Сказать, что мне было страшно – это ничего не сказать!

Несмотря на то, что я была и есть женщина прогрессивного мира (по крайней мере, нам, людям, населяющим Землю, очень хочется так считать!), входить в особняк, который Хильсадар официально обозначил как резиденцию губернатора Альпаны, мне было дико неловко.

Одна, провожаемая взглядами и шепотками вычурно одетых дам и мужчин…

Отчего-то подумалось, что Надин здесь точно «съели бы», если фигурально выражаться. Зато у меня, в силу возраста, да и опыта работы с людьми, получалось довольно неплохо справляться с внутренним страхом.

Я гордо держала голову, да и в целом не подавала виду, что испытываю значительную долю неловкости, находясь в окружении статных дракониц и драконов-лордов.

По ощущениям, это сравнимо с тем, если бы меня, тётю из библиотеки, закинули в закрытый клуб иллюминатов или тамплиеров, наверное. Ха-хах!

Мысленно отсмеявшись, я взяла с верхушки хрустальной пирамиды фужеров бокал с игристым золотым вином, и слегка пригубила напиток.

Мой медленно скользящий взгляд наткнулся на зеркальную колонну, в полный рост отражающую невероятную красотку в вечернем платье рубинового цвета, и мои губы расплылись в хитрой, очень довольной улыбке, потому что этой красоткой была я!

Когда я увидела это платье в комнате наверху, куда меня привела горничная лорда Хильсадара, у меня чуть сердце не остановилось!

Новая мода!!! После средневековых фасонов, которые я имела несчастье развешивать в шкафу на новом месте, это дико сексуальное красное платье с открытыми плечами и обтягивающим силуэтом сносило наповал даже меня – искушённую землянку, видевшую такие варианты внешнего вида, которые захочешь – не забудешь!

Но нельзя не признать: платье было убийственно великолепным! И я в нём тоже выглядела изумительно! Как кукла Синди! Была такая у Маринки. Она рыдала у витрины с куклами, пока мама не купила ей эту красотку, оставив меня без новых туфель на первое сентября. Нет, через месяц мне мама купила туфли, но на линейке в пятый класс я стояла в потёртых разношенных сандалиях.

«Прочь из моей головы! – шикнула я на свои воспоминания, делая ещё один осторожный глоток. Шампанское казалось лёгким, но я не собиралась обманываться и пить ещё. На этом празднике жизни всех толстосумов Альпаны, мне требовалось держаться достойно! – На меня и так все смотрят! Кажется, платье столичной модистки самой императрицы повергло общественность в шок…»

Не удержавшись, снова посмотрела в сторону зеркальных колонн и нервно облизала пересохшие губы.

Мне не верилось, что пятнадцать лет назад я могла выглядеть так! Могла, если бы не…

Заиграла нежная, но грустная мелодия вальса, и я вздрогнула, посмотрев в сторону небольшой ниши, где устроились музыканты в дорогих костюмах.

Они играли настолько проникновенно, что на глаза набежали слёзы всколыхнувшихся воспоминаний о семье, которой я оказалась не нужна, как личность. Только в качестве денежного мешка.

– Леди Надин?

Я посмотрела на заговорившего со мной… и дыхание перехватило.

Нет! Не от красоты мужчины, замеревшего напротив меня, хотя дракон с белокурыми волосами был весьма хорош собой!

Причина ступора нашлась в другом:

«Я ведь никого не знаю из этих людей, кроме ещё пока не появившегося Хильсадара!!! Но это совершенно не значит, что они так же не знают меня! Губернатор определённо брал свою дочь на мероприятия подобного толка! Только эти воспоминания девушки уже мне не доступны!!»

– Добрый вечер, – приятно улыбнулась, несмотря на внутреннюю дрожь.

– Вы прекрасно выглядите! – выдохнул мужчина, блеснув яркими голубыми глазами. Он взял меня за руку и поцеловал тыльную сторону ладони. – Разрешите представиться: лорд Грегори Хафиз… в прошлом ректор магической академии, а сейчас артефактор, чьё создание вы носите в своих прелестных ушках прямо сейчас.

У меня перехватило дыхание.

