Я допила сок и пристально посмотрела на него поверх стакана. Настаивать на ответе, очевидно, бесполезно. Только разрушу его нынешнюю мягкость.

– Тогда скажите, какой способ вы имели в виду, когда сказали «есть еще один вариант для нас» перед тем, как усыпили меня. Зачем, кстати?

Герат забрал у меня стакан, поставил на стол, сложил руки на груди, откинулся в кресле и расхохотался.

– О-о, сколько вопросов! Похоже, я не на шутку заинтриговал герцогиню!

– Перестаньте насмехаться! Зачем вы усыпили меня и что за вариант?

Смеяться он перестал так же резко, как начал.

– Усыпил… мм, Астер, – в голосе появились сладковатые задумчивые ноты. – Мне нужно было подумать. Одному. С красивой беззащитной девушкой на руках. Это знаешь ли, по-своему приятно, хоть и исполнено некоторых… искушений, – кривая полуулыбка. – А вариант… неужели не догадываешься? – глаза лукаво блеснули.

– Нет, таросси ректор, – четко, с чуть наигранной обидой ответила я.

– Если бы ты собиралась замуж, я был бы вынужден освободить тебя от отбора. Если бы я женился на стихийнице, отбор был бы отменен. Все просто, Астер.

– Женился? – переспросила я. Мысль о том, что Герат может жениться, например на мне, просто не приходила в голову. В моем восприятии он мог быть могущественным магом и ректором, делящим жизнь с такой же могущественной Великой. Но жениться, стать чьим-то мужем… эта роль просто не вязалась с ним.

– Ну да. Если бы я, допустим, скоропостижно женился на обычной женщине или маге нестихийной природы, то администрация поставила бы вопрос, могу ли я управлять академией, будучи магом без объединения стихий. Могли бы согласиться на это, а могли и нет. Но отбор был бы отменен. А вот если бы я женился на стихийнице, то возможны два варианта. Объединение стихий возникло бы. Я стал бы «холодным» ректором – то есть ректором с четырьмя стихиями, но без Великой, либо… моя жена сдала бы индивидуальный экзамен на должность Великой. Так что в крайнем случае я могу просто жениться на тебе в экстренном порядке. Проблем с индивидуальным экзаменом возникнуть не должно. Ты не знала о таком варианте, Астер? – лукавство в его глазах превысило все пределы. Он ждал моей реакции.

А я задумалась.

Услышанное вызывало противоречивые чувства. Первое было приятным. Неуловимый ректор Герат готов (если что) жениться на мне. Не очень понятно только, для пользы дела или из личных чувств тоже, но готов! А второе было неприятным. Зная о таком способе, он не предлагает мне его, предпочитая продолжать дурацкий отбор.

Может быть, я сама не очень хочу «скоропостижно» выйти замуж. Но он-то должен хотеть! Так говорило мое женское естество.

– То есть, если что, вы предлагаете… пожениться? – переспросила я.

– Ну да, – усмехнулся Герат. – Почему нет? Тебя что-то смущает? Впрочем, это лишь в крайнем случае. Пройти честный отбор куда лучше для твоей репутации.

– Не такой уж честный! – ляпнула я. – Смущает? Не знаю… Смущает, что вы считаете, что я обязательно скажу «да»! Говорите «я могу жениться», не интересуясь моим мнением, – честно добавила я.

– А ты скажешь «нет»? – рассмеялся Герат. – Откажешься от своих планов, вернешься в обычную жизнь? Или, может быть, – опять лукавство в глазах, – потребуешь от меня цветов, песен под луной и клятв любви на одном колене?

Я представила Герата, стоящего передо мной на одном колене с пышным букетом цветов, скороговоркой говорящего что-то романтичное. Картинка, по правде говоря, казалась скорее комической, чем романтичной. Мне стало смешно.

– Нет, конечно, – улыбнулась я. – Это… не ваша весовая категория. Просто я не хочу выходить замуж только ради пользы дела.

– Что касается этого, – как-то более жестко сказал Герат, – то я еще не сделал тебе предложения. Кроме предложения стать Великой и предложения своей помощи. Но так или иначе… только ради пользы дела и я не рассматривал бы этот вариант.

Лицо его стало суровым. И я не представляла, как вернуться к смеху, лукавству и доброжелательности. Хотя бы потому, что не знала, что именно ему не понравилось в моих словах.

