Сколько прошло времени, пока я, свесив голову, стояла над проклятым подарком Кинана. Аромат розовых роз пропитывал мои лёгкие, въедался в них, а у меня не было сил сдвинуться с места, прекратить эту пытку. Я впала в транс. В голове было пусто.

— Неужто кольцо? — раздался рядом бархатный голос Эйшара. С насмешкой и лёгким удивлением. Он был спокоен.

— Разве ты не должен пить сейчас с отцом? — поинтересовалась я, поднимая голову и глядя на гостя. Он стоял у стены, сложив руки на груди. В глазах опасный блеск.

— Я вышел в уборную, — пояснил Эйшар, сделав жест ладонью, — заметил, что ты стоишь так уже давно. Ты не двигаешься. В чем дело?

— Я будто попала в цирк. Отхожу.

— У меня сложилось похожее впечатление. Покажи.

Я непослушной рукой сделала пас и отодвинула коробку в сторону. Я не дала ему коснуться подарка Кинана, прикрывая его ладонью.

— Тебе какое дело? — с вызовом спросила я, прищурившись. Эйшар подошёл достаточно близко, если бы хотел — отобрал бы коробку.

— Хочешь принять его?

— Принять — что? Предложение? Кольцо?

— Всё сразу? — сощурив на мгновение глаза и качнув головой, произнес Эйшар.

— Нет. — выдохнула я, опуская взгляд и расслабляясь. — Он мне ничего не предлагал. Нечего принимать.

— Это намек тебе, — кивнул он в сторону коробочки. — Чтобы ты знала, что он приходил с серьезными намерениями.

Я взбесилась.

— Знаешь что, Элгрин? Катись к чёрту!

— Мне казалось, я сегодня у него уже был.

Я закатила глаза и не стала ничего отвечать. Эйшар ушёл.

Да, незапланированное знакомство с родителями прошло и с сучком, и с задоринкой. Но Элгрин явно выиграл эту партию просто на фоне Кинана. И это была неравная и нечестная борьба. Судьба просто ужасная сука.

Я буравила взглядом коробочку, оставленную на столе. Минуты шли. А я всё никак не решалась открыть подарок и убедиться в том, что внутри. Я не желала, чтобы мой кошмар ожил.

Я услышала шаги — мама не выдержала напряжения. Она появилась в столовой в домашнем тяжёлом платье-халате. В таком не стыдно появиться перед гостями, наряд, непрозрачно намекающий, что время гостеприимства кончилось и хозяева дома хотят отдохнуть.

Мама подлетела ко мне, увидев, что я всё так же стою, не разогнувшись над цветами и подарком. Она схватила злосчастную коробочку и распахнула передо мной:

— Это всего лишь серьги, Эйрилин!

И у меня груз с плеч свалился.

Она это произнесла таким тоном, будто я раздула здесь трагедию. Но окажись на их месте кольцо, разве это не была бы самая настоящая трагедия?

Мама вышла так же эффектно из гостиной, как и вошла. Подол её платья-халата, сшитого на заказ в одном из ателье, где работали только с дорогими и качественными тканями, взметнулся от скорости её шагов.

Я рассмотрела серьги. Егальские синие камни. В серебре. В форме капельки.

Я провела пальцем. Егал. Магический минерал. Это был накопитель. Много маленьких накопителей, поддерживающих силы стихийника. Кинан знал, что я отчасти маг ветра. С этими серьгами я смогла бы усилить свой потенциал. Мое искусство к управлению ветром бы возросло, пусть не сильно, но приблизило бы меня к среднему уровню. Мне стало бы проще подчинять стихию! Жаль, что Егал открыли совсем недавно, он бы очень помог мне во время учёбы.

Я сглотнула. Это был важный подарок. Кинан знал обо мне достаточно, чтобы купить нечто подобное. Это был жест заботы. До чего трогательно. И до чего мерзко и гадко стало на душе. Схватила коробочку и швырнула в стену.

Это низко!

Я еле дышала. Всё накопившееся напряжение вылилось в этот жест — я не желала видеть эти серьги. И Кинана тоже. Он затронул во мне то, что я не хотела бередить.

Вечер слишком быстро перетек в ночь. А я всё ещё была голодна. Нервы, нервы.

