— Уровень слабый, немного владею магией ветра, — спокойно ответила я.

Он постучал стопкой бумаг о стол. И посмотрел исподлобья. Мне захотелось выйти за дверь. Я с усилием заставила себя делать глубокие вдохи и дальше.

— А ваш наставник пишет иное.

Я сглотнула. Пришлось подбирать слова.

— Он считает, что у меня есть потенциал. Вы ведь знаете, это редкость, когда у мага проявляется… возможность к управлению энергетическими потоками.

— Да, и обычно этой способностью обладают эльфы, — пояснил маг, скрепляя документы скрепкой.

Я встрепенулась, ожидая, что он ещё скажет про эльфов, но Винс быстро переключился, словно важным это не являлось. А когда он закончил с бумагами, немного нахмурился и заговорил серьезно, тем же безжизненным, сухим тоном.

— Ваша предрасположенность к магии ветра, без сомнения, полезна и, я бы сказал, редка. Вопреки общему мнению, магов ветра по статистике куда меньше среди других магов стихий, — вставил он свою ремарку. — К тому же у вас есть задатки эмпатии, но для нас не это самое главное. — Многозначительная пауза только расшатывала нервы. К чему он ведёт? — Манипулировать энергетическими нитями миров… дар эфира уникален! У вас весьма необычные магические способности, которые будут крайне ценны для Управления.

Сердце от волнения сбилось с ритма, губы пересохли.

— Эйрилин Андрас, у нас немало ценных кадров. Несмотря на нашу заинтересованность, мы не сможем просто так взять вас на хорошую должность. Вы даже не были на вступительных испытаниях! — Он развел руки в стороны. — Несмотря на это, я делаю исключение, но с некоторыми условиями, опять же, потому что ваш дар — редкая необходимость. Скорее, вынужденная в последнее время. Знаю, вы сейчас не понимаете, о чем я говорю, — позже вас введут в курс дела, это не моя задача.

Взгляд мужчины переместился. Он задумчиво смотрел в окно, как мне показалось, вспоминая о каких-то важных событиях. Из-за моей эмпатии меня тут же охватило тревожное чувство, которое испытывал мой собеседник. Я постаралась стряхнуть его с себя, чтобы не погрузиться в него. Мне хватает собственных мыслей и переживаний!

— Так вот о чем это я! Испытательный срок, конечно же. Полгода. Со всеми вытекающими…

На этих словах мой взгляд против воли вернулся к газетной статье. Эферем для Службы — это вынужденная необходимость в последнее время? Винс Фариот увидел, как я неотрывно и внимательно смотрю на колонки текста. И я вскинула голову, снова встретившись с ним взглядом. Он сидел, поджав губы, даже задержал дыхание, и я почувствовала в нём зарождающийся стыд, неловкость и некую слабость, бессилие. Тема, которую подняли газетчики для него болезненна? Винс тяжело выдохнул и махнул рукой, указывая на статью, с лёгкой небрежностью и неприязнью.

— Как видите, нам нужны специалисты, как вы, — произнес он.

Чтобы у журналистов не было повода поливать грязью Управление? В его словах читался намёк на происшествия, в которых обязательно, по мнению журналистов, кто-то будет козлом отпущения.

— Вижу, — отозвалась я и отодвинула газету так, чтобы она больше не маячила перед глазами. — Вам не нужно читать это, если оно доставляет столько неприязни. Это просто жёлтая пресса…

— Это наши текущие реалии, Эйрилин. Жёлтая пресса врёт не всегда. В каждой шутке лишь доля шутки, и в газетных статьях тоже, — он прокашлялся. — Мы отвлеклись. О чём я хотел... Ах да! Испытательный срок полгода, Эйрилин, — повторил свои слова мужчина. — Пару проверок придётся пройти. Мы очень дорожим каждым сотрудником. Особенно таким редким явлением, как Эферем, который готов служить в Магической Безопасности.

Полгода — это много. Но, наверное, не для служащих в Магической Безопасности. А что имеется в виду под проверками? Доказать, что я выдаю себя и свои способности за настоящие?

— О каких проверках идёт речь?

Я выходила со спокойной душой, совершенно не веря в происходящее. Хлопнула себя по щекам, наслаждаясь маленькой победой в этом сложном испытании — пережила собеседование и, кажется... получила работу?

А на улице царил осенний мрак, тяжёлые тучи, закрыв солнце, зависли над городом, моросил мелкий частый дождь и всё вокруг окутал сырой мерзкий туман.

Винс Фариот сразу отправил меня дальше. Осталась самая малость, ещё один этап — пройти проверку и получить заключение о моей магической профпригодности. Выдали необходимые документы, и я поняла, что даже заехать на квартиру за зонтиком некогда. Мне не следовало тянуть и мокнуть, я стала ловить такси, чтобы отправиться по нужному адресу. Одета я была совсем не по погоде — тонкая кожаная куртка, лёгкий свитер и блузка под ним.

Когда утром я выглянула с балкончика своей съемной квартиры, мне стоило поверить затянутому тучами небу. Но я доверилась своим привычкам. И вот… Тяжёлые ботинки на высокой агрессивной подошве утонули в луже, а проезжающие машины грозили вот-вот окатить меня грязной водой с головой. С момента как я приехала в Шеит, я никак не могла привыкнуть к переменчивости здешней погоды! В Сезонных землях дожди идут по расписанию, о чем жителей предупреждают заранее. Осадки могут длиться неделями, далеко не всегда календарной осенью и летом. В моём родном крае сезонность — понятие смазанное.

Я зло выругалась, стряхивая с себя капли воды и создавая временный воздушный купол над головой, который ненадолго задержит влагу и не даст волосам промокнуть. Жаль, что я не смогу долго удерживать свой самодельный воздушный «зонт». Моих сил и навыков хватит минут на пять от силы. Но этого достаточно, чтобы успеть прыгнуть в такси, если оно соизволит подъехать! Я мельком глянула на браслет связи, чтобы уточнить время и, кажется, я... уже опаздывала!

До нужного места доехала я быстро. И если бы не дождь и ограниченное время, я бы с радостью прогулялась пешком, посмотрела бы город. Но, видимо, в другой раз...

В одном из отделений магического правопорядка меня встретили, проводили в нужный кабинет и напоили горячим чаем, пока длилось ожидание специалиста. Место напоминало не то лабораторию, не то закрытое спецучреждение. Слишком много защитных плетений, всё стерильное и однотонное. Я грела свои озябшие руки о чашку с чаем. Согреть их сама уже не могла, воздушная подушка с теплым воздухом рассеивалась, едва я начинала колдовать. Кажется, от волнения и перевозбуждения я потеряла контроль, и магия больше не слушалась. Вот и какой из меня специалист?

В кабинет зашли двое — высокая женщина средних лет, с ровной осанкой, в белом костюме. Она показалась мне строгой. На широком женском лице застыла маска, а от её взгляда из-под очков кожа покрылась мурашками. И молодой мужчина, почти парень. Мне инстинктивно захотелось оказаться от него как можно дальше. И я постаралась увеличить между нами расстояние и отодвинулась от стола, облокотившись на спинку стула. Он, в отличие от женщины, был расслаблен, внимательно разглядывал комнату, а потом стал изучать своими серыми глазами меня. Я забыла, как дышать, чувствуя вибрацию его магии — она ползла ко мне словно щупальце, — но не чувствуя его эмоций. Он был закрыт для меня и это немного пугало. Не все маги умеют закрываться от эмпатов, для этого требуется годы тренировок. Можно поставить на свой разум блок, как это делают состоятельные маги или люди из богатых семей, чтобы ни один Менталист не посмел вторгнуться в твой разум. Но нельзя закрыть до конца свое сердце и душу. До эмоций и чувств всё равно можно дотянуться.

С лёгкостью закрыть себя от эмпата может только Менталист. И я сцепила зубы, теряясь в догадках, кто сидит передо мной. Какова специфика его магии? А он только ухмыльнулся, словно бы прочитав мои мысли. Мне стало холодно. Отлично, кажется, меня ожидала беседа в компании с виду приятной, но строгой женщины и молчаливого, но внимательного… Менталиста!

Женщина звучно положила на стол папку, и я вернулась в реальность. Начался допрос, иначе я не могла это назвать.