Свобода была близка!

Осторожно высунувшись в дверной проём, Анна затаила дыхание, напряжённо всматриваясь вглубь длинного коридора. Полная тишина, ни звука, ни движения.

Убедившись, что путь свободен, девушка бесшумно скользнула вперёд, аккуратно прикрыв за собой дверь, заперев дверь на ключ. Теперь стражник, придя в себя, не сможет сразу поднять тревогу.

Коридор тянулся бесконечно. Где-то впереди слышались приглушённые голоса, но ближайшие участки оставались пустынными. Анна двигалась практически на ощупь, прислушиваясь к каждому подозрительному звуку. Шаги смен караула становились всё отчётливее, заставляя нервничать.

— Где же я? — мысленно задавалась вопросом Анна.

Повсюду встречались только вооружённые люди, гражданских лиц и прислуги нигде не было видно. Похоже, Сейрон притащил её в одну из казарм, где находились подчинённые ему стражники.

Впереди показалась полоска света, льющаяся сверху. Приблизившись, Анна разглядела старую деревянную лестницу и, придерживаясь стены, начала осторожно подниматься по истёртым ступеням.

Лестница вывела её во внутренний двор замка, залитый мягким серебристым светом луны. Свежий ночной воздух ласково коснулся кожи. Пахло цветами и влажной землёй. Воцарилась глубокая, почти мистическая тишина, лишь иногда нарушаемая сонным храпом лошадей из ближайших конюшен да печальной трелью ночной птицы.

Со всех сторон возвышались высокие крепостные стены, прочные и неприступные. Пройти через них можно было только одним путём — через главные ворота, но их охраняли бдительные часовые.

Погружённая в раздумья, Анна не заметила, как сзади возникла тень. Резкий мужской голос внезапно прервал течение её мыслей:

— Куда направляется столь очаровательная гостья глубокой ночью?

Перед девушкой выросла мощная фигура. Луна освещала грубые черты, заросшие густой щетиной. В глазах незнакомца читалось одновременно удивление и настороженность.

— Я… я заблудилась, — выдавила из себя Анна.

Незнакомец сделал несколько шагов вперёд, внимательно её рассматривая. Кустистые брови приподнялись, губы тронула лёгкая усмешка:

— Заблудились? Здесь? — недоверчиво переспросил он.

Анна лихорадочно перебирала в уме возможные оправдания, выбирая наиболее убедительные.

— Я гостья Его Высочество. Он совсем недавно меня сюда поселил. Вот и запуталась в переходах…

Однако её уверенный тон ничуть не убедил собеседника. Напротив, взгляд его стал более острым, а уголки губ опустились вниз.

— Если вы действительно заблудившаяся гостья, позволь проводить вас к принцу, — предложил он с подчёркнутой вежливостью. — Красивой женщине небезопасно ходить ночью одной.

Его ладонь опустилась на рукоятку меча, заставляя Анну напрячься.

— Спасибо за заботу, храбрый воин. Но я…

— Следуйте за мной, сударыня. Я отведу вас к Его Высочеству.

И снова длинный коридор, освещённый лишь редкими факелами. Их тени причудливо плясали на каменных плитах пола, удлиняясь и сужаясь в зависимости от поворотов прохода. Каждая секунда казалось бесконечной, а шаги гулко отдавались эхом, вторгаясь в тишину замка.

Анна старалась идти ровно, сохраняя достоинство. Сердце билось часто и сильно. Каждый поворот коридора лишь повышал градус тревоги.

— Сюда, госпожа, — негромко произнёс стражник, указывая на очередную массивную дверь, обитую металлическими пластинами.

Постучав в дверь тяжёлым бронзовым молотком, прикреплённым к стене, он отступил в сторону, приглашая:

— Проходите.

Ничего иного, как войти, просто не оставалось.

Помещение было огромно, заполнено книжными шкафами, утопающими в полумраке. Единственное освещение исходило от большого камина, расположенного в центре зала, где языки пламени танцевали, разбрасывая оранжевые блики на старинные страницы книг и деревянные панели стен.

Принц Сейрон стоял у камина, заложив руки за спину и глядя в огонь. Его профиль был отчётливо виден в свете пламени — жёсткий, аристократический, с лёгкой тенью недовольства на лице. Он не спешил поворачиваться.

