Ступенька за ступенькой поднималась Анна наверх, возвращаясь в комнату, где спал Том. Пусть он забудет её лицо, её имя, её слова. Пусть будет счастлив. Она переболеет эту боль, перегорит эту любовь. И никогда не обернётся назад.

Каждый новый шаг отдалял её от мира фантазий и желаний, сладких грёз, розовых пони, которых никогда не бывает в реальности. Драконы — случаются, а вот розовых пони нет. Реальность жестока, сурова и холодна, но и справедлива.

Ни один мужчина больше не поработит её душу. Возможно, станет спутником, возможно — союзником или другом. Но божеством и господином — никогда.

Анна чувствовала, как вместе с дикой болью сердце её наполняется новой силой. Не девочка, не девушка — новая женщина готова была противостоять любым испытаниям. Любовь умерла, но вместо неё пришли мудрость и независимость. Цена уплачена. Счёт закрыт.

Вернувшись в свою комнату, Анна легла на кровать. Сердце затихло, навсегда уступая место разуму и воле. Решение принято оканчательно и бесповоротно: дорога лежит вперёд, судьба ждёт смелых шагов. Больше никаких колебаний, сомнений и страхов. Только свобода и самостоятельность.

Никогда больше она не станет жертвой чувств, не попадёт в ловушку мужской похоти и эгоизма. Любовь никогда не проходит бесследно. Пусть она оставила раны и ожоги, но именно благодаря ей приобретён ценный жизненный опыт.

Наступило утро, прохладное и ясное. Лучи солнца пробивались сквозь окна и опущенные шторы. Анна открыла глаза, ощущая лёгкую усталость после бессонной ночи, но удивительный покой на душе.

В дверь постучали, и Алекс просунула свою кудрявую голову:

— Анна! Ты ещё спишь? Я боялась, что ты исчезнешь, как и в прошлый раз, даже не попрощавшись. Как выспалась?.. Отдохнули?

Анна слегка приподнялась на кровати, поправляя сбившееся одеяло:

— Благодаря тебе эта ночь прошла хорошо. Верные друзья — лучшее, что можно получить в жизни. Если бы не ты, ночевать бы нам под мостом. Но, боюсь, мы и правда вскоре покинем тебя.

— Я велела запрячь для вас повозку.

— Спасибо, — тепло поблагадарила Анна. — Никогда не забуду твоей доброты. И, если что, в долгу не останусь.

Алекс улыбнулась, глядя на подругу и сказала мягко:

— Вы можете оставаться столько, сколько потребуется. Я всегда рада тебе, Анна. Даже немного грустно думать, что скоро вас вновь уведут многочисленные заботы.

— Ах, дорогая моя! — обняла её Анна. — Никогда не знаешь, где в жизни найдёшь, а где потеряешь. Но так отрадно знать, что жизнь состоит не только из потерь и расставаний, но и из новых знакомств и возможностей.

Взял Алекс за руку, Анна добавила серьёзно:

— Мы обязательно ещё увидимся. Однажды. Будем считать это обещанием. До свидания, милая Алекс. Да хранит тебя Бог за твою доброту.

Молодые женщины крепко обнялись:

— Береги себя, Анна.

— Обязательно.

Том поднялся почти сразу же после того, как Алекс покинула комнату.

— Пора в порт. Надеюсь, корабль уже прибыл, — сказал он, одеваясь.

Набросив на голову капюшон, Анна, следуя за мужем, вышла из борделя. Он отправился посмотреть, как там повозка и всё ли готова к отъезду. А Анна осталась у коновязи. И тут она столкнулась с… Фэйтоном.

Пошатываясь, молодой принц вывалился из резко распахнувшейся двери, налетев на молодую девушку. Он был беспощадно, безбожно пьян. До такой степени, что едва держался на ногах.

Анна замерла, глубже надвигая капюшон на лицо.

— Простите, — извинился принц, с трудом удерживаясь на ногах. — Простите меня… — голос Фэйтона звучал приглушённо.

Сердце сжалось от нахлынувших эмоций, но Анна решительно отвернулась.

— Я не сделал вам больно?

Анна молча покачала головой. Хотя он сделал… и ещё как. И каждая новая встреча лишь добавляет муки. Вот и сейчас, вместо того, чтобы просто пройти мимо, он зачем-то остановился и пристально смотрит на тот тёмный кулёк, в который превратилась Анна, замотавшись в свой бесформенный, безразмерный плащ, буквально утонув в нём.

