— Я свяжусь со своим дядей. У него найдутся свободные люди.

Когда дверь кабинета захлопывается, мой взгляд скользит к Персу, но его лицо ничего не выражает.

— Помощь от семьи обходится дорого, — замечаю я.

— Чего бы это ни стоило, лишь бы вернуть ее, — говорит Перс без тени сомнения на лице.

Я согласен, но Атлас звонит Пану, а Пан потребует значительной услуги взамен. Возможно, она будет связана с талантами Перса в области убийств или моими — в разрушении экономик. В любом случае, цена будет высокой.

Я оставляю его обдумывать мои слова, а сам поднимаюсь по лестнице в свою комнату. Я закрываю за собой дверь, но это действие лишено обычного умиротворения. Мой взгляд падает на рабочее место, которым пользовалась Каллиопа, когда мы работали вместе, и сердце сжимается от боли. Я отталкиваю боль и иду туда, где мне комфортнее всего.

Я уже пару часов ищу, но все без толку. Мне все еще нужно выяснить, в каком из сотен зданий, принадлежащих Зевсу, держат Каллиопу. Всплывает СМС-оповещение от команды, которой поручено присматривать за Клио. Это единственные люди, которых Перс не отозвал. Я читаю сообщение и благодарю судьбу, что он этого не сделал; Каллиопа никогда бы нас не простила.

Я нажимаю третью кнопку в быстром наборе. Первая — чисто символическая, учитывая, что мы так и не вернули Каллиопе ее телефон.

— Атлас, на Клио напали.

Он ругается, и я гадаю, насколько он успел протрезветь за те часы, что мы не виделись. Он нужен нам в лучшей форме.

— Я разберусь, — его четкая речь меня немного успокаивает. — У тебя есть местонахождение Каллиопы?

— Пока нет, но я близко.

Он на мгновение замолкает.

— Хорошо. Пан будет здесь в течение часа, он приведет двести человек.

Да, у нас образуется большой долг, который придётся погасить.

— Двести?

Это невероятно щедрое число, которое значительно облегчит нашу миссию. У нас никогда не было реальных шансов на успех в борьбе против Зевса. Мы могли бы победить его, но с огромными человеческими потерями, а с этими дополнительными силами у нас есть шанс отделаться минимальным количеством жертв.

— Он пытается доказать свою значимость, — говорит Атлас, но мы оба знаем, что дело не в этом.

— Скорее, пытается доказать свое превосходство, — отвечаю я.

— Посмотрим, что из этого выйдет, не так ли? Можем побеспокоиться об этом позже. Добудь адрес.

— Я позабочусь, чтобы к тому времени он у нас был.

Я завершаю звонок, уверенный, что Атлас позаботится о Клио. Каллиопа не переживет, если с ней что-то случится, а Пан — это проблема на другой день.

Через тридцать минут я нахожу то, что искал, и от это открытие вызывает у меня тошноту. Я закрываю ноутбук и спускаюсь вниз, готовый наконец-то сдвинуть это дело с мертвой точки. Каллиопа уже в пределах досягаемости.

Внизу в холле собираются наши генералы, основная часть наших людей остается снаружи. Оружейная опустошена, со склада выносят еще несколько контейнеров с оружием. Тартар на пороге войны.

Я вхожу в гостиную. Перс заканчивает свой разговор, а Атлас отпускает людей, с которыми только что говорил.

— Я знаю, где Каллиопа.

Включив телевизор, я подключаю его к ноутбуку и вывожу планы на экран, чтобы все могли их увидеть.

— Больной ублюдок, — произносит Перс с таким видом, будто готов убить всех в этой комнате.

Поместье Дартмуров когда-то было роскошным особняком. После того как наши родители совершили предательство, которое повлияло на судьбу целого поколения, Кронос завладел зданием и взял под свой контроль район Дартмуров. Понятия не имею, какими тайнами владел Кронос, что дало ему такую власть. Кой должен был стать преемником, но вместо этого он присягнул на верность Кроносу. Эти тайны умерли вместе с ними.

