Вопрос был с подвохом, Лавр это чувствовал.
— В смысле? Постучусь в дверь… если она у них есть.
Павла обернулась назад к сестрам, и Лавр последовал ее примеру.
Магда демонстративно закатила глаза и скривила губы, будто Лавр только что произнес невозможную глупость. Мавра же одарила его снисходительным взглядом.
— Мужчины не допускаются в сестринские общины, — пояснила она.
— На то они и «сестринские», — добавила Магда. — Ты этого не знал?
Уши у Лавра тот час же запылали.
— Не знал, — признался он, не видя смысла лгать об этом. Ведьмы не собирались смеяться над его неосведомленностью. — Раз такие правила, то ничего не поделаешь. Расскажу о том, что должен, через порог.
«И буду надеяться, что мне позволят этот порог переступить», — добавил Лавр про себя.
— Скажи, Лавр, а что ты вообще знаешь о Сестрах? — спросила Павла.
Колдун задумался.
Что он знал о Сестрах и сестринских общинах? Лишь то, что женщины, однажды облачившиеся в белые одеяния и закрывшие свои глаза ото всего мира, поклоняются… молятся Матери и считаются на континенте неприкасаемыми. Этакое негласное и неписаное никем правило для всех магов — Сестрам нельзя причинять вред. Их нельзя обманывать, им нельзя вредить, у них нельзя красть. Если Сестра просит о помощи — нельзя отказать.
«Даже Сириус их боится», — вспомнил Лавр.
Пожалуй, на всем континенте не сыскать было кого-то, кто пользовался бы таким же уважением, как Сестры.
— И с этим скудным знанием он решил пересечь весь континент, — выдохнула Магда, когда Лавр ответил на заданный ему вопрос. — Матерь и в самом деле соблаговолит юродивым.
— Что это еще значит? — возмутился колдун.
— Лишь то, что Матерь привела тебя к нужным ведьмам.
— Магда хочет сказать, — пояснила Мавра, одернув сестру, — что мы знакомы с настоятельницей общины, к которой ты держишь путь.
— Правда?
— Да. Ее зовут Ольга, она наша сестра по масти.
«Тоже ведьма», — понял Лавр.
— Просто скажи ей, что знаком с нами, — подключилась к разговору Павла, — и она тебя впустит.
— Но вы сказали, что мужчинам нельзя…
— Если настоятельница позволит тебе войти в общину, то Сестры не будут видеть в тебе мужчину.
Магда издевалась над ним и даже не думала этого скрывать.
Лавр открыл было рот, но быстро закрыл его, не позволяя словам возмущения вырваться наружу. И не доставляя ведьме удовольствия лицезреть его реакцию на ее насмешку. В конце концов, ему просто необходимо сообщить некой Ольге о том, что Сириус возродился и просить у Сестер убежища.
Но перед этим ему необходимо было найти Яра.
— К слову сказать… — протянула Павла, и голос у нее стал глуше, — как давно тебя преследуют?..
Лавр ощутил в груди неприятный холодок. Он был уверен, что все это время слежка ему лишь мерещилась. Но как оказалось, все было взаправду, раз уж и Павла заговорила об этом. Кто-то следовал за ним, но держался на расстоянии.
— Скорее всего, с самого начала, — ответил Лавр, понизив голос.
— Ты знаешь, кто это?
— Предполагаю, но не уверен…
— Ты им что-то сделал? Украл?
Лавр покачал головой.
— Тогда почему?..
— Потому что я это я.
Павла призадумалась над его ответом.
— Так ты особенный?
— Нет. — Лавр отрицал этот факт излишне резко. — Никакой я не особенный.
Ведьма сделала вид, что поверила ему.
— Почему они не нападают?
— Скорее всего, не хотят оставлять свидетелей.
С самого начала Лавр знал, что Министерство не отпустит его так просто. Он расслабился, находясь в Академии. Думал, что все просчитал, начиная свое путешествие, но где-то все-таки ошибся. Его преследователи были мастерами своего дела — он в этом нисколько не сомневался. Что им стоило расправиться с несколькими ведьмами? Вряд ли Министерство отправило бы за ним абы кого. Но чего они медлят? Боятся чего-то? Или не хотят излишне напрягаться и заметать следы?
— Свидетелей чего? — спросила Павла. — Что они сделаю, когда доберутся до тебя?
— У меня есть на уме два варианта… И я не знаю, какой из них хуже.