Анна молчала, сохраняя неподвижность. Не говоря ни слова. Она вовсе не планировала быть узнанной. Любое её движение или слово могло лишь усложнить ситуацию.

А Фэйтон, словно нарочно, замер рядом. Вглядываясь в безликую фигуру на пороге борделя. И каждый миг рядом с ним заставлял кровоточить старые раны, обнажая болезненные чувства, которые она старалась подавить.

— Ваше высочество, — следом за принцем появился один из придворных его свиты. Его лицо Анне тоже показалось смутно знакомым. — Вам плохо?

Принц по-прежнему не сводил с Анны взгляда, тяжёлого, затуманенного алкоголем, но пристального.

— Нет. Просто устал, — пробормотал он. — Устал от всего…

От его слов веяло такой безнадёжностью, что пальцы Анны непроизвольно сжались в кулаки.

— От кого-то прячетесь, милая девушка? Может быть, помощь нужна?

Анна покачала головой, по-прежнему не говоря ни слова.

— Тогда почему ты так прячешься от случайных взглядов, красавица?

— Да с чего вы взяли, что она красавица? — засмеялся его спутник. — А то, что прячется?.. Просто не хочет быть узнанной. Не каждая дама согласна афишировать свои визиты в бордель, ваше высочество. Идёмте, пока ваша маменька не прислала за вами вашего грозного братца. Не знаю, как вам, а мне сталкивать с принцем Сейроном совсем не хочется.

— Пусть идёт в задницу, — скривился Фэйтон.

— Пора возвращаться во дворец, ваше высочество.

Фэйтон кивнул, качнулся было снова, но сумел устоять. Принц бросил последний задумчивый взгляд на женщину в капюшоне, будто пытаясь вспомнить что-то важное. Или — понять?..

Но потом медленно развернулся, и зашагал прочь за своим придворным. Повозка была готова отправиться в путешествие и Том уже ждал свою молодую жену, нетерпеливо поглаживая повод.

Вдруг по мощённой мостовой раздался топот коней и Анна замерла, узнав в первом всаднике Сейрона.

Видимо, все герои её драмы решили выйти под занавес на авансцену для поклона? При виде младшего брата Фэйтона она с трудом удержалась, чтобы не побежать. Этот человек, несмотря на свою крайнюю молодость, внушал её настоящий страх.

Сейрон спешился, не глядя бросив поводья ближайшему солдату, стремительно подлетел к Фэйтону, грубо хватая брата за воротник и рванув его на себя:

— Где были? Уже сутки ищут!

— Отстань, — процедил Фэйтон, тяжело дыша. — Сам разберусь.

— Разберись дома! Отец взбешён, мать в слезах, дядюшка готов праздновать победу. Ты, чёртов идиот…хочешь просрать королевство ради борделей?

— Забирай его себе, коль так надо. Оставь меня в покое. Оставьте меня в покое вы, все, — тихо проговорил Фэйтон, глядя в сторону Анны.

Его взгляд скользил по девушке в капюшоне. И Анне казалось, что он пробирается сквозь толстую кожу и проникает ей прямо в душу. Хотя сам принц, вероятно, видел лишь непонятную тень.

Сейрон отступил, отпуская воротник старшего брата. И тоже взглянул в сторону повозки, ожидающей отправки.

— Едем домой немедленно. Иначе я самолично отвезу тебя обратно в замок, даже если придётся привязать тебя канатами и волочь верхом на лошади.

Фэйтон пожал плечами, видимо, решив подчиниться приказу младшего брата. Сделав неуверенный шаг вперёд, он чуть пошатнулся, но вовремя ухватился рукой за ближайшего гвардейца, восстанавливая равновесие.

— Иногда я думаю, что всё королевство не стоит одной женщины, — пробормотал Фэйтон себе под нос и сердце Анны сжалось и начало таять.

— Меньше пей — будешь меньше говорить глупостей, — раздражённо ответил Сейрон, потянувшись за поводьями своего коня. — Ты названный наследник трона. Давай, двигай.

Фэйтон послушно направился вслед за братом, притормозив на секунду возле Анны. Её душа мысленно застонала от знакомого ощущения горя и потери, однако, Фэйтон прошёл дальше. Он напоминал в этот момент пустую оболочку, какой Анна чувствовала себя накануне вечером.

Повозка тронулась следом за королевским отрядом. Томас сел рядом с кучером, не досаждая Анне излишним вниманием. Они направлялись в доки, где, надеялись, корабль, что должен был отвезти их домой, уже прибыл.