Зевс жаждал власти своего отца и использовал нас, чтобы стать на шаг ближе к ней. Забавно то, что на самом деле это мы использовали его. Он считал себя кукловодом, но мы никогда не позволяли ему дергать за наши ниточки. Мы всегда намеревались убить наших родителей за то, что они сделали с Дартмурами. Их правление не принесло ничего, кроме страданий; мы знали, что сможем добиться большего. Зевс, сам того не ведая, помог воплотить нашу мечту в реальность. Враг моего врага — мой друг, и все в таком духе.

Возвращение дома и района Дартмуров никогда по-настоящему не входило в наши планы. Это не имело значения. О, как же я сожалею об этом решении. Но тогда я и представить не мог, что мое сердце будет принадлежать наследнице этого поместья. Дом больше не является домом — теперь это клуб для сексуальных извращенцев Тартара. Тот факт, что Зевс держит Каллиопу именно там, вызывает и тошноту, и ярость.

— «Элизиум», — шипит Атлас, сжимая руки в кулаки.

— Так когда мы разберемся с куском дерьма, который выжил меня из Тартара?

Мы резко оборачиваемся. В гостиную входит Пан, и его суровый взгляд оценивающе скользит по нам троим.

ТРИДЦАТЬ ПЯТЬ

ПЕРС

У меня по коже пробегает дрожь решимости, пока я наблюдаю за домом с кромки леса. Где-то в этом здании моя Психопатка и тот человек, которого я разорву на части вместе с каждым, кто встанет у меня на пути. Я еще не пошел на штурм только потому, что это не входит в план.

— Атлас уже на позиции? — спрашиваю я Лелантоса, чувствуя, как иссякает мое терпение.

— Еще нет.

Лелантос не спускает глаз с экрана, на котором отображаются позиции наших людей, пока я прикрываю нам спины. Меньше всего нам сейчас нужно, чтобы нас заметили до начала атаки.

План достаточно прост. Атлас идет на штурм главных ворот вместе с пятью сотнями наших бойцов и двумя сотнями Пана. Здесь вряд ли больше сотни охранников Зевса, и они бросятся сдерживать наши силы, оставив тыл поместья незащищенным, а мы с Лелантосом сможем проникнуть внутрь.

Мы расправимся со всеми отставшими, найдем Каллиопу и заставим Зевса поплатиться за его неуважение раз и навсегда. Я не могу дождаться момента, когда снова заключу ее в объятия, но я бы солгал, если бы сказал, что не испытываю также огромного возбуждения от того, что смогу добраться до Зевса. Мы долго ждали этого дня, и вонзив свой клинок ему в сердце, мы наконец-то создадим тот Тартар, о котором мечтали.

— Приготовься, — говорит Лелантос.

Земля сотрясается от взрыва у входа в поместье. Люди, патрулирующие задний двор, мгновенно реагируют, разворачиваются и бегут вокруг здания. Раздаются выстрелы — штурм начался.

Я делаю шаг вперед, но Лелантос протягивает руку, останавливая меня.

— Подожди минуту.

— У нее может не быть этой минуты.

Мы не знаем, что сделает Зевс, когда окажется лицом к лицу с собственной гибелью. Чем быстрее мы окажемся внутри, тем лучше.

Лелантос понимает мое отчаяние, и его кивок дает мне разрешение, в котором я не нуждался, но все равно хотел получить. Я вытаскиваю вакидзаси, Лелантос — пистолет, и мы пересекаем заднюю лужайку, направляясь к дому. Стрельба и крики с передней стороны здания не стихают. В какой-то момент Атлас прорвется и присоединится к нам, но пока мы одни.

В доме царит зловещая тишина, пока мы проверяем комнату за комнатой на первом этаже. Внутри все совсем не похоже на тот дом, каким он был раньше. Я бывал здесь нечасто, но помню тепло, которое ощущал здесь в те редкие визиты. Теперь здесь лишь огромные комнаты, заполненные мягкой мебелью, секс-игрушками и снаряжением для БДСМ. Все, что напоминало бы о том, что здесь когда-то жила семья, исчезло, а в воздухе витает секс, словно густой туман.

Когда я вхожу на кухню, мое внимание привлекает шум из кладовой. Лелантос все еще стоит у двери, поэтому я поднимаю руку и подаю ему сигнал следовать за мной. Я крадусь к кладовой, высматривая признаки ловушки. Я хватаюсь за ручку двери, а Лелантос занимает позицию с другой стороны.