Я должна была сказать, что побегу за него замуж, теряя туфли? Но это было бы неискренне.

Несколько мгновений мы молчали. Суровое молчание Герата было органичным, естественным для него и явно его никак не смущало. Равно как и смотреть на меня серьезным огненным взглядом. А вот мне хотелось разрушить тишину. Да и этот непонятный взгляд смущал до невозможности. Лучше бы, как в прошлый раз, сграбастал меня в объятия, поцеловал, расставил все по своим местам.

Я невольно опустила глаза и принялась рассматривать складки на платье.

– Почему вы решили помочь мне? – спросила я.

– Ответ, что хочу заполучить в Великие ту, кто способен излечить меня, тебя не устроит? – на удивление доброжелательно ответил Герат.

– Устроит, если только поэтому, – ответила я. – Но для этого достаточно сделать меня Великой. Вы же, как я поняла, готовы пойти со мной дальше. До конца.

– Я отвечу, как считаю нужным, Астер, хорошо? – подчеркнуто ровно сказал он. – А ты не будешь требовать от меня сейчас подробностей. В свое время ты все узнаешь.

– Ладно, – так же ровно, словно мне нужно было поддержать миролюбивое и спокойное настроение у хищника, ответила я. Лучше так, чем ничего. – Хотя я тоже хочу, чтобы вы мне доверяли.

– Я доверяю – больше, чем кому-либо, – ответил Герат. – Все просто, Астер. У меня тоже есть счет к королю Статиру. И не все мне нравится в устройстве нашего мира. Мне небезразлична магия. А то, что происходит с магией, с тех пор как предки Статира узурпировали власть, мне не нравится. Может быть, – чуть лукавая улыбка, – я хочу совершить что-то значимое. Значимее успехов академии. Повернуть ход истории туда, куда ей нужно идти. Считаешь, слишком смело?

– Это не более смело для ректора академии, чем для никому не известной водной магички, – сказала я.

Я готова принять этот ответ. Только вот в нем нет личного чувства ко мне. И это расстраивает. В очередной раз.

– Ты удовлетворена? – спросил Герат и встал. В лице его теперь была задумчивость.

Кажется, аудиенция закончена? И ни одного поцелуя? Он даже не обнимет меня на прощание? Не назначит следующую встречу?

– Вы просили не выспрашивать подробностей, – ответила я. – Поэтому я удовлетворена и даже благодарна за откровенность.

– Тогда нас ждет подготовка к балу. Завтра едем покупать платья тебе и Тарии. У нее нет особой необходимости, но это традиционный подарок. А тебе пригодится моя помощь. Вряд ли Илона Гварди хорошо осведомлена, как одеваются на новогодний королевский бал. А вот с твоим лицом и сознанием придется работать прямо в этот день. Я уже связался со специалистом.

– Подождите! Вы хотите сказать, что мы поедем в город покупать платья: вы, я и… Тария?

– Именно так. Я не могу одеть одну фаворитку и обойти вниманием другую, несмотря на вашу с ней разницу в положении. Некоторые традиции стоит соблюдать.

Захотелось топнуть ногой и сказать: «Не поеду! Мне не нужна ваша помощь!» Но, пожалуй, с этим детским садом пора заканчивать. Герат хочет следовать политесу. И он прав. Так меньше всего подозрений. Значит, мне придется сжать зубы и быть милой, приятной светской девушкой. И его помощь мне нужна, и в этом вопросе тоже.

– А нельзя, чтобы вы съездили с каждой из нас по отдельности? – спросила я и тут же отругала себя. Наоборот! Не стоит отправлять его куда-то вдвоем с ослепительно красивой «королевой»!

– Можно. Но так будет лучше всего. К тому же поговоришь с Тарией. Тебе стоит привыкнуть к ней – она твоя спутница на балу. Придется, Астер, ты меня понимаешь? – Герат внимательно вгляделся в мое лицо. А мне подумалось, что, наверное, я похожа на обиженного ребенка. – Тебе много что придется. От этого никуда не деться. Можно, впрочем… сдаться, – усмехнулся он. – Просто стать моей любовницей, помочь бедняге ректору с его небольшим недугом, получить приятную долю покровительства в ответ и вернуться в обычную жизнь младшей преподавательницы, подающей большие надежды. Например, так.