Когда же обернулся, губы его тронула едва заметная усмешка, придающая его облику ещё большее сходство с хищным зверем, играющей со своей жертвой перед прыжком.

— Доброго вечера, миледи, — в тихом, низком голосе неприкрыто слышалась угроза и Анна почувствовала, как по позвоночнику струится холодок страха. — Сумели сбежать из камеры? Не стану с этим поздравлять, потому, что подобное своеволие не пойдёт тебе на пользу.

Его взгляд жадно скользнул по её фигуре. Хищная улыбка стала шире, обнажая ровные зубы.

— Любопытно, чего ты хотела добиться? Поступок, может быть и смелый, но глупый.

Анна молчала, не находя слов. Чувствуя, как накатывает парализующая слабость.

— Молчишь? Прекрасно! Молчание красноречивее слов. И, в отличие от них, оно куда более правдиво. Что ж, раз уж ты здесь, продолжим прерванный ранее разговор.

Сейрон сделал несколько шагов вперёд. Его фигура казалось монументальной, словно вырезанной из камня. Голос звучал холодно и отстранённо, подчёркивая его решимость.

— Твоя беременность усложняет дело, — произнёс он ровным голосом. — Но это не повод отказываться от задуманного. Ты будешь принадлежать мне.

Спокойствие, с которым он говорил, пугало сильнее угроз.

— Я скорее умру, — так же ровно отозвалась Анна.

Взгляд принца стал жёстче. Он медленно вытащил из ножен, висевших на поясе, тонкий кинжал, сверкнувший в свете огня.

— Скорее умрёшь? — усмехнулся он, подходя вплотную. — Отлично. Проверим твою решимость.

Анна замерла, когда острая сталь коснулась её горла. Одно неверное движение и лезвие прорвёт тонкую кожу, пуская кровь.

Страх и ненависть смешались в её взгляде, направленным на Сейрона. Она понимала, что сейчас он может делать всё, что захочет — она не в силах ему помешать.

— Ваше Высочество… — голос её дрогнул.

Сейрон оставался невозмутимым. Глаза его изучали девушку с холодным интересом. Кончик ножа слегка двинулся по её шее, словно игривое пёрышко. Только это было смертоносное оружие, способное оборвать её жизнь в любую минуту.

— Немного насилия, моя дорогая, — с усмешкой мягко произнёс он. — Всего лишь небольшая проверка твоей решимости. Утверждаешь, что силы воли превосходит физическую силу? Сейчас ты по-прежнему уверена в этом?

— Вы жалкий трус, — прошипела она, выплёскивая в слова всю свою подавленную ненависть.

В ответ раздался тихий смех:

— Трус? Я?..

Усмешка Сейрона сделалась шире, превращаясь в звериный оскал. Он демонстрировал зубы, словно зверь перед нападением:

— Нет. А вот кто-то, похоже, любит красивые речи? Погорим языком боли, девочка? Тогда и поймём друг друга лучше. Пусть твои чувства проявятся кровью…

— Вы безумны, — произнесла Анна с нескрываемым презрением, прямо глядя в его ледяные глаза. — Власть в ваших руках станет для всех катастрофой.

Лезвие перестало играть роль лёгкого пёрышка. Оно так плотно прижалось к коже, что угрожало в любой момент прорвать её. Анна чувствовала, как острота металла оставляет заметный след, по которому медленно скатывается капля крови, оставляя багровый отпечаток на ключице.

Каждый миг жестокой игры мог стать последним. Но как же он её бесил! Чудовище! Как этот кровожадный зверь, лишённый жалости и чести, мог быть родным братом Фэйтона, который, несмотря на все свои недостатки, никогда не проявлял жестокости?

— Давайте, — бросила она, с вызовом глядя в его глаза. — Смелее. Покончим с этим.

Сейрон едва заметно поморщился, уловив искреннюю готовность девушки к любому исходу. Рука, державшая кинжал, едва заметно дрогнула.

— Дерзкая девчонка, — процедил он сквозь зубы, и раздражение звенело в его голосе. — Решила проверить пределы моего терпения?

Его пальцы сильнее сжали рукоять. Лезвие опасно блеснуло, оставляя ещё одну длинную царапину на шее Анны.

Дыхание Сейрона участилось, и в следующее мгновение от отбросил нож в сторону, схватив девушку с такой силой, что хрупкие кости чуть не хрустнули. Анна попыталась вырваться, но хватка была железной.