У меня от возмущения всё внутри вскипело! Я поспешно закрылась вообще ото всех. Сложила руки на груди и сделала шаг назад от Эйшара, который не желал держать дистанцию от меня. Ещё раз посмотрела на него и на Петрию. Они явно знакомы. По работе, значит? Да Эйшар везде лакомый кусочек — буквально нарасхват! Хотелось смеяться. Ну и пусть!

В глубине сознания промелькнула мысль: «Он всё равно твой». Я усмехнулась. Мой или нет, наши отношения внатяжку можно назвать хорошими.

Я снова посмотрела на Эйшара. Вернулось былое напряжение, стало неловко стоять и болтать под злым взглядом Петрии — я почувствовала себя третьим лишним в этой браваде.

Пора уходить. Я поманила к себе брата и сестру, которые нашли себе занятие — собирать опавшие листья и сравнивать у кого самый красивый. Кли заметила мой жест и потянула за собой Морриса.

Эйшар сунул руки в карманы пальто. А я взяла брата и сестру за руки. Не удержалась, чтобы ещё раз не стрельнуть глазками в сторону Петрии. Кошмар, она же ему в пупок дышит!

Интересно, она на него запала только из-за его фамилии? Нет, внешность Эйшара конечно же, привлекательная, тут даже я стараюсь держать себя в руках. Но семья, статус и магический потенциал говорят сами за себя. Да от него веет силой и пахнет перспективами.

Ещё в столице, сидя в своей квартирке, едва устроившись на службу, я долго думала и никак не могла вспомнить, откуда же знаю фамилию Элгрин, пока однажды не услышала про его отца. Лиодор Элгрин состоит в членстве Советае, который руководит нашей страной. А также является важной шишкой Магистериума.

В Совете состоят представители магов, обычных людей, эльфов и даже один дракон-полукровка. О драконах ничего слышно не было со времён Раскола. Знали ли они, что какой-то из их потомков сидел и решал дела Креима — одной из трёх стран людей?

Насколько мне было известно, Эйшар — младший сын в семье. И пусть это было не так привлекательно, как если бы он был бы старшим — главой семьи, но ведь Элгрин! Сразу столько влияния, власти, простор для амбиций. А ещё ко всему этому, в довесок, на тебя ляжет ответственность и чужие ожидания как от его пассии. Наверное, Петрия решила, что пока я дышу с ним одним воздухом — буквально дышу им — я отбираю у неё возможность завоевать его, выбиться в люди и стать кем-то!

Это она просто не знает, что Эйшар тоже уже занят. Своей избранной.

Большинство семей с высоким магическим потенциалом и хорошей родословной для продолжения и усиления рода пользуются брачным ритуалом, на который откликаются те создания, которые больше всего подходят для этой цели по всем параметрам и могут защитить семью, приумножить магию рода. Правда, редко кто об этом открыто распространяется, желая сохранить это таинство чисто в семье, подальше от злых умов и корыстных планов.

Могла бы Петрия стать его избранной? Кто мог бы оказаться на моем месте?

Прощание выходило долгим.

— Я надеюсь, ты подумаешь над моими словами, — произнёс Эйшар достаточно тихо и немного скромно, будто боялся меня отпугнуть или показаться навязчивым.

А вот во мне взыграли собственнические чувства. Зная, что Петрия всё ещё смотрит на нас, я наклонилась к нему:

— Я подумаю над вашим предложением, Эйшар Элгрин, — промурлыкала я, разворачиваясь, и затем бросила через плечо: — К тому же тебя ждут. Надо же, с булочками со сливками!

И ухмыльнулась, даже не думая больше оборачиваться. Только немного опустила защиту, пропуская в себя окружающие эмоции. Я хотела знать, что сейчас он чувствует! На всё остальное старалась даже не обращать внимания — особенно на разгневанную Петрию, которая купила две булочки со сливками — себе и ему. Смешно!

Со стороны Эйшара меня окутало теплотой и нежностью. А еще я почувствовала желание — дикое, манящее развернуться и поцеловать прямо тут. Прижаться, вдохнуть его запах ещё раз, полной грудью. Позволить ему вести меня к наслаждению своими сильными, ловкими руками. Я споткнулась. Я будто слышала его мысли: ты будешь моей!

Я, чтоб его, завелась!

