Я хотела провалиться сквозь землю. У меня от стыда запылали щёки.

— Думаю, ему это известно. — выдала я, чтобы прекратить поток советов. Я молчаливо, одними глазами извинялась перед Эйшаром.

— Почти все дети высокопоставленных магов, особенно членов правящей верхушки Креима, вступают в браки по договоренности, если не находят свою любовь, за которую стоит побороться. Думаю, однажды за вас всё решит случай или выгодная партия, Эйшар. Так ведь? Это происходит со всеми. — сказала она ему, а затем повернулась ко мне, положив свою руку на мою, и, будто успокаивая, будто больше никого кроме нас здесь не было, будто это были секретики в моей спальне между дочерью и матерью, произнесла: — Однажды он выберет красивую нимфу с богатым магическим потенциалом и женится на ней для продолжения рода. Он вступит в выгодный брак. Как и ты, дорогая.

Это прозвучало с нисхождением. Успокаивающе. Кажется, она прекрасно поняла, что происходило между нами. И теперь пыталась достучаться до моего разума, мол, не строй на его счёт мечтаний. Не твой уровень, милая.

Мне казалось, рамки приличия покинули наш дом.

Я замерла. Что она хотела этим сказать? Я слегка нахмурилась. Я не успела спросить.

Не прошло и двадцати минут с начала ужина, как в дверь постучали.

— Эйрилин, открой пожалуйста.

Почему я?

В полной тишине я поднялась со стула и вышла из столовой в холл.

В голове — сумятица. Сколько же нужно иметь мужества, чтобы вынести такой «радушный» приём. Знакомство с родителями оказалось на редкость поганым.

Внутри закралось нехорошее предчувствие, когда я коснулась ручки двери. Может не открывать? На выдохе я повернула ее и распахнула дверь.

— Привет, — произнес мужчина. Я столкнулась с его взглядом и крепче сжала ручку двери, будто это могло меня удержать на ногах.

Дорогие читатели, я напоминаю, что мне нужен ваш отклик! Если вам нравится история, я буду рада услышать вас в комментариях!

На пороге стоял Кинан Нихефи́н. С приветственным букетом цветов, обернутым в коричневую бумагу.

Он был немногим выше меня. Гибкий, стройный, облачённый в тёмно-серый костюм. Короткие слегка кудрявые каштановые волосы — пара вьющихся локонов падали ему на лоб. Удивительно яркие голубые глаза, присущи многим магам стихий — в его случае воды. Я тяжело вздохнула и не смогла выдохнуть. Моя первая любовь. Обречённая и неразделённая со школьной скамьи. Так длилось недолго — вскоре он стал тем парнем, что ухаживал за мной в Сезонной Академии — туда поступали почти все, кого я знала. Мы едва не стали парой. Не сложилось. Кинан всегда выделялся. Перспективный, сильный, красивый. Из приличной семьи, с собственной небольшой квартирой в одном из миленьких домиков Анарка. Он понравился моим родителям сразу же.

Почти идеальный вариант. Почти.

— Как ты здесь оказался? — выпалила удивлённо я, возвращая себя в реальность.

Я должна была спросить: «Что ты тут делаешь?» или «Что ты тут забыл?»

— Ты не выглядишь радостной или взволнованной, — сделал вывод маг.

— Я не ожидала тебя увидеть, — объяснилась я, оставаясь холодной к его появлению. Я не извинилась за отсутствие радости встречи, не стала улыбаться и срочно звать его в дом. Я стояла на пороге и в глубине души надеялась, что он уйдет.

— Меня пригласила твоя мать. — заявил Кинан и двинулся на меня. Пришлось посторониться.

Он прошёл в холл, даже не спрашивая моего разрешения войти. Это что-то да значило. Например то, что Кинану было не интересно, что я думаю и чувствую по этому поводу, рада ли я ему. Он приглашён моей матерью — это важнее. У них были какие-то договоренности, за которые он схватился. Интересно, какие же? Что могло сподвигнуть маму пригласить Кинана?

Я продолжала стоять, держась за ручку двери. Мать моя женщина… оказывается сводница! Ну да, конечно, дочь до сих пор не пристроена, как же так! Поэтому необходимо решить этот вопрос за моей спиной. И не важно, что Кинан мне уже не симпатичен. Нет, он всё ещё был красив и приковывал внимание. Но мои чувства молчали. И не важно, что у меня брачная метка на руке и магическая связь с представителем семьи Элгрин… Хоть об этом никто и не знает.

