Я не слишком вслушивалась в болтовню адепток, которые все еще тайно мечтали надеть на дракона свой браслет или каким-то чудом оказаться его истинной. Но когда следом за Дереком вошла Маэль, слухи обрели четкие очертания.

У магессы было такое декольте, что рассмотреть ее формы можно было даже с среднего ряда, на котором сидели мои новые «некультурные» друзья.

Поскольку мы с Рори сидели между Фрицем и Лероем, я слышала каждую шутку про Дерека и Маэль. И хотя многие из них были завуалированными, после пятой я, кажется, даже покраснела.

— Ну ты понял, да? — толкнул Лерой Рори, едва сдерживая смех.

— Понял, — вздохнул Рори, бросив странный взгляд в мою сторону.

От их разговоров было не по себе, но я всё же не сдержала любопытства.

— А что значит… это? — осторожно спросила у Рори, не желая привлекать внимание.

Глаза медведя округлились. Лерой громко хрюкнул, а Фриц прикрыл рот руками, чтобы не расхохотаться в голос.

— Ты правда не знаешь? — выдавил наконец Рори, но вместо ответа покосился на трибуну, где Дерек что-то обсуждал с подоспевшими магистрами.

Потом его взгляд вернулся ко мне, и на губах появилась странная ухмылка.

— Я, конечно, слышал слухи, Лоус, но не думал, что твой муженёк настолько отбитый болван, — тихо сказал он.

— Не понимаю, — замотала головой, чувствуя, как вспыхнули щеки.

Оставалось только догадываться, о каких именно слухах толкует маг, учитывая, что последние четверть часа за нашим столом звучали исключительно неприличные шутки.

Долго гадать не пришлось. Простолюдины не обладали излишней скромностью и с радостью объяснили, что обо мне сплетничают.

— Да брось! — рыкнул Фриц, перебивая Рори. — Все знают, что муженёк отправил тебя в Академию сразу после обряда, да ещё в свадебном платье! Мы-то думали, ты сбежала, а оказалось, он тебя сам сюда сослал. И не искал, не возвращал… Ты же ни разу даже в город не выходила, значит, брак еще не консумирован, — охотно поделился сплетнями маг.

От такого откровения покраснели не только щеки. Кажется, я вся стала по цвету напоминать отвар из брусники, а стул внезапно превратился в колючее и неудобное препятствие.

Но и этого позорного разговора Фрицу показалось недостаточно. Ехидно оскалившись, он наклонился ближе, явно намереваясь сделать свой выпад еще более дерзким:

— Ты только скажи, Лоус, у нас магов много, пусть и без титула. Такую красоту невинной никто не оставит, даже с «вавкой в голове», — ухмыльнулся он, подмигнув. — Ну разве что твой недоделок, — добавил еще более язвительно.

— Остынь, любвеобильный! — рыкнул Рори, толкнув друга в бок.

С другой стороны послышался смех.

— О-оу, брат, полегче, — захохотал Лерой. — Он забыл, что это ты у нас первый глаз на Лоус положил? Чего ждёшь? Пока муженёк явится? Девушка два года одна в комнате страдает, спасать надо!

От подобных разговоров стало совсем неуютно и даже чуточку гадко. Как бы я ни брезговала драконом, обсуждать подобное было явно чересчур.

Наплевав на магистров и ректора, я попыталась встать, чтобы пересесть, но Рори вскочил следом и излишне шумно вернул меня на место.

— Сядь, Лоус. Они просто шутят. Никто тебя пальцем не тронет. Простолюдины мы, вашим прилежностям не обучены. Но и на подлость не способны, — попытался меня успокоить.

Приобнимая за плечи, он не позволял встать или отстраниться.

— Всё хорошо, я просто хочу пересесть, — соврала, то и дело порываясь сбросить руки мага и уйти.

Но куда там. Медведь он и в облике мага медведь.

Крепко прижимая меня к себе, Рори продолжал удерживать рядом, игнорируя тихие смешки своих друзей.

Даже ради монет терпеть такое я не хотела, и, к счастью, долго не пришлось.

— Адепт Рори! — прогремел голос с трибуны. — С моего места кажется, что адептка Лоус не желает ваших объятий, как и обсуждения её мужа и личной жизни. Соблюдайте приличия!

