Она снова хватает бутылку и тут же наливает, в то время как я остаюсь с открытым ртом. Чёрт возьми, за её деловой внешностью, скрывается абсолютная чертовка!
Я набираю воздух в грудь и, колеблясь, начинаю приближать рюмку к своим губам, и сразу же корчу гримасу отвращения. Эта штука серьёзно воняет!
— Да пошло оно всё, — проворчала я про себя.
Быстро вскидывая голову, одним махом я отправляю эту мерзость в рот. Ожог мгновенный и я восклицаю:
— Вот это да!
Оли смеётся и протягивает мне лайм. Затем я понимаю, что, как и она, я должна съесть его, вероятно, чтобы это сделало напиток более приятным. И это так. Жгучий жар, который беспокоит мои вкусовые рецепторы, быстро сменяется раздражающей кислотностью лайма, тем не менее, я приветствую это.
— Давай, ещё по одной! — Восклицает Оли, прежде чем налить мне вторую рюмку.
Я отказываюсь простым взмахом руки и она надувает губы.
— Ладно, ладно, ещё по одной. — Коротко рассмеявшись, говорю я.
Вторая обжигает всё моё нутро. Ух ты! Тем не менее, мне нравятся эффект, который усиливается и делает меня, скажем так... более непринуждённой. У меня даже возникает соблазн выпить третью, как сейчас делает Оли, но в этот момент я напоминаю себе, что рискую попасть в неприятное положение. В конце концов, мы пришли танцевать всю ночь напролёт, и это может сойти на нет, если я, к несчастью, буду слишком пьяна.
Резко поставив свою рюмку на стол, Оли покачивается на сиденье, уже готовая к вечеринке. Я смотрю на неё, улыбающуюся и непринуждённую, и мне хотелось бы чувствовать себя так же хорошо, и ценить себя так же сильно, как она, кажется, ценит себя.
Я вздыхаю, понимая, что это никогда не будет возможно.
Оли видит, как в моих глазах проскальзывает грусть, и пытается считать её. Я пытаюсь её успокоить, но она, не сдержавшись, берёт меня за руку и увлекает на танцпол, тот который, кажется, предназначен для тех, кто здесь не для того, чтобы набивать карманы...ну, стринги - стриптизёрш.
Сначала мне было неловко, но в конце концов я чувствую, как действие текилы разливается по моим венам, поэтому, расслабившись, я решаю поступить так же, как Оли – двигаться плавно. Однако моя грусть всё ещё кажется ей слишком очевидной, поэтому её пальцы сжимают мои, чтобы побудить меня раскрепоститься более сексуально.
Подойдя ко мне ближе, она почти прижимается ко мне и улыбается:
— Расслабься, красавица, — говорит она, её губы приближаются к моей мочке. — После всего, что ты пережила... это самое малое, чего ты заслуживаешь.
И я пытаюсь отпустить себя. Да, она совершенно права.
Мои глаза оглядывают всё вокруг, опасаясь, что другие пары глаз будут прикованы ко мне. Но это не так. По правде говоря, все эти люди в точности ведут себя как Оли. Захвачены музыкой, что выходит из больших динамиков, расположенных по всем углам комнаты.
Испытав небольшой прилив уверенности, я закрываю веки и выдыхаю, преисполненная решимости тоже отдаться музыке.
Чувственно, с всё ещё закрытыми глазами, я начинаю расслабляться совсем рядом со своей подругой, позволяя своим рукам мягко двигаться вверх по моему телу. Затем они взлетают над моей головой и медленно опускаются, чтобы спуститься по моим изгибам. В этот момент я чувствую себя совершенно комфортно. Эйфория полностью овладевает мной, и я чувствую себя лёгкой, как пёрышко. На моих губах появляется самодовольная улыбка, несмотря ни на что, мне нравится то, что я внезапно чувствую. Смелость.
Мои глаза снова открываются в поисках взгляда, который мог бы меня заинтересовать, доказательство того, насколько я права, что сейчас чувствую себя такой сексуальной.
Оли отступила, она танцует напевая мелодию, уставившись в какую-то далёкую точку. Озадаченная, я следую за её взглядом. Мои брови хмурятся, и со своего места я замечаю мужчину, который настойчиво её разглядывает, сидя на сиденье, которое мы занимали мгновение назад.
