Я шумно выдохнула и поняла — моя очередь признаться.

— Эйшар, я давно простила тебя. Я не сержусь на тебя за твой поступок. Но ты должен знать: мне страшно. Страшно, что ты можешь меня отвергнуть. Что можешь всё в одночасье оборвать! Страшно, что меня не примет тот, с кем связала меня магия. Судьба. Страшно за решения, которые ты можешь принять. Ведь это напрямую отразится на мне! Я не хочу, чтобы моя жизнь, моя магия и моё будущее принадлежали тебе, Эйшар. Мне страшно, что ты примешь свой выбор.

— Эйрилин! — в его голосе я услышала боль. Он стоял и смотрел на меня с распахнутыми глазами, будто я назвала его чудовищем. Его руки переместились на мои плечи и сжали их. — Я не причиню тебе вреда. Я бы не смог… Не стал. Да я бы сделал всё, чтобы сохранить твою независимость и вообще отменил бы всё… Я вообще не хотел бы, чтобы мы насильно были привязаны друг к другу. И не хочу, чтобы у нас не было выбора. Я этого не хочу, так же как и ты. Но я не знаю, как это исправить!

— Сейчас уже поздно что-то делать.

— Выбор остаётся.

Я отошла, создавая между нами дистанцию. Невозможный!

— Да. Выбор остаётся! — резко сказала я. — На кону либо ты, либо моя магия и сломанная жизнь.

Потому что если мы откажемся друг от друга, то лишимся всего. Мнимая иллюзия выбора.

Он набрал воздуха в грудь. В глазах — решимость. Кажется, Эйш обдумал каждое слово, каждое действие или решение, которое могло вытечь из этого откровения.

— Если ты захочешь отказаться от меня, я это приму. Мы можем разрушить связь. Я готов к последствиям, и беру ответственность на себя.

Это было так самоотверженно, это была такая жертва… Мне захотелось плюнуть ему в ноги. Каким дураком надо быть? Мне казалось, он умнее. Или это такая уловка? Игра на моих чувствах?

— Ты берешь! — засмеялась я. Будто это можно решить вот так просто! Взять и все забрать на себя. — То есть, ты даёшь мне выбор? Да это же… Ты предлагаешь или прыгнуть в пропасть или взять твою руку. Но мы оба упадём… ты и я! Если я приму решение отказаться, не только ты будешь страдать, я — тоже. Мы оба будем калеками. Несмотря на нежелание участвовать в этом… Я ещё не сошла с ума.

— Я правильно понимаю, что тебя пугаю не я? — уточнил он.

— Нет, не ты, — помотала головой я, отвечая твердо и уверенно. — Пугает не то, что это именно ты! Эйшар Элгрин, — я усмехнулась. — Хотя… Тут многое можно сказать. — Я снова посмотрела ему в глаза. — Ты… Я вообще не понимаю, почему я́… С тобой!… Не важно! Меня напрягает то, что это вообще с нами случилось. И отсутствие выбора. Только не спорь, пожалуйста, что выбор есть. Его нет. Для меня — нет.

— Я понимаю. Моя семья причастна — ответственность лежит на мне. А решение за тобой. Я знаю, что виноват. Поэтому… Я просто хочу всё исправить. — Произнес он и добавил, выделяя каждое слово: — Позволь мне всё исправить!

— Эйшар, это просто слова… — я выдохнула и скрестила руки на груди. — Я принимаю твои извинения. Но… этого недостаточно.

Между нами не было доверия.

Он глубоко вздохнул, шумно втягивая воздух. Видно, маг терял самообладание.

— Я хочу, чтобы ты знала: я не могу разорвать связь. Не хочу этого делать. Тебе страшно, что я решу всё за нас обоих. — Он взял меня за руку и положил на своё запястье, прижимая мою ладонь достаточно крепко. А затем произнес, подкрепляя слова магией: — Так вот я даю своё слово — я не стану этого делать, пока ты не будешь готова принять решение.

Это была клятва. Такая же, какую он взял с меня в переговорной комнате относительно расследования. Я во все глаза смотрела на его руки. Это был тот самый шаг, вверяющий в меня надежду и уверенность в его намерениях. Эйшар дал мне повод и причину для доверия.

Следующее признание заставило мои колени дрожать, а тело и вовсе стало ватным:

— Эйрилин, меня тянет к тебе безумно. И я не готов от тебя отказаться.

Я вжалась в стенку — она стала моей опорой. Потому что одно дело осознавать, что нас влечет друг к другу. Понимать, что, вероятно, во всем виноват ритуал и наша связь. А другое слышать из уст Эйшара признание.

— Так чего ты хочешь? — прошептала я.

— Попробовать?

— Попробовать? — переспросила я, желая верить, что мне не послышалось.

— Если ты не против, — он четко произносил эти слова в надежде, что я не пошлю его куда подальше.

Я прекрасно понимала, о чем он говорит: попробуем быть вместе. После того, как сделали друг другу больно, после того, как бегали друг от друга и пытались понять, что между нами.

— Может быть… — с моих уст не смог вырваться однозначный ответ. — Мне нужно подумать.

Это было правильно.

Я не хотела представлять, что придется делать, если мы решим разорвать эту связь. Возможность лишиться магического дара — ведь связь брачного союза основывается на магии — связывает двоих слишком крепко. И нужен еще один ритуал, который развяжет нас, забирая с собой почти весь наш резерв. Ты сразу становишься слабым и практически беспомощным. Более того — полноценным магом уже не назовёшься, даже бытовые заклинания будут даваться с невыносимым трудом.

Эйшар сделал несколько шагов по направлению ко мне, а затем взял мое лицо в ладони, скользнул по чертам моего лица и заглянул в глаза. Кажется, он не расстроился. Наоборот — легкая полуулыбка и нежность в его взгляде говорили, что его мой ответ устраивает.

Я дала ему шанс всё исправить.

— Хорошо, — согласился маг. — У тебя есть всё время, которое у нас есть.

Эйшар наклонился, прижался лбом к моей макушке, а потом поцеловал в висок. Я нутром чувствовала — он хотел бы услышать от меня «да», хотел коснуться моих губ. Последнее безумно хотела и я, но этой близости — стоять рядом, вдыхая запах, касаясь друг друга в объятиях, в данную секунду было достаточно. Меня охватила нежность и чувство защищенности рядом с ним. Такой маг, как Эйшар, способен сделать все, чтобы его семья была в безопасности.

Я коснулась его голых бицепсов и провела по ним ладонями. До чего же шикарный мужчина!

Мы так и стояли, а время шло.

— Эйшар, — прошептала я.

— М?

Я коснулась его ладоней своими, что до сих пор держали моё лицо, убирая их от себя. А он перехватил мою ладошку и поцеловал. Зачем? У меня все внутри переворачивалось. Такая нежность…

— Мы не можем стоять здесь вечно. Ты хотел идти по личным делам, найти на кухне торт или что-то такое, а я ужасно хочу пить, понимаешь? И ещё я очень устала.

— Я принесу тебе воды, — твердо произнес он..

— Ты хоть знаешь, где её взять? — весело усмехнулась я.

— Я найду, — убедил меня маг. И подмигнул: — Где кухня, я уже знаю.

Я закатила глаза и пошла к себе. Я включила ночник и обвела комнату рассеянным взглядом, сглотнула комок и глубоко, судорожно втянула в себя воздух. Апельсинами пахло до сих пор, но уже не так ярко. За окном уже не слышались барабанящие по стеклу капли — погода затихла.

А моя внутренняя буря из переживаний наоборот — набрала сил. Я сдерживала свои рыдания, рвущуюся наружу истерику и… Больше не могла. Оказавшись наедине с собой, в одиночестве, железный кулак разжался, и всё нахлынуло с новой силой. Я не могла остановить поток слёз и сдержать протяжного всхлипа.

Его извинения пробудили во мне спящую, въевшуюся в сердце боль, — рану, которую я заклеила на́скоро и притворялась, будто её нет. Боль, которую я спрятала глубоко внутри себя, постоянно отзывалась на любое упоминание Эйшара. И сейчас она отпускала меня. Я освобождалась от этого бремени.

Быть отвергнутой очень неприятно, как и быть униженной. Быть сильной и скрывать всё это внутри ещё тяжелее. Притворяться, что ничего не случилось, пять лет держать внутри себя его образ и знать — он даже имени моего не узнал, — обидно, несправедливо. Все эти чувства разом смешались во мне.

Услышав его признание и извинения — самые главные слова, — я поняла… что хотела бы ответить ему «да». Потому что попробуем, не значит, что я соглашаюсь выйти за него и скрепить союз до конца наших жизней. Нам стоит узнать друг друга. Это всё, что у нас осталось.