Как он и предсказал, меня накрывает оргазм, и тело содрогается от его силы. Член Атласа набухает, и он изливается мне в горло, пока Лелантос и Перс находят собственное наслаждение. Мои Титаны наполняют меня, заявляя на меня свои права, как и я на них. Я никогда не думала, что отношусь к тому типу женщин, которые хотят принять в себя три порции спермы одновременно, но единственное слово, которым я могу это описать, — «блаженство».

Перс выходит из меня, и Лелантос осторожно снимает меня со своего члена, а Атлас выскальзывает из моего рта. Конечности кажутся удивительно тяжелыми и расслабленными, по всему телу разливается приятная истома. Меня основательно оттрахали.

Лелантос обнимает меня и прижимается к моей спине, пока Атлас протирает теплой тканью между моих ног. Перс устраивается за Лелантосом, кладя свою руку и ногу поверх нас обоих. Атлас присоединяется, ложась с другой стороны лицом ко мне и беря меня за руку.

Засыпая, я не могу сдержать улыбку, расползающуюся по лицу. Возможно, я ненавидела в этих мужчинах все, когда они только появились на моем пути, но теперь я не могу представить свою жизнь без них. Я никогда не думала, что буду кем-то большим, чем просто убийцей, но я — их королева, и этот город ждут серьезные перемены.

И нет, я не собираюсь прекращать свои убийства. Если уж на то пошло, это стало чертовски увлекательнее. Наш дворец стоит над старым Тартаром, и я — муза его руин и возрождения. С Титанами рядом — мы непобедимы.

ЭПИЛОГ

КАЛЛИОПА

Четыре месяца спустя

— И жили они долго и счастливо.

Я с излишней силой захлопываю книгу и фыркаю. Двенадцать пар невинных, полных надежды глаз уставились на меня, и я пытаюсь скрыть свой цинизм за кашлем, прежде чем выдавить из себя улыбку.

— Ну разве не отличная история?

Мне отвечает хор «да» и одно раздражающе громкое «нет». Мелкий засранец, которому оно принадлежит, действует мне на последний нерв, но, к его счастью, ему всего семь, так что в мой список он пока не попадет.

— А теперь Лили может почитать? — спрашивает Сара, самая младшая в группе, и ее нетерпеливый взгляд метнулся к Лелантосу.

— Прости, Сара, но нам пора идти. Мне нужно заплести Лили волосы. — Она серьезно кивает, безоговорочно принимая мое оправдание, как будто в нем есть какой-то смысл. — Но в следующий раз я приведу Перси, я его спросила, и он сказал, что будет очень рад, если ты сделаешь ему макияж.

Личико Сары озаряется восторгом, как и все у меня внутри при мысли о том, что Персу будет делать макияж пятилетняя девочка. Не могу дождаться, чтобы рассказать ему.

— Заплести мне волосы, да? — Лелантос не отрывает глаз от экрана компьютера, когда я подхожу.

— Ну, я же не могла сказать ей правду. Они бы никогда не позволили мне вернуться, — шепчу я.

— Это место принадлежит тебе. У них нет выбора.

Лелантос подстреливает персонажа на экране и разочарованно качает головой.

— Я же говорил тебе следить за спиной, Томми.

Девятилетний мальчик, сидящий рядом с ним за другим компьютером, заливается слезами.

— Я не знаю, что это значит! — вопит он и убегает, привлекая внимание одной из соцработниц. Она бросает на Лелантоса неодобрительный взгляд и бежит за Томми.

— Серьезно, ты можешь хоть раз дать ему выиграть? — шиплю я.

— Я не собираюсь поддаваться в игре. — Лелантос смотрит на меня так, будто у меня выросла вторая голова, и встает с компьютерного кресла. — Мне нужно поддерживать репутацию.

— Ты хакер, а не киберспортсмен. Не думаю, что интернету есть дело до того, что Жнец проиграет партию ребенку.

Я машу рукой главной воспитательнице, давая ей понять, что мы уходим. Она кивает в ответ, продолжая рисовать с группой детей.

— Ты удивишься, что можно превратить в оружие, — ворчит Лелантос, когда мы выходим из места, которое раньше было «Элизиумом», моим семейным домом.

