— О, ты не одна, — как-то не сильно удивилась она, заглянув в гостиную. — Хорошо, что вы оба здесь. Вы уже ужинали? — спросила нас мама, вежливо улыбаясь.

Эйшар приблизился ко мне, встав на полшага позади меня. Кажется, он скрестил руки на груди — я отметила это боковым зрением.

— Нет, мы не… я…

— Милая, что с тобой? — она приложила ладошку к моей щеке, внимательно всматриваясь в мои глаза. — У тебя щёки алые. Ты вся горишь.

— У огня жарко, — проговорила я, не отводя взгляда и не выдавая истинных чувств. Это даже ложью не было. Зачем она водит меня в замешательство? Что пытается выяснить? — Мы не садились. — Я опасно покосилась в сторону Эйшара. Тот дёрнул уголком губ.

***

Я переоделась в удобный и комфортный наряд. Мне не хотелось на ужине пестреть в платье, тем более, что за столом будет Эйшар в простой футболке. Отец предложил ему что-то из своих вещей, но он отказался. И я не стала выпендриваться. Из солидарности… И чтобы позлить маму.

Я красовалась перед вытянутым зеркалом в полный рост в белой блузке с глухим воротником, рукавами буфами и обилием пуговиц. Она была укороченной и заканчивалась в районе пупка, как раз там начинался край облегающих джинс с завышенной талией. И если руки поднять, то оголялась полоска кожи не больше сантиметра. Вполне приличный вид. Это немного позлит матушку, но все в рамках целомудрия. Туфли на каблуках, которые мне подготовили, как и платье, заранее, я отложила в сторону и заменила их замшевыми лодочками. Блестящую густую гриву каштановых волос стянула в тугой конский хвост, который дерзко покачивался при ходьбе. Надела серьги-гвоздики с каким-то черным камнем.

Мне нравилось. Улыбнувшись себе в отражение, я вышла из комнаты и поспешила спуститься вниз.

В столовой была уютно. Но настроение в комнате изменилось с появлением первых блюд, придавая элемент торжественности, важности. Я ощутила внутри какой-то зов — воссоединение семьи. Со вчерашним ужином это не имело ничего общего. Вчера все было очень по-домашнему, без помпезного официоза. Сейчас он имел место быть, подначивая вспомнить о манерах. Их я терпеть не могла.

Выставленные первые блюда наполнили ароматом всё вокруг. Это делало неидеальную комнату для обедов теплой и приятной, несмотря на пестрящие яркие предметы мебели, которые давно не вписывались в современность и мне совершенно не нравились.

На стекло налипли сумерки, мешающие разглядеть территорию дома и улицу. Неясно было, прекратился ли дождь или погода продолжала бушевать.

Я придирчиво окинула стол. Сервировка на пять персон. Нас было четверо, включая неожиданного гостя — Эйшара Элгрина. Значит, этот кто-то, кого зазвала к нам матушка, — будет один. Внутри все неприятно сжалось. Зная маму… Я догадывалась, что персона будет не женского пола. Хотя, кто ее знает! Какие расчётливые мысли крутятся в её голове.

Папа отодвинул для меня стул, и я не сразу поняла этот жест вежливости. Сразу мысленно записала себе минус очко. Отец похлопал мое плечо, как бы поддерживая в этой борьбе, придавая сил для сегодняшнего вечера. Следом он помог маме, и сел уже сам. Эйшар следил за тем, что делает мой отец, и сел, незаметно для всех, но после главы семьи. Пусть все эти жесты не имели никакого официального смысла, отцу был приятно «позаботиться о своих девочках», как он раньше говорил. Я ухмыльнулась, внутри стало тепло.

Мама сидела во главе стола рядом с отцом по левую руку — прямая, спокойная, неуделяющая мне внимания. Стол был достаточно широк, чтобы вместить рядом две персоны рядом, не выделяя никого по старшинству, родителям накрывали там вместе. Эйшар же сидел напротив меня. Ещё одна тарелка стояла на противоположном конце стола. Мы с Эйшаром посередине, а важный гость во главе стола, только с другой стороны. Интересно.

Я опустила взгляд, уткнувшись в эмалированную белую посуду с золотым тонким окаймлением. Я зависла на какое-то время, очищая мысли и голову от всего постороннего, а очнувшись, увидела, что передо мной появилась тарелка с томатным крем-супом, в которую я смотрела и пыталась заставить себя понять, что происходит и где я нахожусь.

— Ты очень бледна, милая. — сказал отец, заметив моё безучастность и спрятанные под столом руки. Ладони на самом деле были зажаты между бёдер, но никто этого не видел.

— Всё в порядке, — отозвалась я, рассеянно почесала нос и взялась за ложку.

Я хотела закрыться. Но не решалась. Любопытство снедало меня. Но всё же призналась, после недолгой паузы:

— Я отвыкла от больших посиделок за столом, — честно сказала я.

Эйшар решил меня поддержать, так как считал язык моего тела, заметил мою скованность и испуг в глазах.

— Честно говоря, я тоже.

— В вашей семье было не принято собираться вместе? — поинтересовалась матушка, глядя прямо на гостя. В её глазах не было ничего, кроме праведного любопытства, но и то с натяжкой.

Она буквально излучала холод и недовольство по отношению к Эйшару. Не знаю, откуда такая перемена в настроении. Он ей вроде понравился.

Я рассеянно водила по кромке супа, окуная туда ложку, так и не попробовав его, исподлобья наблюдая за Эйшаром и мамой. Отец делал то же самое, притворяясь ветошью.

— Эйшар, у меня такое чувство, что вы растеряны. Что вас смущает?

Он поднял взгляд и посмотрел прямо на мою матушку.

— Последние годы я живу один. Я редко ем дома, — откинулся на спинку стула маг. — У моих родителей есть привычка устраивать встречи, обеды, празднества. Я редко их посещаю, так как пресытился обществом высокопоставленных магов ещё в детстве. Когда растешь в подобной семье, где имя отца на устах каждого — все больше спокойствия, чего-то домашнего и менее

Для меня сегодняшний вечер веял пафосом! Как и большинство похожих встреч власть имущих семей в Анарке. Правда, с размахом мероприятий семьи Элгрин наша сравниться не могла. Да и невозможно ставить в один ряд культурные увеселения и лебезения Анарка и Шеита. Я невольно сглотнула, осознавая неприятную перспективу — если мы всё же решимся стать друг для друга больше, чем просто «меченные магией», мне предстоит окунуться в его жизнь. Ту, которая мне не особо нравилась. Но это, кажется, должно нас объединять.

— Считаете наш вечер домашним и спокойным?

— Вполне. Мне нравится, спасибо.

Я наконец сделала усилие и попробовала томатный суп. Он оказался очень вкусным. Ложка за ложкой, я не заметила, как тарелка опустела.

— Расскажите о себе, — потребовала матушка, словно просила повара перечислить ингредиенты в супе, который ей подали. Она не поднимала глаз от тарелки, не смотрела на нашего гостя. Она держалась отстраненно и этот холод ощущался нутром. Моим так точно. Я сжалась, ощутила бег мурашек по коже, словно в теплой столовой резко появился сквозняк.

Думаю, её поведение не могло не настораживать. И мне за её негостеприимность стало немного стыдно. И даже укол вины пронзил мое сердце. Это ведь я позвала Эйшара в дом. Отец вот очень рад, но даже он не ожидал подобной встречи. А мама… Была мамой. Аделина Андрас оставалась собой.

— Что вы хотите знать? — лукаво поинтересовался Эйшар.

— Помимо того, что пишут и демонстрируют на всеобщее? Хм, — сделала паузу она. Как бы выбирая тему, которая ей была больше по душе. — Вы женаты?

Ауч. Это было метко. И крайне неприлично.

Мы с отцом встретились взглядами и оба поняли друг друга без слов — мама в своем репертуаре, это не наш бой, лучше пока наблюдать. Мама поставила локти на край стола и переплела пальцы, опустив на них подбородок, как бы демонстрируя — я вся внимание.

— Я хотел бы жениться. Однажды. — Эйшар лишь на секунду перевёл взгляд на меня, чтобы увидеть мою реакцию на его ответ, но это было настолько быстро, что никто и не заметил, а я шумно выдохнула. — Знаете, Аделина, на данный момент я настолько погружён в работу, что у меня не остаётся времени на близкие личные отношения.

Красиво. Откровенно.

— С таким подходом и не будет, — вставила матушка неуместное замечание со своей стороны и возвратилась к еде, выказывая разочарование — будто намеренно демонстрируя своё отношение к его появлению в нашем доме так некстати.