— Ты у нас же не просто жрица, а чистое воплощение воли богини, так почему бы ей не позволить тебе в качестве награды за полную отдачу в служении подарить ему замену руки? А с той второй разыграйте шоу, мол, она уверовала, и богиня даровала ей силу, конечно, меньшую, чем дарована тебе. Возьми её в ученики.

Эктори довольно заулыбалась, взглянула на окрашенное неестественно малиновым закатное небо. В голове её мелькнула мысль: «Замедлить бы поворот планеты, чтобы подольше посмотреть на эту красоту», которую она тут же прогнала куда подальше, ведь подобное просто убьёт всё живое.

Когда улицы накрыла своим крылом ночь, Эктори скользнула в таверну почти у самой стены, одну из дешёвых, но совсем не плохих. Умастившись за свободный столик у входа, сощурившись, ария жестом пригласила вышибалу, следившего за порядком, присесть к ней.

Тот нахмурился, но Эктори от него всё не отставала. Оставив плащ на скамье, она подошла к мужчине, отметив, что он был удивительно высок по меркам местных. Ей бы пришлось встать на носочки, чтобы сравняться в росте. Пожалуй, и в цивилизованных мирах его бы низким никто не назвал. Мило улыбаясь, жрица проговорила:

— Я угощаю, составьте компанию.

— Я работаю, — оскалившись, ответил вышибала.

— С того места тоже будет всё хорошо видно, да и тут пока не так уж и много посетителей — как-никак середина акь. Да отвернётся от меня благословение богини. Обещаю, что пока мы беседуем, никто не затеет ссоры в этом помещении.

Мужчина посмотрел на неё недоверчиво, но перед по-детски милой улыбкой устоять было невозможно. Он согласился, подозвав официантку, заказал выпивки. Девушка негодующе взглянула на работника, но, обратив внимание на Эктори, сидевшую напротив, решила пойти навстречу жрице, помня, какой силой та наделена.

Вышибала, отхлебнув из принесённой кружки и утерев пену с усов, поинтересовался:

— Так чего светлой жрице нужно от меня?

Эктори заулыбалась ещё больше:

— Не такая я уж и светлая. Я пришла просить вас стать воином богини.

Вышибала расхохотался:

— И правда, не такая уж и светлая! Но жрица явно слепа, — он поднял правую руку, закатал рукав, продемонстрировал культю, которой заканчивалось запястье. — Как жрица может увидеть, этим обрубком не особо-то и повоюешь.

— В воле богини подарить вам новую руку, чтобы она помогла направить ваш меч на врагов.

— Протезы меня не интересуют…

— Это будет настоящая рука. Да, из неё не потечёт кровь при ранении, но она будет даже кожей обтянута.

Бывший вояка посмотрел на Эктори с подозрением, заговорил немного отходя от темы:

— Я видел то, как жрица обошлась с нашими врагами, и слышал про исцелённого калеку. А ещё слышал, что солдатам плату повысили и открыли добровольный набор в армию. Думаю, что и здесь жрица замешана, ведь я знаю Ринора — мальчишка никогда бы не пошёл на подобное. А теперь жрица приходит звать в воины меня… С кем мы будем сражаться? Кто наши враги? Ведь пока всё мирно, соседи перестали заглядываться на крепость.

Эктори насмешило то, как вышибала обозвал управителя, выглядевшего в её глазах взрослым мужчиной. Ответила она шёпотом:

— Мы будем воевать со всем миром…

Вышибала понимающе кивнул:

— Вот она воля «щедрой и милостивой» богини…

В этот раз Эктори, отыскав в недрах планеты камни, почти полностью повторявшие структуру и состав каркаса местного населения, расщепила их на малейшие частицы и сразу пересобрала их, встраивая энергию бывшего воина. Это получилось куда быстрее, чем сначала создавать материал, а потом моделировать из него нужную форму. Во многом помог ещё и имевшийся у неё опыт — теперь не пришлось ломать голову над тем, как адаптировать строение каркаса местных под устройство из нитей и шарниров. В этот раз ария сразу стянула нитями шарниры, покрыла сглаживающим слоем, упростив процесс его создания, опустив протягивание кровеносных жил, обвязала кожей, сделав её плотнее, толще и крепче, ведь теперь она чинила бойца, а не хрупкую барышню. По итогу ария присоединила воину уже готовую руку. Тянуть нити к управляющему центру ей пришлось куда дальше, что заставило её поморочиться. Не везде удавалось просто так вплавить их в каркас, но тут ей наконец пришла идея: защитить нити тонкой гибкой трубкой. Аккуратно вытащив нити из вырезанных для них углублений, соединив все в единый пучок, ария пустила его внутри каркаса.