Последние слова рыком пронеслись по залу, и на какое-то время в аудитории воцарилась тишина.

Дерек стоял за трибуной, его пристальный взгляд прожигал Рори, обещая всевозможные наказания, если тот немедленно не отступит. Не знай я дракона, подумала бы, что ревнует.

Но нет, ректор заметил нашу перепалку и, судя по словам, слышал, как именно его называли. В его взгляде читались только высокомерие и задетая гордость — ни тени иных чувств.

Пусть Рори и Фриц не знали, о ком говорили, зато об этом хорошо знал наш весьма занятый любовницей ректор. А ещё он, вероятно, слышал, как адепты предлагали лишить меня невинности. Почему-то такой способ аннулировать обряд, дракона не порадовал.

Я бы позлорадствовала тому, что Дерек выслушал о себе не один десяток шуток и оскорблений. Но почему-то всё ещё было только неуютно.

Хвостатый ректор прожигал магов взглядом. А медведь, кажется, застыл от удивления, не ожидая, что попадёт в столь щекотливую ситуацию, хотя даже не подозревал, насколько крупно он влип.

Воспользовавшись гляделками двух мужчин, я снова дернулась в окаменевших объятиях Рори. Очередная попытка вырваться наконец-то увенчалась успехом.

— Вечером поговорим, — произнес маг одними губами и отпустил.

Под пристальным взглядом всех магистров, адептов и любовницы своего предателя мужа, я встала и попыталась уйти из зала. Но кто бы мне позволил.

— Адептка Лоус, у нас важное заявление по поводу бала. Для вас имеется место в первом ряду, — дракон указал на место прямо напротив трибуны.

Оно всегда пустовало, потому что сидеть под носом у магистров не любили даже те, кто постоянно получал стипендии. Но выбора не было.

Под сопровождение улыбок и тихого шёпота Маэль я спустилась и села напротив трибуны.

Каждая ступенька позволяла лучше рассмотреть, как эта крыса жмётся к дракону, как поглаживает его по плечу. Даже если не знать, что она его любовница, достаточно нескольких минут, чтобы понять — отношения господина ректора и помощницы старого Виндома давно вышли за рамки рабочих.

— Ненавижу тебя, гад хвостатый, — прошептала, медленно опускаясь на стул и пристально смотря прямо в зелёные глаза Дерека.

Лишь на мгновение в них вспыхнула магия, а по лицу промелькнула волна голубой чешуи. Если он и не услышал мои слова, то прочёл всё по лицу. Но уже в следующую секунду лицо ректора украсила маска безразличия.

Остальную часть дня я провела как в тумане.

Сначала — наставления господина ректора и магистров. Всем адептам перед балом выдавали инструкции: как себя вести, какие правила соблюдать и чем грозит их нарушение.

Меня их наставления мало волновали, а потому, пока все охали и ахали от описаний того, что делать можно или нельзя, я рисовала руны. Обычные защитные руны. Это было полезнее, чем слушать про бал, на который я идти не собиралась.

После этого были скучные лекции про оборотней, а вечером — совсем унылый поход в библиотеку. Всё казалось однообразным, пока не наступила ночь.

Рисовать руну и вовремя поставить её на дверь оказалось разными вещами.

Возвращаясь в свою комнату, я сразу заметила, что что-то не так. Шушу дремала на согревающем артефакте, который я точно не активировала. А главное — в комнате оказался незваный гость.

— В третьей руне из раза в раз ты делаешь одну и ту же ошибку, Амелия. Так она не будет работать, — прозвучал тихий низкий голос.

На кровати лежал листок, исписанный защитными рунами, а рядом с ним сидел наглый дракон. Судя по ровному почерку, господин ректор лично принёс мне правильные руны.

Правда, сделал это весьма своеобразно и совершенно не вовремя. Впрочем, как всегда.

Не знаю, какой реакции он ждал на свои слова или на предлог, под которым вломился в комнату. Я же сделала вид, что ничего необычного не происходит, и это вполне нормально — заставать в своей спальне наглого подлого ящера.

Молча взяла у дракона листок, положила его на стол, проверила артефакт Шушу и принялась снимать пальто.