Как озорной ребёнок, она хватает меня за запястья, говоря:
— Давай, иди за мной!
В нетерпении Оли тянет меня за собой, и тогда я понимаю, что она пригласила его на нашу маленькую вечеринку «для девочек», говорила она. Ладно!
Когда мы садимся напротив парня, она наклоняется, чтобы поприветствовать его, прежде чем ... Боже мой, мне это снится, или она щупает его?! Она тут же садится на колени к мужчине с глазами зеленее двух изумрудных камней и кожей карамельного цвета. Именно когда я полностью рассматриваю его, я понимаю: неужели это тот самый муж, о котором она мне так много рассказывала?
Оли машет мне рукой, чтобы я присоединилась к ним. Сбитая с толку, я сажусь рядом с парой, ожидая, пока она представит меня, что она делает довольно быстро:
— Позволь представить тебе Мэтью, отца Кейли и, между прочим... моего мужа!
Ладно, это именно то, о чём я и подумала. С лучезарной улыбкой он кивает в ответ на моё внимание.
— Я уже говорила тебе, что мы познакомились в университете, верно?
Я киваю. Оли перевозбуждена, она почти похожа на подростка, у которого бурлят гормоны. Кстати, это напоминание вызывает у меня ностальгию. Как и папа с мамой, они познакомились во время учёбы в медицинском колледже…
Довольная, при мысли о встрече с тем, о ком она слишком часто мне рассказывает, я искренне улыбаюсь Мэтью. Боже правый, она долго не раздумывала, найдя его, потому что, чёрт возьми, он атомная бомба! Хм, я уже представляю себе их дочь: ей должно быть, нет равных по красоте…
Когда влюблённые возобновляют объятия, я поворачиваю голову в сторону толпы. Я хмурю брови и перевожу взгляд вправо, где вижу знакомое лицо. О, только не говорите мне, что… Не дожидаясь приглашения, Эстебан делает шаг к нашему дивану и, как только его рост в метр восемьдесят возвышается надо мной, спрашивает:
— Можно?
Указательным пальцем он указывает на свободное место рядом со мной, поэтому я не возражаю, очевидно, слишком комфортно чувствуя себя, благодаря нескольким недавно выпитым шотам текилы.
Справа от меня прижимается ко мне бедро Оли, эта сучка скачет верхом на своём муже, вызывая у меня зависть. Я гримасничаю и отворачиваюсь от этого зрелища снова глядя в глаза брюнету, который уже устроился рядом со мной.
Он тоже гримасничает, как и я, разглядывая сцену, разворачивающуюся на этом чёртовом диване. Обманчиво смущённая, я смеюсь, что в конечном итоге заставляет его улыбнуться. Немного взволнованная, а главное, слишком пьяная, я без смущения придвигаюсь к нему поближе, и он наклоняется:
— Привет, принцесса... — шепчет мне на ухо он нежным голосом.
Без смущения я бросаю на него томный взгляд, когда он отступает, оставляя, небольшую близость между нами.
— Привет... — отвечаю я в той же манере, заправляя прядь волос за ухо.
Эстебан проводит языком по губам, подробно разглядывая мой наряд, который, кажется, ему нравится.
— Ты божественна, девочка — делает он мне комплимент, заинтересованно разглядывая меня.
Улыбка растягивает мои губы, мне даже кажется, что я чувствую, как краснею. По правде говоря, и хотя Кейд всё ещё занимает мои мысли в этот момент, я бы солгала, если бы сказала, что в ауре этого парня нет ничего дестабилизирующего. Нет, Эстебан красив, полон обаяния и, чёрт возьми, он прямо излучает секс. В довершение всего, его представительность, его элегантность придают ему вид джентльмена. Ага… этот парень близок к совершенству.
Он угощает меня бокалом шампанского, и мы обмениваемся с ним несколькими минутами флирта, когда его рука в конце концов оказывается на подлокотнике за моей головой, вероятно, с целью быть услышанным. По какой-то неизвестной мне причине, о которой я не хочу задумываться, мне становится интересно, что бы сделал Кейд, если бы имел несчастье это увидеть. Но я быстро беру себя в руки, и внутренне даю себе пощёчину, предпочитая вместо этого сосредоточиться на словах красивого брюнета, дыхание которого отскакивает от моей шеи.
