Врезавшись в него, она обернулась, осветила коридор и проговорила:
– Там кровь, – задыхалась она.
– Где? – он отстранил её, закрыв плечом. – Ничего не вижу, – его фонарь перебегал со стен на пол и на потолок.
– На земле… разве не видишь? – Аля вышла вперёд и поняла, что зря развела истерику. Туннель был спокоен и мрачен, покрытый лишь белым налётом изморози. – Прости, мне, видать, показалось. Тут жутко. Запаниковала. Я соберусь, – она потрясла головой. – Честно, я в порядке.
– Не думаю, что дело в тебе, – неторопливо сказал её спутник. – Подземелье непростое. Тут, похоже, случилось много всякого. Теперь вся эта шушара, сотканная из боли, страданий и тёмной материи бродит по туннелям и ищет новых жертв. Ты, главное, далеко не отходи. Держись рядом.
Они шли в напряжённом молчании. Воздух звенел от холода, грохота их ботинок и натянутых нервов.
На развилке каменный туннель заканчивался и в две стороны расходились узкие земляные коридоры. В каждом направлении стоял небольшой камень. На том, что был справа, угадывался, нацарапанный чем-то острым, знак стрел. В другом ответвлении было изображение молота и наковальни.
– Нам, видимо, сюда, – тихо произнесла Аля, ожидая услышать эхо, но её голос растворился в слое земли, от которой исходил кислый запах.
– Фу-ты, – отозвался Ваня, – и, опустив фонарь, принялся яростно топтать землю перед собой.
– Ты чего? – одёрнула его Аля.
– Паука увидел, – крутил головой Ваня, пытаясь разглядеть ползучую тварь, – не люблю этих гадов.
– Я ничего не видела.
– Потому что свет у меня, мне лучше знать, – резко отозвался он. – Ладно, пойдём, смотри под ноги.
– Как ты думаешь, почему на первой развилке было много знаков, а здесь только по одному? – от волнения Але хотелось о чём-нибудь поговорить.
– Не знаю, – недовольно сказал Ваня, развернулся и посмотрел на неё, при этом стараясь не слепить фонарём, – мне вообще кажется, что… он замолчал, его зрачки расширились так, что глаза стали практически чёрными, и он шлёпнул Алю всей пятернёй по лицу.
– С ума сошёл? – Аля отпрянула, держась за щеку. Удар был не сильным, но чувствительно отозвался на замёрзшей коже.
– Прости, я не хотел, но по тебе, прям возле носа полз, смотри ещё… – и он приложился ладонью к её лбу.
Больно не было, но такое поведение не на шутку разозлило Алю:
– Успокойся, – кричала она и отпихивала взбесившегося попутчика, – нет на мне никого, это как с лужей крови, это нереально.
Но Ваня уже лупил себя по скулам, попутно пытаясь стряхнуть с ватника невидимых тварей.
– Да, перестань ты, – трясла его за плечи Аля, но тот не унимался.
– Они везде, – ревел он, колошматя её по голове.
Аля вырвалась, отошла в сторону, а Ваня принялся сдирать с себя одежду, всё время проводя рукой по лицу.
– Прочь, гады! Ненавижу, сволочи!
Тогда Аля запустила руку в карман, достала остатки волшебного порошка и сунула молодому магу под нос.
Он замер на мгновение, а затем чихнул. Чихнул ещё раз и потом ещё пять сотен раз, как показалось Але.
Через несколько минут Ваня сидел на своей фуфайке, тёр распухший и покрасневший нос. Его глаза слезились, он больше не чихал, а только периодически откашливался.
– Ну, и что за стриптиз в катакомбах ты устроил? – Аля робко гладила его по плечу.
– Иди к чёрту, – смеялся и хлюпал носом Ваня. – Пришло же в голову. Я от этой штуки мог и кони двинуть.
– Нечего было меня колотить, – развела руками Аля, – ладно бы ещё за дело.
– Ща, подожди, приду в себя, – он прочистил горло и сплюнул, – эхх, – кряхтел он, – лучше так, чем пауки.
Спустя ещё пять минут Ваня тяжело поднялся и надел грязный тулуп. Он пытался отряхнуться, но только ещё больше выпачкался в земле, покрывавшей всю его одежду.
– Как думаешь, ещё долго идти? – спросила Аля, светя в туннель фонарём, который Ваня сорвал с головы в приступе паники. – И какая ещё нечисть нас поджидает в темноте?
– По земле расстояние небольшое, где-то минут 10-15. Но подземные ходы идут не напрямки. Меня волнует, кто оставил здесь эти знаки. Куда ведут остальные туннели? Обозначения не стёртые, кто-то регулярно их обновляет и пользуется этими проходами.
– Вопросов больше, чем ответов, – задумалась Аля. – Но надо идти, пока ещё чего-нибудь не привиделось. У тебя есть идеи, как мы заставим сектантов отдать медальон?
– Будем действовать по ситуации, – ответил Ваня, размазывая грязь по штанам в попытке вытереть руки.
Они вошли в правый туннель. Довольно узкий, но при этом высокий проход, напоминавший яйцо. Здесь было не так зябко, как в каменной части подземелья. Земля под ногами слегка проваливалась, создавая ощущение, что они идут по мягкому ковру.
Аля почувствовала, что к уже привычному запаху плесени и гнили, начали постепенно примешиваться нотки ладана и горящего дерева.
– Дымом пахнет, – Аля потянула носом спёртый воздух.
– Ничего не чувствую после пыли стихий, – сетовал Ваня.
– Нет, точно, – продолжала принюхиваться Аля, – кто-то жжёт костёр. Интересно, мне опять это всё только кажется?
В этот раз Аля шла первой с фонарём на голове, а Ваня, громко шмыгая, плёлся сзади. Глаза у него всё ещё слезились, а подмоченная репутация не позволяла снова выбиться в лидеры.
– Судя по тому, что мы видели раньше, тебе это просто мерещится, но, возможно, запахи гари сопровождают того, кто бродит по здешним коридорам.
– А вот и не мерещится, – победоносно крикнула Аля. – Смотри! – она показывала на большую круглую поляну, в центре которой было кострище, аккуратно выложенное камнями.
– Ого, – Ваня присвистнул, – тут кто-то неплохо устроился. Посвети по сторонам.
Аля окинула головой развилку.
– Тут два симметричных прохода по бокам и всё покрыто символами…но другими.
– Это руны, – Ваня подошёл ближе, чтобы получше рассмотреть. – Но в них нет системности, здесь просто написаны все подряд руны, какие есть. Я не вижу в них никакого сообщения или смысла. А что в проходах?
– Тоже разные знаки, но стрел нет, – говорила Аля, подходя поочерёдно к каждому из них. – Как думаешь, нам дальше по тому же туннелю, откуда пришли? – на этот раз она посветила ему прямо в глаза.
Они были все ещё распухшие, и он быстро отвернулся, делая вид, что осматривается.
– Думаю, да. На эти проходы ничто не указывает.
Он подошёл к костру и поднёс к нему ладонь.
– Угли тёплые, здесь не так давно кто-то…
И тут земля содрогнулась. И ещё раз. Нечто огромное топало по левому коридору и явно направлялось в их сторону, так как толчки усиливались, а комочки грязи подпрыгивали, точно испуганные кузнечики.
– А это, блин, чего? Оно реально или нет? Бояться надо? А? – Аля вопросительно смотрела на своего спутника, который сосредоточенно уставился в темноту прохода.
– Давай остатки пыли, – скомандовал он.
– Держи.
Он выставил руку вперёд и принялся бормотать заклинание, властно глядя в пустоту.
– Феу-Райдо-Кеназ.
Проход постепенно начал покрываться прозрачной оболочкой, точно кто-то затягивал его в пищевую плёнку.
– Феу-Райдо-Кеназ, – ещё раз мелодично пропел маг и затем дунул на свою ладонь, полную волшебной пыльцы. Её крупинки взвились в воздух и замерцали таинственным багрянцем, осаждаясь на едва различимой магической преграде.
– Это удержит его, только если я угадал со стихией, – говорил Ваня, отходя назад и отстраняя Алю.
– А как это понять?
– Экспериментально, – Ваня всё дальше отодвигал себя и перепуганную спутницу ближе к потухшему костру.
Топот усиливался, кажется, тот, кто его издавал, перешёл на бег.
– А какую стихию ты выбрал? – Аля вцепилась в грязный ватник своего друга.
– Огня, – негромко ответил Ваня.
Внезапно топот прекратился и за пеленой, созданной магом, показалась здоровенная фигура викинга. У него были рыжие с сединой взъерошенные волосы, борода и усы, свисавшие чуть не до пояса. Длинная помятая льняная рубаха наполовину закрывала суконные штаны, и её перетягивал массивный ремень из кожи. Поверх сорочки красовалась косматая шерстяная куртка с обрезанными рукавами.