— Я лично — очень мало, только размытое свечение. Наталья говорит, что видит настоящее ажурное кружево. Аура для нее замысловатый рисунок. Например, мне не пришлось признаваться ей в любви. Она сама это поняла, когда увидела мое магическое поле. По ее словам, оно было похоже на диковинный цветок.

— У вас разрешены служебные романы с подчиненными? — попыталась уколоть его Василиса.

Она не понимала, к чему Роберт завел этот разговор. Слишком интимный для обычного собеседования при приеме на работу.

— Мы женаты, Василиса. Мне уже больше шестидесяти, я не хочу растрачивать время на легкомысленные интрижки.

— Сколько?!

— Вы не ослышались, столько и есть. Разве вы не знали, что маги дольше живут и, соответственно, более молодо выглядят?

— Нет.

— Кстати, как себя чувствует ваша бабушка? Ей ведь уже далеко за девяносто, если я не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь… — неохотно ответила Василиса. — Нормально она себя чувствует. Конечно, не так активна, как раньше, но пациентов регулярно консультирует... Да-да, я уже поняла, что это особенности ее магии, не надо мне снова объяснять. Лучше скажите, как вы узнали, что я думаю?

— У вас очень живая мимика. Наблюдая за вашими эмоциями, взглядами, а также изменениями ауры, несложно было догадаться. Кроме того, я слишком давно работаю в этом кабинете, многих новичков видел. Имею определенный опыт.

— А зачем вам это? Наш разговор… и прочее. Вы же не для того меня вызвали, чтобы рассказать о браке с Натальей.

— Вы не доверяете нам, Василиса. И мне хотелось бы знать почему.

— А я должна доверять вам? — изумилась Василиса. — Вот так, с первой встречи, даже толком не зная, что за человек передо мной?

— Ваша осторожность делает вам честь. Но я спросил об организации в целом.

— Вы сейчас спрашиваете о структуре, аббревиатуру которой я даже расшифровать не могу! Кстати, может, вы мне объясните, что означает эта странная фраза «НИЦ ЭП»? У вас ни на одном бланке нет полного названия.

— Научно-исследовательский центр экологических проблем. Как видите, ничего страшного. Если бы вы спросили раньше, вам любой сотрудник объяснил бы. Иногда полезно задавать вопросы, а не ломать голову.

— Значит, вы занимаетесь экологией?

— В каком-то смысле да. Но я бы скорее назвал это очисткой.

— Час от часу не легче! Я думала, вы маги, оказалось — ассенизаторы.

— Знаете, как говорят: магии нет, есть только физика. Когда вы привыкнете к своим новым возможностям, они тоже станут для вас чем-то обыденным вроде мытья полов.

— Терпеть не могу мыть полы!

— Не удивительно, — усмехнулся Роберт. — Думаю, мы найдем вам занятие поинтереснее.

— Я еще не согласилась у вас работать!

— Можете отказаться — ваше право. Но должны понимать, чем рискуете, пускаясь в свободное плавание.

— В каком смысле рискую?

— В прямом. Вряд ли вам известно, что маги встречаются крайне редко. По данным статистики, их меньше одного на десять тысяч обычного населения. Что поделаешь, рецессивные гены! Людей с латентными магическими способностями в несколько раз больше, но их надо обязательно инициировать. Чаще всего этого не происходит.

— Я знаю, бабушка говорила, — буркнула Василиса. — Вы о рисках хотели рассказать.

Пусть этот Роберт не думает, что он тут самый умный! Видно, специалист лапшу на уши вешать. Чуть что — уводит разговор в сторону.

— Риски очевидные. Только представьте, сколько интереса вы — одаренный маг-одиночка — будете представлять для преступного мира. Поверьте, мошенники церемониться с вами не будут. Они быстро придумают, как заставить вас делать то, что им нужно. Тем более, как я понимаю, вы надолго поселились в нашем городе.

— При чем здесь это?

— При том, что Санкт-Петербург — особое место, магическое. Часто он сам подпитывает своих жителей. Кроме того, здесь происходит больше чудесных событий, чем в любом другом городе мира. За исключением, разве что, Нью-Йорка. Да вы и сами это знаете. Судя по вашим видео, где только ни бывали со своей камерой.

Девушка недовольно нахмурилась: получи, Василиса, ответку! Значит, Роберт не просто так ее видео отслеживал, присматривал за перспективным магом. С этим дяденькой ухо надо держать востро. Он, конечно, изображает из себя энтузиаста магического дела, но вряд ли забывает о своих целях.

— Я совсем не против поучаствовать в чудесных событиях, — неопределенно пожала плечами девушка. — Или здесь тоже кроется подвох?

— Еще какой! В нашем городе много призраков, много мощных артефактов. Порой они вырастают словно сами собой, набирают здесь силу, становятся опасными. Приходится их уничтожать. Потому я назвал нашу деятельность очисткой. Мы, питерские маги, взяли на себя обязанности хранителей. Добровольно, никто нас не принуждал. Кто-то ведь должен следить за магическим полем города.

— Получается, сотрудники ООО «Мосты», куда я сразу пришла, являются хранителями питерских мостов?

— Именно так. Но у нас есть и другие филиалы. Вы ведь общаетесь с призраками, зачем вам менять специализацию? Тем более, работы с ними хватает. Обычно им скучно, они жаждут общения, а обыватели пугаются их активности.

— Да уж, некоторые из призраков — те еще затейники! — вставила Василиса, вспомнив Кондратия Вениаминовича с его любовью к русской классической литературе.

— Тем не менее, они могут помнить многое. Думаю, вам с ними будет интересно именно как историку. Вы же историк? Если не ошибаюсь, интересуетесь второй половиной девятнадцатого — началом двадцатого века?

— Приблизительно.

— Очень, очень интересное время! — заметно оживился Роберт. — Серебряный век, революционеры, игры спецслужб… И какие личности! Один Распутин чего стоил!

— Кстати, а это правда, что он был магом?

— Нет, конечно. Способности у него были, но не инициированные. Хотя ему хватало. Кстати, вы знаете, что его призрак является кем-то вроде старшины у питерских привидений?

— Нет, ни разу не слышала.

— Если захотите серьезно заниматься призраками, советую с ним познакомиться. Он обычно бывает в полночь с субботы на воскресенье на набережной Мойки. Возле Юсуповского дворца, там, где его когда-то убили...

— Но суббота ведь сегодня!

Василиса выпалила это так поспешно, так громко, что Роберт умолк и недоуменно посмотрел на нее.

— Вам необязательно идти этим вечером, — сказал он. — Я же говорю, Распутин каждую субботу на набережной бывает. Он непростая личность, его сила и после смерти велика. Увидев его, вы сами поймете, стоит завязывать с ним знакомство или нет…

Девушка слушала его вполуха, а сама думала о своем. Потехин входил в окружение Распутина! Получается, в ее деле появился свидетель-призрак. И может быть, даже не один…

— А были в окружении Распутина настоящие маги?!

Упс! Неловко-то как получилось…

Кажется, она перебила Роберта на полуслове — тот снова смотрел на девушку своим фирменным взглядом. То ли недоуменным, то ли раздосадованным.

— Да, были, — неохотно ответил Роберт. — Кто-то пытался его использовать, а кто-то и следил по долгу службы.

Похоже, директору филиала ее вопрос не понравился, но Василиса уже не обращала внимания на нюансы его поведения. Если Роберт Йессенский станет ее директором — а все к тому идет! — придется соблюдать субординацию. Вряд ли он будет терпеть ее назойливые расспросы. У магов, наверное, и засекреченная информация есть — вон, как скривился, когда услышал об окружении Распутина.

Зато сейчас, когда Роберту нужно было завербовать перспективную магичку в свою контору, у Василисы появилась фора. Ну пусть немного потерпит настырность претендентки. Как говорят: сам нарвался!

— А про князя Андроникова вы что-то знаете? Мне говорили, будто он магом был.

— Не верьте, — небрежно взмахнул рукой Роберт. — Это из-за «Отца Лжи» такие слухи пошли. Очень сильный амулет и при этом не капризный. Говорили, будто и обычные люди могли им пользоваться. Но история мутная, никто ничего толком не знает Наши эксперты решили, что в руки Андроникову попал один из стихийных артефактов, которые сами активировались и набрали силу в пропитанном магией Петербурге.