Когда работа была закончена, Эктори довольно осмотрела результат: на месте стыка виднелся шов, но с учётом того, сколько разного рода шрамов было по всему телу мужчины, это вовсе не было проблемой. Рубец, что остался от протягивания нитей, очень скоро разгладится. Вдобавок она идеально попала в цвет кожи, и новая рука выглядела очень даже естественно — немного рубленая, угловатая, массивная, но от этого даже более натуральная.

Подняв глаза на бывшего воина, Эктори проговорила:

— Ну а теперь всё зависит от вашей силы воли и искренности веры в богиню.

Воитель, придирчиво осмотрев кисть, заговорил:

— Очень необычно, Жрица. Каков же бог, если его последователи способны на подобное?

Эктори только отвела взгляд — она не лгала, а просто недоговаривала.

Дождавшись середины дня, Эктори вышла из замка, опять отправившись в районы бедняков, уже зная, какую подворотню на этот раз посетит божественное чудо. Ведь место ей нужно было не слишком закрытое, чтобы у проведения были свидетели.

У неё образовалось целое сопровождение из уверовавших в силу богини. Многие пытались коснуться хотя бы её плаща. Эктори вспомнились слова Оргоса: «…на части порвут, либо от затмившей разум любви, либо от столь же великой ненависти».

Ария свернула за угол одного из неприметных, давно уже покосившихся домиков, вот уже несколько ходов как брошенного его хозяевами и служившего пристанищем для бездомных. Всё ценное оттуда уже вынесли, не уцелели даже входная дверь, ставни на окнах, кое-где выбитых, а кое-где настолько грязных, что внутри даже днём было темно, и забор. Хотя обломки его изгнивших досок ещё валялись по двору.

Только Эктори переступила через черту, по которой забор когда-то отмечал границу участка, она наконец увидела цель всего пути: ослабшую женщину, забившуюся в угол, укрытую тряпьём, и девочку возле неё, отчаянно пытавшуюся съесть хоть ложку какого-то отвратительного варева, налитого в деревянную миску.

Когда Эктори склонилась над девочкой, та по-прежнему не замечала её, а в нос арии ударил сладковатый запах немытых тел, отвратительный до рези в глазах. Она перестала дышать и возблагодарила Судьбу за то, что даровала ей столь удобное фэтэ.

Из щели под домом на неё воззрился жук, размером с палец, нагло пытавшийся утащить непомерно большой для него кусок чего-то съестного. Пошевелив длинннющими усами, он спрятался обратно в своё укрытие, оставив добычу. Над ухом у Эктори клацнула зубами Сайма, обиженно шепнув:

— Убеш-шала моя хрустяшка…

Эктори, вспомнив, что теперь волосы не закрывают уши, надвинула капюшон, чтобы спрятать Сайму от любопытных, следивших за каждым её шагом, но отчего-то не осмеливавшихся переступить через остатки забора.

Ария опустилась на корточки рядом с девочкой, подобравшей бесформенную, длинную юбку, ласково положила руку той на плечо. Девочка в испуге отпрянула. Эктори постаралась придать своему лицу самое доброжелательное выражение, на какое только была способна, — девочка всё поглядывала на неё с опаской. Подумав, как поведёт общение, ария наконец заговорила:

— Ты сильная и храбрая малышка, меня отправили помочь твоей матери поправиться.

— Кто? — тут же прозвучал ожидаемый Эктори вопрос.

— Добрая и щедрая богиня.

Девчоночка на какое-то время задумалась, потом спросила:

— Правда добрая? А что значит щедрая?

Эктори мило улыбнулась: