– Вот, смотри, – хмыкнула я, показывая Дину ведро. – Это наш главный инструмент. А теперь давай наберём воды.

Вдоль холла отыскалась туалетная комната, где обнаружился обычный, привычный моему восприятию небольшой умывальник, и я наполнила ведро холодной водой. Дин с интересом наблюдал за процессом, а Гром, видимо, решив, что это какая-то игра, начал весело бегать вокруг нас, иногда пытаясь схватить тряпку из рук Дина зубами.

Вернувшись в комнату, мы приступили к работе.

Первым делом намотала тряпку на швабру и прошлась по потолку, смахивая пласты паутины.

Дин смотрел на меня огромными глазами, с опаской наблюдая, как паучки разбегаются во все стороны.

Потом я взяла тряпку, окунула её в воду и принялась протирать когда-то окрашенные стены. Сейчас они были покрыты тонким слоем пыли, который сразу же начал исчезать, оставляя после себя чистую поверхность и едва заметные трещины и сколы.

По ходу работы пришлось несколько раз гонять Дина, чтобы он сменил воду.

После пятого захода, когда мятного цвета стены свежо заблестели влагой, Дин, вдохновлённый моим примером, взял другую тряпку и начал протирать окно. Его маленькие руки работали с удивительной энергией, и вскоре стекло стало прозрачным, пропуская больше света в нашу комнату.

– Смотри, Надиночка! – радостно воскликнул он, показывая мне результат своей работы. – Теперь видно, что там за окном!

Я улыбнулась, глядя на его довольное лицо.

За окном, действительно, открывался чудесный вид на внутренний двор библиотеки, где росло несколько высоких пальм. Их ветви слегка покачивались на ветру.

– Отличная работа, Дин, – похвалила я ребёнка. – А теперь давай займёмся мебелью.

Я взяла щётку и занялась чисткой шкафа, который стоял у окна. Его деревянная поверхность была покрыта пятнами и пылью, но после нескольких минут работы он начал выглядеть гораздо лучше. Не идеал, конечно, но чистота преобразила его капитально! Кажется, он даже запах свежим деревом!

Дин тем временем занялся тумбочкой между кроватями. Аккуратно протёр её тряпкой изнутри, а потом взялся наяривать лакированную поверхность точно профессионал.

Гром, видимо решив, что ему тоже нужно участвовать, подошёл к нам и сунул нос в ведро с водой. Я засмеялась, глядя на его любопытство.

– Гром, ты нам помочь решил? – спросила я, поглаживая здоровенную псину по голове. – Ну что за молодец!

Когда мебель была очищена, мы перешли к полу.

Это была самая сложная часть работы, так как он был покрыт толстым слоем пыли и грязи.

Я взяла щётку и начала скрести, а Дин следовал за мной с тряпкой, вытирая остатки грязи. Мы работали вместе, как настоящая команда, и вскоре пол стал чистым и блестящим.

– Уф, – выдохнул Дин, садясь на одну из кроватей. – Это было сложно, но теперь здесь так красиво!

Я оглядела комнату, чувствуя гордость за нашу работу и признавая правоту малыша.

Стены были чистыми, окна сияли, мебель выглядела свежей, а пол был таким, что на него можно было спокойно сесть! Комната стала уютной. А мятный цвет стен здорово освежал всю «нутрянку».

– Ты молодец, Дин, – похвалила мальца, садясь рядом с ним. – Мы отлично справились.

Гром, довольный, устроился на полу, положив голову на лапы. Его хвост всё ещё слегка вилял, как будто он тоже был доволен результатом.

– А теперь, – продолжила я, – давай немного отдохнём и перекусим. Кажется, уже обед.

Дин кивнул, прислонившись к моему плечу. Его глаза вопреки согласию стали закрываться, и вскоре он заснул, прижавшись ко мне. Я сидела на досках кровати, глядя на него и чувствуя, как внутри меня поднимается тепло.

«Хороший ребёнок. Не испорченный… Не мог отец, сохранивший в малыше такую непосредственность и уважительное отношение к труду, обкрадывать Альпану! Генерал точно ошибся. И с этим надо будет разобраться. Репутация рода здесь, на Уграсе, – это всё! Ладно – я! Но Дин… Нельзя допустить, чтобы наговоры на его отца мешали ему жить в обществе как драконов, так и людей!»

