Он смотрел на меня долго, любуясь. В полутьме блики огня отражались в его глазах. Они так мистически горели, это создавало удивительный эффект, подкрепляя каждое его слово. Цвет его глаз будто изменился, став серебристым, а не привычно серым.

Я выдохнула.

Комната будто уменьшилась, стало тесно и неудобно. Эйшар сел на часть пледа, который укрывал мои ноги, я зашебуршалась, чтобы его вытащить. Он помог и приподнялся. Я попыталась вытянуть ноги, но поняла, что не помещаюсь на диване. Будь я она, я бы улеглась, а так — приходилось ютиться кое-как с крупногабаритным соседом мужского пола. Эйшар, видя мои мучения и пыхтения, схватил мои ноги за лодыжки и положил на свои колени, давая возможность улечься, как мне хотелось. Стало так по-домашнему комфортно.

— Холодные, — произнес он. Его руки забрались под плед, трогая мои голые стопы. Непривычно. Я от неожиданности сжала пальцы на ногах. — Замерзла?

Я не смогла ответить, обескураженная его действиями и своей реакцией. Поджала губы, наблюдая за ним. Молчание заставило его повернуться и встретиться с моими зелёными глазами. По телу, словно толпа мурашек, пронеслось пару электрических разрядов.

— Немного, — вымолвила я.

Он стащил ещё один плед со спинки дивана и укрыл мои и свои ноги, а потом обхватил мои ступни своими тёплыми сильными ладонями, согревая их.

— Так будет лучше, — добавил он, откидываясь на диван.

— Угу, — отозвалась я, невнятно что-то помычав. Спряталась за книгой, потому что от его прикосновений к ступням по телу пошёл жар, кожа покрылась мурашками, а дыхание сбилось. Стало так нежно, мягко, расслабленно, хорошо. Захотелось ластиться, обнаглеть вконец и попросить массаж. Но на деле я просто положила книгу на лицо, заставляя себя прийти в себя, игнорируя позывы своего тела к ласке. А потом Эйшар, словно издеваясь, начал медленно водить большим пальцем по ступне, доходя до подушечек пальцев и возвращаясь вниз до пятки. Эти действия сорвали мою крышу, и я едва сдержала стон. Судорожное дыхание выдало меня:

— Пожалуйста, не нужно, — хрипло простонала я, понимая, что это выше моих сил. Желания и мысли сходились в одном — в продолжении, пока я окончательно не разомлею. И это было тайным запретным желанием: я хотела разомлеть в его руках, но куда больше я хотела, чтобы мгновения этого спокойствия и заботы продолжались бесконечно.

— Прости, — отозвался он, убирая руки. Я хотела подтянуть ноги поближе к себе, но просто не могла. Остаточные ощущения лелеяли внутреннее ожидание на продолжение. Хотелось сгореть со стыда!

Я пролежала так ещё минут пять, стараясь охладить пыл, прийти в себя. Так будет лучше. Так будет лучше, Эйрилин! Эйшар молчал — мы сидели в абсолютной тишине. Я подняла книгу с лица, посмотрела на мужчину — ровно вздымающаяся грудь, прикрытые веки, расслабленная поза — он видимо задремал. Напряжение наконец с меня полностью спало, и я в этой блаженной тишине и умиротворённости залюбовалась его профилем. Четкие скулы, широкая линия бледно-розовых губ. Ресницы, в отличие от его волос, были черного цвета. Это казалось интересным, потому что брови и волосы алебастрово-белого. Интересно, откуда такое природное явление?

— Любуешься? — произнёс маг и посмотрел из-под полуоткрытых ресниц. Я удивилась и звучно втянула в себя воздух.

— Гад! — я хотела пнуть его за хитрость по ляжке пяткой. Но Эйшар перехватил мою ногу за лодыжку и вытянул, чтобы я не могла его ударить даже в шутку. Про книжку в руках он забыл?

— Почему у тебя такие холодные ноги?! — возмутился он, что его попытки меня согреть разом исчезли.

Я не нашлась что ему ответить. Да и почему я должна отвечать?!

— Пусти, — фыркнула я, опасно прищурившись. Мне будто снова было десять лет, и я играла с мальчишками во дворе школы. Только теперь игры с другим подтекстом и куда опаснее — они будут стоять моего будущего, магии и всей жизни.

— Вот ещё!

Я хотела запустить в него своей книжкой. И плевать, что закладка выпадет, а страницы помнутся! Эйшар, увидев мой замах, резко перехватил мои тонкие руки, смыкая пальцы на запястьях. Он быстро и виртуозно меня обездвижил. Так аккуратно, не больно, но очень крепко прижимая к подушкам дивана.

Он наклонился ко мне, неприлично нависая сверху. Я выдохнула, ощущая, что грудью касаюсь его груди, — между нами не больше сантиметра! Глаза в глаза. Сердце колотится в груди, да так, что я уверена — Эйшар его слышит! Маг медленно наклоняется к моему лицу, сократив расстояние до интимного, а я зажмуриваюсь. Издеваться думает? Я невольно сжала все мышцы таза, подавшись вперёд. Чертова реакция, чёртово влечение, абсолютное безумие!

— Даже не думай, — заявил он мне на ухо, проведя носом по моей щеке.

Но я-то понимала, что в этой фразе всё буквально кричит: попробуй, и я покажу тебе то, что ты желаешь больше всего.

Я оторопела, вспыхнула и замерла. Боялась двигаться, чтобы это не перетекло в большее. Касаться моих стоп, флиртуя и играя на моих обнаженных нервах, это не то же самое, что находиться в пяти секундах от поцелуя, от страстного желания к слиянию горячих обнаженных тел! Однако жар, рождённый внизу живота, уже растекался по телу, пробуждая самые тайные мысли и фантазии.

Если мы это сделаем, дороги назад не будет. Это ответственность! Подобные вещи могли позволить себе другие — кто угодно! — но не мы.

— Брысь! — шикнула я и, замахнувшись, легонько стукнула мага по голове книжкой, заставив его отпрянуть и выпрямиться.

Мои горящие розовые щёки, блестящие от желания глаза, расширенные зрачки прямо указывали на взаимность, сейчас я была открыта, и именно этого Элгрин добивался — провокации интимного характера. Но мне было плевать. Я боялась довести это до греха. Боялась этого больше, чем волновалась за свою репутацию или то, что Элгрин может про меня подумать. Притворяться пай-девочкой поздно — не после наших жарких танцев в объятиях друг друга на торжестве. А ведь это было всего пару дней назад! А кажется, что прошла целая вечность.

Но Эйшар… и сам выглядел потерянным и заведенным. В его глазах горело пламя желания, и он пожирал меня, лежащую под ним на диване, своим взглядом.

— Ты переходишь границы, Элгрин! — выдохнула я, грозно сузив свои зелёные глаза.

Я почти ляпнула: «Ты не сделал ничего, чтобы между нами что-то было!» Но вовремя прикусила язык, подарив Эйшару красноречивый взгляд, к которому не нужно добавлять слов.

Меня отвлек посторонний шум — в этот момент щёлкнул замок входной двери. Родители вернулись!

Я подскочила, как в попу ужаленная, скидывая его с себя. Босые ступни коснулись холодного пола. Я хотела кинуться под арку, но замерла, сделав всего один шаг от дивана. Бросила на Эйшара взгляд через плечо и поняла, что план по его выпроваживанию провалился! Мы упустили драгоценное время решить его проблему с транспортом до Анарка.

«А так ли я хотела это решать?»

Коснулась ладонями горящих щёк. Мы же только что… Какой ужас! А если бы нас застукали? Эта глупая шалость едва не стала достоянием глаз моей семьи.

Эйшар решил подняться вместе со мной.

— Сиди, — я легонько толкнула его в грудь. Жестом показала Эйшару сидеть и не рыпаться. Кажется, он понял — послушно откинулся на спинку дивана и склонил голову набок, любуясь моими глупыми попытками к притворству.

— Ты не сможешь меня прятать, — заявил он достаточно тихо, так чтобы слышно было только мне.

Я вспыхнула от нахлынувших чувств. Я почувствовала себя школьницей, которая прячет мальчика в шкафу, чтобы их не застукали. Нет, этого не будет!

— Согласна, — произнесла я, глядя на него с долей надменности.

Слишком много чести прятать такого мага.

Я выпрямилась, расправила плечи, фыркнула и босиком побежала в холл встречать родителей.

— Как дела? — спросила я их, прислонившись к дверному косяку плечом.

— Просто чудесно, — отозвалась мама, мельком взглянув на меня. — Ты к ужину ещё не готова, я смотрю.

Я натянула улыбку в ответ на очередную придирку. Решить вопрос одежды к ужину не займет много времени, к тому же никто прямо сейчас не сядет за стол. Да и маме нужно освежиться и тоже решить вопрос внешнего вида.