Перс хватает меня за волосы и продолжает свои неумолимые толчки, прижимая к столешнице так, что кожу головы начинает жечь. Я заглушаю стон кулаком, не желая, чтобы он знал, насколько мне это нравится. Мои ноги дрожат, пока его опытные пальцы и виртуозный член подталкивают меня все ближе к краю.

— Как бы сильно я тебя, блядь, ни ненавидел, я обожаю тебя трахать.

От его грязных слов я срываюсь в блаженство экстаза, и мой крик эхом разносится по комнате.

Тело сотрясается от силы оргазма, и мышцы влагалища сжимаются вокруг его толстого члена, заставляя его кончить следом. Перс стонет и падает вперед, придавив меня всем своим весом. Наши тела движутся в унисон, пока мы оба жадно хватаем ртом воздух, и реальность медленно возвращается.

— Гребаный ад.

Я резко открываю глаза и вижу в дверях Атласа и Лелантоса.

Атлас в ярости: его грудь вздымается от гнева, а желваки ходят ходуном. Лелантос ухмыляется, его зеленые глаза вспыхивают желанием.

— Кто-нибудь еще хочет? — усмехается Перс, и я застываю под ним.

Ледяной взгляд Атласа предупреждает об опасности, прежде чем он вихрем вылетает из кухни. Моя рука стремительно тянется к ножу, но как только я сжимаю холодную сталь, Перс хватает меня за запястье и цокает языком.

— Ай-ай-ай, не будь плохой девочкой.

Он касается губами моего уха и выходит из меня. Я ощущаю потерю контакта и тут же начинаю себя ненавидеть.

Да что со мной, блядь, не так?

— Не делай глупостей. Будет жаль потерять такую сладкую штучку.

Он сжимает мое запястье так, что кости трещат под его хваткой, и я роняю нож. Перс подхватывает лезвие, шлепает меня его плоской стороной по голой заднице и заправляет член обратно в джинсы.

Я натягиваю шорты, не обращая внимания на сперму, стекающую по ноге. Я не признаю стыда, но буду ненавидеть себя за то, что только что произошло. Слава богу, что я сделала противозачаточный укол, иначе всё могло бы быть в тысячу раз хуже. Но остается вопрос: а Перс вообще чист?

Черт.

Перс останавливается перед Лелантосом и протягивает руку; между ними происходит безмолвный разговор. Лелантос игриво двигает бровями, и Перс оборачивается, впиваясь в меня своими темными глазами.

— Ты с ним трахалась?

Я в шоке открываю рот от обвинения в его голосе. Он что, ревнует?

Лелантос подходит к Персу, закидывает руку ему на плечи и подмигивает мне.

— Скажем так, наша Маленькая Муза отлично знает, каков я на вкус.

Перс сбрасывает его руку и делает еще один шаг ко мне, весь дрожа от ярости. Я расправляю плечи и смотрю ему прямо в глаза.

— А чего ты ожидал, милый, эксклюзивности?

Лелантос сгибается пополам от хохота, а Перс еще мгновение сверлит меня взглядом, после чего одаривает тошнотворной улыбкой.

— Ладно. Лелантос засунул в тебя свой член первым, так что, полагаю, он выиграл пари.

Мои глаза расширяются, и я перевожу взгляд на Лелантоса, который тут же перестает смеяться.

— Блядь, Перс, это низко даже для тебя, — цедит Лелантос.

Он зол, но Перс лишь пожимает плечами и, не удостоив меня больше ни единым взглядом, выходит из кухни.

В животе у меня вспыхивает странное чувство боли. Что-то, чего я не испытывала уже очень давно. Я стою неподвижно, словно ледяная статуя.

— Послушай, Каллиопа, это…

Я поднимаю руку, прерывая его, отворачиваюсь и вытаскиваю из подставки еще один нож.

— Думаю, тебе стоит уйти, — выдавливаю я из себя, борясь со странным чувством. Не понимаю, почему мне так больно. Встречи с ними ничего не значат.

Лелантос делает еще один шаг ко мне, и я крепче сжимаю нож. Он замечает это и замирает, между нами повисает тишина. Еще один шаг, и я с ним покончу. Боль в груди не имеет никакого смысла, и вонзить клинок в Лелантоса — единственное, что может помочь от нее избавиться. Со вздохом он разворачивается и выходит из комнаты, унося с собой напряжение. Я выдыхаю обжигающий лёгкие воздух и смотрю на кастрюлю перед собой.