Павла обернулась к сестрам. Кивнула.
— Мне жаль, что я втянул вас в это, — произнес Лавр, испытывая вину перед новыми знакомыми. — Давайте попробуем разойтись и, возможно, тогда…
— Еще чего, — перебила его Павла, не дав сказать очередную глупость. — Ты путешествуешь с нами, а значит пока ты с нами, ты — часть нашего ковена.
— Ковена? Шутишь?..
— Похоже, чтобы шутила? — серьезнее некуда ответила Павла. — Ты, конечно, не нашего круга и даже не нашей масти, но… знаешь?.. Кому какое дело до таких мелочей, когда дело касается спасения жизни. Свой? Чужой? Не суть важно, если мы идем одной дорогой. Так учит Великая Матерь.
Лавр решил, что если Сестры пустят его в свою общину, он обязательно попросит их рассказать ему о Матери и об ее учениях.
Продолжая путь, Лавр не сразу заметил, что позади него стало на одну ведьму меньше — Магда исчезла, оставив старшую сестру одну. Время приближалось к полудню, солнечный диск завис над головами магов, его лучи растапливали кристальные кучки снега. В лес возвращалась жизнь.
— Что ж, давайте передохнем. — Мавра махнула рукой, и управлявшая лошадьми женщина хлестнула поводьями. Повозка начала медленно останавливаться. — Мы идем хорошим темпом, успеем до темноты.
Пока ведьмы готовились к обеду, доставая из повозки котелки и еду, Павла отвела Лавра в сторону. Там же, словно прячась от остальных, за деревьями стояла Магда. Вид у нее был растерянный.
— Звездами клянусь, — начала она, заметив сестру и Лавра, — я решила, что это карлик. Но ты только посмотри на это пухлое детское лицо!
Сжавшийся в комок под деревом ребенок гневно сверкнул глазами и перевел полный слез взгляд на Лавра.
— Профессор!.. — проканючил малыш Шалфей, вытирая бегущие из носа сопли. — Помогите!..
— Ты?.. — Лавр выглядел таким же растерянным, как и Магда. — Ты что здесь делаешь?
— За вами шел!..
— Ты его знаешь? — спросила Павла. И, задумчиво нахмурившись, добавила: — Он только что назвал тебя профессором?..
✦✦✦
Рута всегда говорила, что если с кем-то необходимо наладить контакт, то нет способа лучше и эффективнее, чем разделить с этим магом еду.
С годами Лавр стал ловить себя на мысли, что Рута была мудрой женщиной и пустых слов на ветер не бросала. И смотря на то, как ведьмы, столпившись вокруг малыша Шалфея, наливали ему в плошку из общего котелка с похлебкой одну лишь гущу, оставляя для себя один лишь бульон, Лавр убеждался в правоте своей старшей.
Однако, поглядывая на хранивших молчание сестер Павлы, Лавр так же думал о том, что не все вопросы можно разрешить за обеденным столом. Особенно когда и стола-то никакого нет, а тарелки — деревянные плошки.
— Ну, справедливости ради стоит сказать, что мы у Лавра ничего такого и не спрашивали, — сказала Павла, подбадривая колдуна улыбкой. — Быть профессором в Академии восточного колдовства не преступление.
— Никто и не говорит о преступлении. — Мавра покачала головой. — Но столь малое дитя не должно путешествовать… вот так.
Ведьма обвела взглядом их большую компанию.
— А что конкретно тебя не устраивает? — будто бы возмутившись, спросила Магда. — Да, не министерское сопровождение, но тоже неплохо.
Лавр прикусил щеку. О том, что он и к Министерству имеет отношение, ему лучше никогда не упоминать. Его синие одежды остались в Академии, и Лавр теперь нисколько не жалел об этом.
— В свою защиту хочу сказать, — начал Лавр, — что эту должность я занимал всего ничего. Пару месяцев.
Ведьмы одновременно посмотрели на него, но взгляд у каждой выражал абсолютно разное. Павла откровенно веселилась от его попыток оправдаться. Магда и слышать ничего не хотела, легко раздражаясь от любого его движения. Этим она напоминала ему Марию в первые дни их знакомства. В то далекое время ведьма Алых озер была не в восторге от свалившейся на ее плечи ноши в лице пятнадцатилетнего мальчишки и всячески демонстрировала ее к этому отношение. Мавра же из трех сестер казалась самой рациональной и сдержанной.