Поспешно закрылась, проклиная себя за любопытство. Я не хотела поддаваться чужим желаниям, иначе и сама не сдержусь! Слишком сильно мы хотели одного и того же.

Эйшар испытывал какой-то по-настоящему детский восторг. Ему выдали официальное разрешение на использование телепортационной магии! Он, улыбаясь, шел в зал для перемещений, подходяще одетый для Сезонных земель. Погода там стояла, судя по информации, теплая: золотая осень во всей красе — совсем как несколько месяцев назад в столице. Поэтому утепленное зимнее пальто, и лишняя пара свитеров, и подходящая под морозы обувь — все это было оставлено дома. А то, что было запрятано в шкаф до весны, пришлось снова достать. Вещей с собой у него практически не было, но даже эта часть прошла тщательный досмотр и была отправлена порталом впереди него. Серое лёгкое пальто, несколько джемперов, белые рубашки — он всё же не в отпуске, это была работа! — и всего один свитер. На всякий случай.

Командировка недолгая, Эйшар надеялся, задерживаться не придется, потому что разрешение, выданное на перемещение туда и обратно, — сроком ровно в неделю. В случае изменения планов возвращаться будет вынужден своим ходом — на экспрессах. А упускать возможность снова окунуться в телепортационную магию и ощутить её каждой частичкой тела Эйшар не собирался — слишком дорогое и редкое удовольствие, чтобы размениваться им. Из-за использования порталов уровень преступности возрастал, и в свое время телепортационная магия быстро попала под запрет. А портальщики лишились возможности в больших городах «прыгать». Неправомерное использование этой магии без специального разрешения каралось тюремным заключением.

Хуже Портальщиков себя чувствовали только Менталисты в Креиме.

Эйшар вспоминал детство, когда отец часто пользовался телепортами по необходимости и брал его и братьев с собой. Он не мог забыть эти эмоции — охватывающий тело магический поток, созданный из чьей-то магии, обволакивает и полностью растворяет тебя в себе. Ты буквально сливаешься с ним, перестаешь чувствовать тело, даже отцовскую ладонь, которая крепко тебя держит. Лёгкое покалывание отдаётся по нервам, возвращая возможность снова существовать в пространстве. Спустя секунды начинаешь ощущать сразу всё тело снова, будто покинул его и вернулся.

Это не могло не привлекать и не вызывать восторг.

Шаги Эйша отдавались эхом в полупустом коридоре Башни, многими этажами ниже земли. Закрытый зал для перемещений встречал абсолютной белизной и одинокой фигурой портальщика, который должен открыть переход для него.

— Доброго утра, — поприветствовал Эйшар служащего в бирюзовой форме и протянул все документы.

— Доброго утра, господин Элгрин. О, Сезонные земли! Прекрасное место для отпуска. Там золотая осень в самом разгаре. Погреетесь!

Маг усмехнулся.

— Нет, увы, это не отпуск.

— Да вы трудоголик! — произнес мужчина, просматривая документы. — Буду знать, когда ваш отец поинтересуется, куда вы отправились.

— Обязательно сообщите его людям, что я вызывался помогать фермерам собирать яблоки и делать из них сидр!

— О нет, я скажу, что вы сбежали к жене и детям, которых прячете ото всех!

Мужчины весело усмехнулись.

Однако легкое приторное чувство одиночества сковало Эйшара. И хоть он имел буквально всё, он не был удовлетворён своей жизнью. Ни проведенное время с другом или девушками, ни полное погружение в работу не могло заполнить пустоту внутри.

Эйш знал, что разрушил буквально всё, что мог бы иметь сейчас. И, осознав собственные ошибки, свою боль и одиночество, пытался по осколкам найти ту разбитую девушку, которую обидел.

Ему вернули папку с бумагами и попросили спрятать её под одежду, чтобы они не растеряли важность и целостность при перемещении.

За оставшиеся считанные минуты до перехода на Эйша накатили воспоминания недавней вечеринки. Он не мог выкинуть из головы Эйрилин. Её сладкий аромат, приторный запах вина, который опьянял не меньше, чем её движения. Закушенную губу и взгляд, который дразнил, не давая оторваться. А еще, то платье, оголяющее плечи! Хотелось провести пальцем по её шее, спуститься ниже, вдоль ключицы, дотянуться до лямки платья, заглянуть в глаза, а потом стянуть с плеча её вовсе и, аналогично поступив со второй, смотреть на реакцию девушки.