Эйшар крепко сжал мою ладонь, поддерживая и подбадривая. Я слегка ему улыбнулась, всего на секунду.

— Всё будет хорошо, — произнёс он. — Я с ним поговорю.

Стоило сделать это до торжества или отложить на потом. Какой смысл портить имениннику праздник личными разборками?

— Но… — попыталась возмутиться я.

— Этого не избежать, — твердо заявил Эйш, перебив мою мысль.

Я поджала губы. Он прав. Не избежать и разговоров про нас с ним сегодня.

Так начался наш вечер.

Он располагал к отдыху и слегка развязному поведению. Никакой субординации, никаких рамок. Мне в итоге хватило одного часа, чтобы расслабиться. Всё казалось прекрасным. Особенно после выпитого алкоголя и вкусных закусок.

Большая квартира Натаниэля позволяла устроить вечеринку с размахом. Здесь собрались коллеги-служащие, друзья и просто знакомые, часть жизни Натаниэля, с которой я не была знакома.

Однако был и один огромный тотальный минус. Многих гостей заинтересовало наше компрометирующее совместное появление, а также наши взгляды и личные разговоры наедине. Поползли живые обсуждения. А где пьяные разговоры, там рождаются и слухи.

Меня одаривали разными взглядами: хитрыми, завистливыми и даже сочувствующими. Я услышала несколько гадких слов в свой адрес. Пришлось срочно топить все неприятные, зародившиеся в груди чувства в бокале с алкоголем, чтобы было не так мерзко. Мимо меня стали проплывать разговоры, что Эйшар выбрал себе очередную пассию. Очередную! Мне это не понравилось. Я не знала, что и думать!

Дальше пошли разговоры:

А почему он выбрал меня? Потому что свежая кровь, новенькая и симпатичная мордашка? Наивная девчушка, не видевшая жизни! Не обошли стороной и моё выступление в честь дня основания магической безопасности. Нельзя отрицать, что моя песня была восхитительной и пленительной. Видимо, я тронула сердце Эйшара, и он просто поддался моим чарам! А ещё, если правильно верить слухам, раз я эмпат, то вполне могла сыграть на его чувствах. Хотя как это связано? Ну, и кто знает, может мне надоело под крылышком у Като, и я хочу местечко потеплее и помоложе?

Такое сложно было переварить. Такое нужно вырезать с корнем, нельзя позволить этому яду впитаться в меня и отравить моё естество. Но мне уже стало дурно — не то от выпитого алкоголя, не то от обиды и абсолютной потерянности в этом вечере.

Они ничего обо мне не знали. Но куда мне, девушке из богатой семьи Анарка, до столичной жизни? Я не была простушкой, но в их понимании между нами лежала пропасть. Меня добила фраза про «сниженную планку», мол, Элгрину на меня тратиться не нужно, ведь с такими, как я, проще.

Это стало тяжело переваривать даже с алкоголем.

Ретировавшись в другую часть квартиры, я нашла милых ребят, у которых сплетни не входили в круг интересов. С парой таких мы нашли общий язык, посмеялись. Но настольные игры в тихом уголку не привлекали даже меня.

Все шло хорошо, пока настроение вечеринки не перетекло в стадию — каждый занимается чем-то своим и вообще пора бы по домам. Половина уже напились до состояния конфетки. Одни уже развлекались друг с другом, кто-то надумал уезжать.

А ведь мы ещё торт не попробовали! Я не собиралась упускать десерт на этой вечеринке!

***

Стоя на кухне, я ещё раз внимательно посмотрела на торт, прежде чем воткнуть в него острое лезвие ножа. Нежный белый крем и голубая надпись с поздравлением вот-вот будет разрушена моими стараниями.

Пять минут назад Натаниэль под громкие поздравительные возгласы задул свечи, гости пригубили напитки и стали ждать финала этого вечера — сам торт. Чтобы уже с чистой совестью завершить официальную часть мероприятия, и все, кто захочет, разъедутся по домам, а кто останется — будет веселиться до самого рассвета. Я взяла на себя смелость разрезать торт и его сервировку, покинув компанию, в которой чувствовала себя чужой. На кухне было тихо и комфортно.