У меня был соблазн сровнять это место с землей после того, что случилось с Зевсом, но в итоге из этого обширного поместья получился идеальный детский дом. Теперь здесь живет будущее Тартара. Дети, которых бросили, подвергли насилию или которые остались сиротами. Я наняла специалистов по поддержке детей, медсестер, социальных работников, психологов, поваров, уборщиков и даже конюха — да, я купила им еще и кучу лошадей. Я даю им все самое лучшее, чтобы у них был шанс на хорошую жизнь. Невинные останутся невинными, если я смогу на это повлиять.

Когда мы подходим к нашим мотоциклам, Лелантос обнимает меня и накрывает мой рот своим. Я приветствую тепло его объятий на холодном воздухе, наслаждаясь его вкусом в медленном, чувственном поцелуе.

— Это за что? — спрашиваю я, когда он отстраняется и прикусывает мою губу.

— Я хотел сделать это весь последний час, Маленькая Муза. Ты не представляешь, какой соблазнительной бываешь, когда ты с ними. Наблюдать, как ты убиваешь, так же сексуально, как видеть, как ты формируешь юные умы Тартара. — Его зеленые глаза пылают, пока его пальцы скользят по моим губам и челюсти.

— Обещаю быть голой в нашей постели в ближайшие пару часов, но у нас есть дела. Атлас и Перс вернулись. — Я не скрываю своего волнения, высвобождаясь из объятий Лелантоса и запрыгивая на свой мотоцикл. — Наперегонки?

— Если догоню, хочу, чтобы ты была голой, как только мы вернемся домой.

— Тогда тебе не повезло, потому что я не собираюсь поддаваться в гонке.

Я выжимаю газ, с ревом срываюсь с места и смеюсь, когда Лелантос торопливо забирается на свой мотоцикл.

Я держусь впереди, выжимая из своего байка максимум, хотя в этом нет никакой необходимости. Лелантос всегда едет позади меня, и, несмотря на свое пари, он даже не пытается меня обогнать. Он защищает меня в своей уникальной манере, не сводя с меня глаз. Все мои парни знают, что я могу за себя постоять, но инцидент с Зевсом их напугал. Черт, он и меня напугал, но в этом я никогда не признаюсь.

Я не удивляюсь, обнаружив Перса, ждущего меня, когда заезжаю в гараж, и мне так нравится этот легкий трепет в животе, который появляется при виде него. Они с Атласом отсутствовали целых три дня, и с Лелантосом тоже было весело, но девушка быстро привыкает к трем членам вместо одного. Раньше я бывала жестока к своей жадной, похотливой киске, но сейчас она явно получает все и сразу, так что никаких обид.

— Скучала по мне, Психопатка? — мурлычет Перс, направляясь ко мне.

— Напомни, кто ты такой? — я притворно чешу затылок, изображая растерянность.

Перс рычит, хватает меня за талию, слишком сильно впиваясь пальцами. Он поднимает меня, я обвиваю его ногами, и наши губы сливаются в жарком поцелуе. Когда моя спина ударяется о стену, он перехватывает мои запястья и одной рукой прижимает их у меня над головой.

— Твоя киска меня точно не забыла. — Перс грубо запускает руку мне под легинсы, и его палец скользит по моему входу. — Как я и думал, она умоляет, чтобы я взял ее.

Он вводит в меня два пальца, и из-за неудобного угла его ладонь болезненно давит на лобковую кость. Я опускаю голову ему на плечо и стону ему в шею. Перс ускоряется, боль нарастает, а вместе с ней стремительно подступает оргазм. Я чувствую покалывание, жар глубоко в животе, и в тот самый момент, когда мне вот-вот достанется такая необходимая разрядка, Перс замирает, полностью прекращая движение, и я вскрикиваю от досады.

— Теперь вспомнила меня, Психопатка?

— Я, блядь, тебя ненавижу.

Отчаяние заставляет меня пытаться тереться о его руку.

— Я тоже тебя люблю, — усмехается Перс, продолжая с того места, где остановился.

Его большой палец находит мой клитор, пока остальные пальцы вбиваются в меня. Он кусает и посасывает мою шею, и дрожь пробегает вверх по позвоночнику, пока он заявляет на меня права. Все это грубо, дико и чертовски прекрасно. Моя киска сжимает его пальцы, когда оргазм накрывает меня с головой, и я кричу, переживая разрядку. Перс замедляется, растягивая мое удовольствие, пока я не превращаюсь в задыхающееся, дрожащее месиво.