Это моя вина. Я позволила Лелантосу залезть мне под кожу. Я поверила, что в нем есть нечто большее, и даже поздравила себя с тем, что получила информацию, которую смогу использовать.

А вместо этого он меня разыграл. И что хуже всего, это случилось после того, как он выиграл какое-то грязное пари.

Нахуй Титанов и нахуй это место.

ШЕСТНАДЦАТЬ

ПЕРС

Лелантос победил. Он, блядь, победил.

Я врываюсь в свою комнату, с силой захлопнув за собой дверь. Запах Каллиопы остался на моей коже и лишь усиливает ярость, поэтому я раздеваюсь и запрыгиваю в душ. Мне плевать на деньги. Все дело в ней.

Каллиопа ненавидит меня так же сильно, как и я ее, но ее киска жаждет моих прикосновений. Я вложил всю свою ненависть в этот трах, яростно вбиваясь в нее. Мое возбуждение возросло, когда она потянулась за ножом, и одним щелчком пальцев я заставил ее отдать мне всю оставшуюся власть. Словно кукловод, я заставил ее плясать под свою дудку.

Я хочу большего. Мне нужно завладеть каждой частичкой тела Каллиопы. Это не должно было быть так хорошо, но она отреагировала так, как я не ожидал. Когда она закричала в оргазме, я не смог сдержаться и последовал за ней.

Я ненавижу ее.

Я поднимаю лицо к воде, пытаясь прогнать воспоминание. То, что мой член окажется в Каллиопе, было неизбежно, особенно после того пари, но мне следовало побороть это желание. Жестоко удовлетворив свои потребности, я должен был сломить ее, но вместо этого ей понравилось. Она умоляла об этом, даже рта не раскрыв, и я ответил, с радостью давая ей то, чего она жаждала.

Черт! Зачем я рассказал ей о пари?

Мне плевать, задело ли это ее нежные чувства, но Лелантос… Да, Лелантос будет в ярости. Я раскрыл Каллиопе его истинную натуру, и теперь он будет жаждать моей крови. Он притворяется хорошим парнем, но в глубине души он такой же подлый, как и мы с Атласом. Он доказал это, выиграв пари всего через несколько часов после того, как его заключил. Теперь повреждения на его лице после спарринга обретают смысл.

Мне плевать, насколько хорошо тренирована Каллиопа. Она не соперница Лелантосу. Мне ли не знать — ведь это я его обучал. Каллиопа дала волю своей ярости, и вместо того, чтобы ее остановить, Лелантос позволил ей это сделать. Она, наверное, думает, что проиграла из-за потери самообладания, хотя у нее с самого начала не было ни единого шанса.

Хитрый ублюдок. Нужно за ним присматривать. Если Каллиопа покажется ему интересной, он ее никогда не отпустит. А для моего плана нужно, чтобы он ненавидел ее так же сильно, как и я. Атлас уже стал проблемой, и мне не нужно, чтобы Лелантос стал ещё одной. Может, она и хороша в постели, но Каллиопа все равно должна умереть.

Скоро.

Образ ее пухлых губ, обхвативших член Лелантоса, впечатывается в мой разум. Мой член реагирует на эту картину, и я сжимаю его, упираясь другой рукой в плитку. Они вдвоем были бы восхитительным зрелищем. По опыту я знаю, что Лелантос весьма одарен в этом плане, и представляю, как Каллиопе нравится, когда ей что-то запихивают в глотку до удушья.

С низким рычанием я отпускаю свой твердый член и выхожу из душа. Лелантос нашел восемь человек, которых нужно убрать из нашего штата, и работа со списком имен отвлечет меня от этой психованной искусительницы. К сожалению, мы были небрежны и позволили нашим сотрудникам воспользоваться ситуацией.

Вытеревшись, я одеваюсь и беру ключи от машины, отправляя Атласу сообщение о своих намерениях. Через несколько секунд он отвечает, подтверждая, что к моей одиночной миссии присоединится напарник. Похоже, не я один отчаянно ищу, чем бы отвлечься.

Пока я еду к первому пункту назначения, в воздухе висит густое напряжение. Атлас молчит, и его холодность действует мне на нервы. Я уже задал стандартные вопросы в надежде выяснить, в чем его проблема. Как прошел день? Ты в порядке? Какого хрена ты такой мудак?