золотых.

Кажется, когда маг предлагал свою помощь, он рассчитывал, что это будет где-то в каморке, в коридоре и без свидетелей. А не в полном зале адептов и под звуки хамства его товарищей.

Но золото быстро помогло Рори определиться. Сгребая свои же монеты в карман, он кивнул Фрицу и Лерою.

— Там же, где и в прошлый раз, Лоус. Вечером, после практики. Платье сейчас не актуально, но я спрошу. А вот побрякушки неси сразу. Ведьмы не зря устроили ярмарку — быстро заберут, если что-то стоящее, — спокойно и тихо произнёс Рори.

Кивнув, я уже собиралась уходить, когда рука медведя накрыла мою, усаживая на место.

— Сиди тут. Теперь ты с нами. Больше тебя никто не тронет, — строго сказал Рори, переводя взгляд с Лероя на Фрица.

— С нами, так с нами. Хоть в долю пусть берёт. Мне ещё форму новую покупать, — недовольно буркнул Лерой, плюхнувшись рядом со мной.

— Сапоги бы поменять. Скоро пальцами буду снег протаптывать, — так же тихо фыркнул Фриц.

— Поделимся. Лоус не жадная. Просто, как и все они, росла цветочком в клумбе и не знала, что за забором дует ветер. А потом, видимо, зубки показала — вот её и осадили. Или женишка с любовницей застукала и истерику устроила? — сказал Рори и как-то слишком пристально посмотрел на меня, будто точно знал ответ.

Не застала ведь… Или почти застала. И не женишка вовсе. Но взгляд всё-таки отвела.

Все трое магов вздохнули.

— Хорошо хоть на север не отослал, — попытался утешить меня Лерой. — Моя матушка работала у лорда. Так он жену на север, а любовниц в дом, в хозяйскую спальню. А потом бастардов жене отправляет — воспитывать. Молодая магесса за несколько лет поседела, иссохла вся и недавно отправилась к предкам, — указал он пальцем вверх.

Имя лорда, о котором ходили подобные слухи, всплыло само собой.

Помнится, именно за него замуж меня собирались выдать после того, как Родерик аннулирует обряд.

— Лорд Куц, — прошептала, и рука Рори сжалась на моей.

— Да, слухи опережают старика даже среди простых магов. У него жёны долго не живут, — прохрипел с другой стороны Фриц.

— Ты что, с ним знакома? — удивлённо спросил Рори.

Видимо, я не только скривилась, но ещё и побледнела.

Слишком бурная реакция на слухи, а медведь оказался умнее, чем я предполагала.

— Меня, когда замуж выдавали, угрожали этим лордом. Не думала, что он настолько популярный в королевстве, — пришлось искать объяснение такой реакции.

И ведь не соврала же. Почти.

Рори вздохнул и сочувствующе погладил мою руку. И именно в этот момент, сквозь гул голосов, в зале раздались громкие мужские шаги.

Дерек Родерик, громко шагая по лестнице, вошёл в зал и встал за трибуной магистра. Лично ректор явился на нашу лекцию, и это было неспроста.

Последние дни дракона в Академии почти не видели. То он с любовницей порталом отправлялся на север в ковен, то проводил время в лагере около ярмарки.

Магистры во время отсутствия ректора-тирана вздыхали с облегчением, а студенты сплетничали, что вовсе не расширением факультета занят молодой дракон. Помощница и, по совместительству, любовница почти от него не отлипала, а встречи в ковене были лишь поводом.