Я вышла из своей комнаты, чтобы прогуляться до кухни, в надежде, что перекус на ночь меня убаюкает. Свет в коридорах ещё горел. Я направилась к лестнице, как вдруг услышала позади себя щелчок и скрип поворачиваемой ручки двери. А следом на меня нахлынуло знакомое теплое чувство от присутствия Избранного. Я обернулась и увидела его, высунувшегося наружу. Он был сильно удивлён, заметив меня и замер на месте.

Оказывается, его поселили рядом со мной. И это дело рук моей матушки. Ладно!

- Добрый ночи, - произнесла я, приветствуя гостя и прощаясь с ним в тот же миг.

Ему оставалось молча смотреть, как я удаляюсь вниз по лестнице на первый этаж.

Когда я возвращалась обратно, он опять попался на пути. Эйшар стоял с закрытыми глазами у своей гостевой комнаты, прислонившись спиной к стене — явно караулил, когда я покажусь. Неужели ждал моего возвращения? Намеренно искал встречи?

Я остановилась рядом, прислонилась плечом к стене, сложив руки на груди.

— Не спится? — я начала диалог первой.

— Нет, — ответил он мне, приоткрывая один глаз.

— Хорошо провел время с отцом?

— Мы поболтали о разном. Он угостить меня скотчем.

— О, даже так! — воодушевленно произнесла я. — Обычно он не делится своими запасами скотча с простыми гостями.

Я была без понятия, правда ли это. То, что оставалось в пределах его кабинета - оставалось там. Но мне захотелось создать видимость / иллюзию исключительности.

Отец оставался радушным и гостеприимным хозяином, чего не скажешь о моей матушке. Всё веселье куда-то испарилось.

— Прости мою маму за сегодняшний вечер, — мне нужно было это ему сказать. Спектакль, устроенный сегодня выходил за рамки приличия. И меня одолел жгучий стыд.

— Знаешь, они чем-то похожи с моей. Думаю, они бы поладили.

— Если твоя мать хоть каплю похожа на мою, то скорее быть беде! — усмехнулась я.

— Они бы нашли общий язык, — попытался убедить меня Эйш.

— Может быть… Может быть.

— Ты ела торт?

— Нет, — соврала я.

— У тебя… шоколад? Вот тут, — он указал на свой уголок рта, показывая где заметил сладость у меня на лице.

— Может быть и шоколад! — я смутилась, вытирая его. — Ну, ела и ела, — буркнула я.

То, как он смотрел на меня, пока я облизывала губу…

— Так, всё!

Я рукой заставила его посторониться. Нет, повторения ситуации с диваном не будет! Да, выпитое вино из моей головы ещё не до конца выветрилось. Но я в состоянии не творить глупостей в доме родителей!

— Это эгоистично.

— Что?

— Возможно, я тоже хочу кусочек. Ведь мой ты съела втихаря. Как и другие куски, оставшиеся на столе.

И тут я осознала…

— Ты видел!

Он видел, как я ела чертов торт. Дыхание сбилось. Он кивнул, а я вспыхнула. Черт, он там стоял и наблюдал, как я поедаю любимую вишню с шоколадом. Вот засранец! Ещё и понравилось! Я была рада окружавшей нас темноте — Эйшар не видел моего смущения. Но мой отведенный в сторону взгляд все равно говорил ему о многом.

— Поищи на кухне, — сдержанно посоветовала я и шагнула вперёд.

Я тихо прикрыла за собой дверь и легла спать. Прохладное одеяло окутало меня, и я ждала, когда оно начнет меня согревать.

Но что-то мне не спалось. Я прокручивала в голове сегодняшний вечер. Даже выпитое вино не могло укачать бурную волну мыслей и убаюкать меня. Я думала о буре, что привела Эйша к моему дому. И о его командировке в моем родном городе.

Я глядела в темноту. Слушала стук капель, бьющих по окну. Даже бушевавшая погода не могла расслабить меня своей природной музыкой.

Я крутилась и искала внутри себя дверь, уводящую в блаженную темноту, именуемую сном. И как назло не находила. И к моему неудовольствию мне захотелось в туалет. И пить. Воды в комнате не было. Даже пустого стакана! Застонав от бессилия, я вскинула руки вверх, умоляя себя угомониться.

Откинула одеяло — прохлада в комнате заставила вздрогнуть и пожалеть о решении куда-то идти. Пить хотелось жутко — всё из-за вина, во рту пересохло. Встала с кровати, натянула халат — разгуливать по дому в белье ужасная идея. Когда живешь в одиночестве, то как-то становится все равно, в чем ходить по квартире. Но тут… Правила приличия никто не отменял.