Торт был идеальным. Особенно внутри. Его будто создали специально для меня! Шоколадная начинка и пропитанные ромом коржи вызывали восторг. Такой девственно белый снаружи и темный, порочный внутри. Я не хотела ждать, я мыслила откусить кусок от этого праздничного торта, который казался слишком сладким и манящим. Прямо как Эйш... И в моей замутнённой алкоголем голове возник пикантный образ мужчины, в тёмном шоколаде и белом креме, чтобы хотелось... Ой-ой! Я поймала себя на этой мысли и отвлеклась, замерев на долгую минуту. И продолжила нарезать большой торт на квадратные кусочки, тихо, довольно напевая себе под нос.

Из-за своих фантазий, сладких, как сахарная вата, я не заметила появление Натаниэля. Он воровато заглянул на кухню, увидел, что я в одиночестве, и вошёл. Я облизнула большой палец, который совершенно случайно макнула в крем, внимательно следя за мужчиной. Выглядел именинник встревоженным и немного напряженным. Почему-то Натаниэля представлять в шоколадном креме и с вишенкой в зубах мне не хотелось — хотя это была его стихия, быть очаровательным и соблазнительным. Я опустила глаза вниз. Разве что размазать именинный торт по его физиономии.

И все пикантные мысли разлетелись от меня, как вспугнутая громким звуком стая ворон.

— Помочь? — предложил он.

Знал бы он, с чем собирался помочь!

— Нет, я почти закончила, — ответила я, вежливо улыбнувшись.

Мне действительно оставалось только красиво сервировать.

— Я все же помогу.

Нат полез в один из кухонных шкафов, вытащил белые блюдца и поставил рядом со мной. А потом схватился за свой почти опустевший стакан. Бурбон занял место фаворита у именинника на этот вечер.

Тоже мне, помощничек.

— Могу я задать тебе личный вопрос? — разрушил он тишину между нами.

Я почувствовала, что наступил миг, когда нам придется расставить все точки.

— Удиви меня, — улыбнулась я, разрешая перейти к волнующей теме.

— Вы с Элгрином встречаетесь? — кажется, его хриплый от выпитого алкоголя голос дрогнул.

Ох, как же Натаниэль нервничал! Трепет его волнения щекотал мое нутро. Пусть внешне он не показывал этого, меня, как эмпата, обмануть было сложно.

— Почему ты спрашиваешь? — вернула ему вопрос я и, вскинув брови, слизнула с кончика ножа крем. Угрожающе!

— Только давай не увиливать, — потребовал мужчина, хмурясь от недовольства. — Скажи честно.

— Да, — я без тени сомнения ответила Натаниэлю, глядя прямо в глаза.

Он в ту же секунду помрачнел и нахмурился ещё больше. Лёгкая боль и разочарование коснулись его сердца, и он потерялся всего на краткий миг. Неужели маг ветра в глубине души надеялся, что это случайность и просто совпадение?

Я отвернулась и прошлась взглядом по кремовым завитушкам вдоль края торта. Будет ли он таким же вкусным после нашей беседы?

— Вы правда вместе? Или это потому, что я тебя достал?

Я подняла на него глаза, а потом опустила, возвращаясь к торту. Неужели дамский угодник, любимец женщин, Натаниэль Соркас, ревнует?

— Правда, Натаниэль.

— И... как давно вы вместе?

— Прямо допрос с пристрастиями! — театрально выпалила я, сверкнув своими зелёными глазами. Не просто с пристрастиями! Я бы сказала на страстях. И добавила спокойно: — Пару недель.

— И как это случилось? — склонив голову набок, поинтересовался маг ветра.

Мне казалось, пока Нат не выяснит всё от и до, он не поверит, не успокоится!

— Тебе правда нужно объяснять простые истины?

Натаниэль облокотился на край кухонной стойки.

— Самому не верится, что я это говорю, но да, объясни мне.

Мы с Натаниэлем не лучшие подружки, чтобы я таким делилась. Но я была немного пьяна. Он тоже хорошо выпил. Может, и не вспомнит этот диалог. Ну и я хотела закончить историю с флиртом и ухаживаниями. Это стало решающим фактором, чтобы я была достаточно откровенна.

— Эйшар признался, что я ему нравлюсь. И я солгу, сказав тебе, что это не взаимно. Поэтому…

— Эйшар? Признался? Сам? — чеканил он каждое слово, совершенно не веря моим словам. Это звучало как насмешка, но в его голосе было слишком много серьёзных ноток. — Да он никого не любил по-настоящему.