Внизу послышались голоса.

Аккуратно переложив мальчика на доски кровати, вышла на лестничную площадку.

Внизу трое рабочих рядком вносили свёрнутые матрацы, подушки и одеяла.

– Сюда, – позвала я мужчин, махнув рукой у перилл второго этажа.

– И тише, – грозно добавил мужской голос.

Я вздрогнула, поворачивая голову.

Возле кабинета, откуда мы вышли несколько часов назад, стоял генерал сейш Хильсадар.

– Леди Танас… спуститесь ко мне для разговора. Я приготовил бумаги о найме. И кое-что ещё хочу уточнить.

– Хорошо, Ваша Светлость, – изобразив корявый книксен, я бросилась показывать дорогу притихшим рабочим.

Через десять минут так и не проснувшийся ребёнок спал на мягком высоком матрасе и новенькой подушке.

Я укрыла его лёгким покрывалом, достала ещё один пирожок для Грома и, решительно выдохнув, направилась в кабинет генерала.

Едва подняла руку, чтобы стукнуть в дверь, как она открылась вовнутрь, и я встретилась глазами с хмурым генералом.

Он сидел на кожаном коричневом кресле хозяина кабинета. Его пальцы продолжили безмятежно листать книгу, хотя он даже не смотрел на неё. Он смотрел на меня!

– Входите, леди Надин. Присаживайтесь.

Я послушно выполнила указания, вздрогнув лишь однажды: когда дверь за моей спиной тихо защёлкнулась.

Сколько ни пыталась, никак не могла избавиться от ощущения, что попала в западню.

«Брось! Он же хороший по факту получился… Да и слава «книжного червя» априори не клеится к асоциальным типам. Просто он… немножко странный. Недружелюбный и вечно хмурый».

– Прежде чем мы начнём разбирать по пунктам договор о найме, я хочу узнать…

– Что узнать? – загадочная медлительность мужчины здорово нервировала.

Коррин сейш Хильсадар усмехнулся, исподлобья считывая все мои эмоции мрачным взглядом, потемневшим, точно грозовое небо.

– Хм! Хочу узнать: есть ли у вас что-то с чем вы должны со мной поделиться?

– Эм… – я даже растерялась. Ещё и эта книга, которой мужчина принялся постукивать, резко опуская на уголок корешка. – Перестаньте! – не выдержала, подавшись вперёд и отнимая бедный фолиант. – Вы же испортите книгу! – Мягко погладив уголки, я положила фолиант на край стола, снова и снова цепляясь взглядом за его загадочное название: «Иные». – Я вам всё рассказала! – твёрдо выпалила как на духу, вскидывая подбородок. – Мачеха выгнала меня из дома и чуть не отправила моего брата в учебку! Это всё. То, что я подозреваю её в обмане и махинациях с завещанием отца – это чисто мои домыслы. Я не имею права кричать об этом на всех углах, потому что подобные заявления требуют доказательств. А их у меня нет.

По мере монолога я заводилась, и «паровоз» этот остановить уже не могла, злясь. Видимо слабость после физического труда сыграла надо мной злую шутку. Вернулось чувство бессилия по отношению ко всему.

«Ещё и этот лезет в душу!!!»

– Что ещё? А братец мачехи, лорд Алекс Девертон, сразу после оглашения завещания сделал мне непристойные… хм… Это даже не намёки! Он сказал… дословно: «Я приду к тебе сегодня ночью. Постарайся как следует порадовать меня!» Вот такие у нас, нынче, интеллигентные драконы! А! Ещё! Я не верю вам насчёт казнокрадства отца! Лорд Танас – был не такой! Спросите кого угодно в Альпане!

По ходу моего вспыльчивого спича экс-генерал мрачнел всё сильнее.

Когда я замолчала, но опустил глаза на книгу. Его брови выразительно сошлись на переносице.

– Может быть что-то ещё?

«Да что ж ты пристал ко мне?!»

– Это всё.

– Хм… Тогда может быть поделитесь своими планами на будущее?

«Надя! Ну, как не стыдно?! – одёрнула себя, наконец соображая. – Мужик переживает за тебя – свалившуюся на его голову деваху, а ты бесишься!»

– Планами, – выдохнула уже на порядок спокойнее. – Хм… Планов как таковых нет. Есть цель – вернуть брату наследство и вырастить из него достойного человека и мужчину.