На моё счастье, по всем этим пунктам Кинану не светило ровным счётом ничего.

Кинан был настроен решительно, со своими дурацкими цветами и каким-то подарком — маленькая милая коробочка ловко скользнула в карман его пиджака. Надеюсь это он маме решит подарить в конце вечера, в качестве комплимента за приглашение на ужин!

— Это тебе! — он вручил букет мне в руки.

— Спасибо, — отозвалась я, наклонив голову и вдохнув запах розовых роз. Они точно были выращены в домашнем саду его матери, которая занималась их продажей узкому кругу людей.

С его приходом в наш дом я потерялась. Все это было слишком неожиданно, я не знала, что вымолвить. Моя растерянность заслужила кривую улыбку у Кинана.

Когда мы вошли в обеденную залу, как раз созданную для таких вечеров, я вдруг вспомнила… Что Элгрин тоже сидел за столом. Со всеми. Как гость. Мой гость.

Букет цветов смялся из-за того, что я сильно прижала его к себе.

Эйшар смерил меня с виду спокойным взглядом, в нем не выражалось ровным счетом ничего. Однако умение держать лицо — это половина победы. То, что ни я, ни кто-либо за столом не смог увидеть ничего, кроме лёгкой, вежливой заинтересованности, прибавляло ему очков в этой партии. Но зато я прочувствовала его… Ревность. И тут же захлопнула крышку банки, именуемую моим восприятием. Дурацкая открытая эмпатия. Мои эмоции и так сейчас были похожи на буйный коктейль. Чужих сюда добавлять не хотелось, даже из любопытства.

Воцарилось многозначительное молчание. Отец смотрел то на маму, то на меня. Мама улыбалась Кинану, как хорошему знакомому, которого долгие годы ждала. Я стояла на месте не в силах пошевелиться. Эйшар продолжал сидеть, облокотившись на спинку стула, и пожирать меня и Кинана взглядом. Папа понял, что всё в его руках, — встал, чтобы поприветствовать нового гостя. Я молча наблюдала, как родители переговариваются с магом воды. Затем медленно, будто все происходящее тянулось как резина, посмотрела на Элгрина.

Эйшар, в своей белой, выданной на смену футболке, выглядел совсем не презентабельно. Единственный выделялся за столом, и это было заметно всем. Правда его это ни капли не смущало. Он не потерялся, не ощутил себя лишним. Наоборот, кажется, Элгрин воспринял нового гостя как живой вызов. И его поза изменилась. Я снова глянула на Кинана в его костюме, на букет роз в своих руках. Он же не всерьез думает, что за мной тут ухаживают?

Из моих рук попытались забрать букет, а я лишь сильнее прижала его к себе. Почему отнимают? Кто это вообще? Я моргнула.

— Я поставлю их в воду, — пояснила девушка, которую наняли помогать на сегодняшнем ужине. Я опустила руки и позволила ей забрать букет. Эта странная заминка с моим отсутствующим взглядом и растерянностью не скрылась ни от Эйшара, ни от девушки.

Надо взять себя в руки.

Я скользнула за стол, усевшись на теплое привычное место. Пустую тарелку из-под супа успели отнести, передо мной красовалась поджарка из говядины с розмарином и стручковая фасоль. Бокал с вином был полон и звал опрокинуть его в себя.

Я ощущала кожей взгляд Эйшара. Он действительно думает, что это его соперник? Всё же Элгрин в нашем доме ой как не вовремя!

Я снова зажала ладони между бёдер, уставилась в тарелку. И усмехнулась. Даже как-то расслабилась. Ладно, пусть так и думает. Мамин спектакль имеет плюсы, я тоже хочу насладиться представлением. Пусть не думает, что если у нас с ним связь, я пять лет ничего не делала! Может, ему стоит немного поревновать для профилактики.

Пока я выразительно выгибала брови и пристально смотрела на Эйшара, а он в ответ на меня, Кинан нашелся с местом и сел за стол. Его тарелку уже спешили наполнить. Он с изящной небрежностью, но достаточно дерзко и агрессивно стряхнул салфетку и положил на свои колени. Кажется, Кинан был напряжён и не спешил это скрывать, в отличие от Эйшара, который продолжал демонтировать ленивый интерес, будто все происходящее его ни разу не касается.