Пока мы ехали в особняк господина генерала, он рассказал столько всего об этом уникальном изобретателе-попаданце, перевернувшем историю драконов с ног на голову в своё время, потом умершем, но обманувшем смерть! Грегори, он же Григорий Морозов просуществовал почти две тысячи лет в форме духа академии, которую создал, и только недавно смог чудесным образом вернуть себе тело. Коррин сказал, что в этом помогла сила источника. Однако не просто так. Кажется, при этом погибла какая–то девушка. По слухам, она отдала свою жизнь, уравновесив баланс природы и мира в целом.

Пусть я не была местной и не знала толком всего списка изобретений этого мужчины, но даже несмотря на это волнение прошило меня насквозь.

«Ой! Кажется, он тоже знает о том, что я – иная! А это нехорошо, учитывая количество исключительно слышащих драконов, пялящихся на нас!»

– Не волнуйтесь, леди, – улыбнулся блондин, поспешив меня успокоить, словно видел меня насквозь. – Я здесь по просьбе нашего общего знакомого… возможно, друга. Затем, чтобы кое-что ещё доставить для вас. Сообщение лорда Хильсадара перехватило меня в дороге.

– Предлагаю поговорить об этом в более тихом месте.

– Если вы переживаете, что нас могут услышать, то это пустое, – блондин усмехнулся и довольно игриво подмигнул. – Я активировал руну тишины. Вокруг нас непроницаемый небольшой купол, через который никто не услышит тему нашей беседы. А вот мы слышим всех. Маааагия, – напоследок пропел артефактор, пальцами разведя в воздухе. – Наслаждайтесь. Вам обязательно понравится этот потрясающий мир. Его возможности почти безграничны. Сейчас на Уграсе отличные условия для попаданцев! Не то, что было раньше.

Я кивнула, ответив на открытую улыбку блондина взаимностью.

– Спасибо. Я ни капли не сомневаюсь в ваших словах, потому что мне уже всё нравится. Только настораживает пара моментов.

– Обращение в дракона? – со знанием дела спросил лорд Грегори, кивнув. – Поверьте, я прекрасно понимаю вас. Хм… Давай на «ты»?

– Давай, – сразу согласилась я, чувствуя в стоящем напротив меня мужчине родственную душу, несмотря на внутренние предостережения разума. Григорию Морозову хотелось верить!

– Отлично. Так вот… Когда меня перенесло в своём теле на Уграс, я не имел драконьей ипостаси. Только сильную магию иллюзий и способность слышать камни. А вот при втором перерождении одна рыжеволосая бестия сунула меня в это тело. Так я узнал, каково быть драконом. Было чертовски больно, потому что мои настоящие родственники не смогли облегчить муки обращения. Они – не родня этому телу. Собственно, из-за этого после первого оборота я бросился создавать природный анестетик из сплава кварцевых жил и бриллиантовой сердцевины.

– И у тебя получилось, – я скорей констатировала факт, чем задавала вопрос, но Хафиз кивнул.

– Да. Артефакт вышел дико дорогим, но его воздействие почти вполовину поглощает боль. В широкое производство не пустили, конечно, но для драконов, чей род находится в вымирающем состоянии, такое подспорье – то, что доктор прописал. Поэтому я сдаю семь «Слез Рассвета» в прокат. Отличная прибыль, к слову. Остальные новообращённые обходятся помощью своей родни. Кстати, это условие опытным путём вывела одна из наших – иная Эмма, жена сына нашего новоявленного губернатора. – Я удивлённо вскинула брови, и артефактор поспешил добавить: – Такая же иная, как ты. Только тц! Эммиэн тоже не пожелала выставлять свою иномирность, поэтому…

– Я – могила.

– Хах! – блондин подвинулся ко мне поближе, как будто только рассмотрев. – А ты – молодец. К тому же красотка. Я бы с тобой замутил, если бы не мой дракон… Прости, не чую в тебе истинную. А ты достойна большего, чем недолгая лёгкая интрижка. Хотя в драконьем обществе они не порицаются – это чтобы ты знала. Когда-то, как и в нашем средневековом веке, здесь царили строгие правила патриархата, однако сейчас женщины свободны в своём выборе так же, как и мужчины. Конечно, консерваторы остались. Куда ж без них? Но большинство из нас придерживаются равноправия.