Он долго смотрел в мои глаза, ища в них сомнения, но не нашел ни одного. Броня, которую мы годами носили, рассыпалась прахом. На ее месте выросла абсолютная, безусловная уверенность друг в друге.

— Поехали домой, партнер, — Руслан улыбнулся, переплетая свои пальцы с моими. — Нам нужно составить список гостей на свадьбу. Твоя мама уже оборвала мне телефон, требуя утвердить цвет скатертей для банкета.

Я счастливо рассмеялась, и звук моего смеха растворился в шуме московских улиц. Впереди нас ждала новая, настоящая жизнь. И я знала, что какие бы испытания она нам ни готовила, мы пройдем их вместе. От первого лица. До самой последней строчки.

Прошел месяц. Месяц, который показался мне одним непрерывным, ярким калейдоскопом из аромата свежесваренного кофе, бесконечных встреч с организаторами свадеб и долгих, страстных ночей в нашем пентхаусе.

Кофейня «Черный перец и ваниль» стала невероятно популярной. По выходным у входа выстраивалась очередь, а глянцевые журналы наперебой включали нас в списки «самых модных заведений столицы». Я наняла управляющего и расширила штат бариста, потому что физически перестала справляться с потоком клиентов, хотя всё равно старалась проводить там каждый день.

В то утро я сидела в подсобке, просматривая резюме кандидатов на должность шеф-кондитера, когда мой телефон завибрировал. На экране высветилось имя Руслана. Я улыбнулась, принимая вызов.

— Господин Багиров, вы снова собираетесь похитить меня на обед? — промурлыкала я, откидываясь на спинку кресла. — Аня, ты сейчас в кофейне? — его голос прозвучал резче, чем обычно. В нем не было привычной теплоты, только сухая, деловая собранность.

Моя улыбка мгновенно померкла. Я выпрямилась. — Да. Что-то случилось? — Никуда не выходи. Марат с тобой? — Марат дежурит в зале. Руслан, ты меня пугаешь. Что стряслось?

Я услышала, как он тяжело вздохнул. На заднем фоне раздавались чьи-то голоса и стук клавиатур — он был в своем офисе, и там явно царил хаос.

— Адвокаты Дианы сделали свой ход, — глухо произнес Руслан. — Они поняли, что юридически им нас не потопить. Скворцов дал непробиваемые показания, документы на вывод активов лежат у следователя. Поэтому они решили ударить через медиа. Грязно и низко. — Что они сделали? — у меня похолодело внутри. — Они слили в желтую прессу сфабрикованное расследование. Через подставных блогеров. Там утверждается, что Вадим всего лишь невинная жертва. Что это ты украла его деньги, а потом, используя интимную связь со мной, заставила меня разорить Степановича. Они выставляют тебя расчетливой аферисткой, которая организовала рейдерский захват холдинга чужими руками, а Диана якобы пыталась спасти компанию.

Воздух застрял у меня в горле. Я открыла ноутбук и вбила в поисковик свое имя. Первая же ссылка вела на популярный скандальный портал. Заголовок кричал кроваво-красными буквами: «Черная вдова Москва-Сити: как бывшая бариста обобрала жениха и захватила империю Руслана Багирова».

Ниже шли мои фотографии. Снимки с того самого благотворительного аукциона в изумрудном платье, вырванные из контекста кадры с Вадимом трехлетней давности. И текст, от которого меня затошнило. Каждое слово было пропитано ядом, передергиванием фактов и откровенной ложью. В статье приводились анонимные цитаты «друзей» Вадима, которые утверждали, что я годами тянула из него деньги, а потом цинично подставила, бросив в тюрьму.

— Аня? Ты меня слышишь? — голос Руслана вывел меня из оцепенения. — Не читай это дерьмо. Моя служба безопасности уже занимается блокировкой ресурсов, юристы готовят иски о клевете. Я еду к тебе. Через пятнадцать минут буду. — Я... я в порядке, — мой голос дрогнул, несмотря на все усилия казаться сильной. — Руслан, там сотни комментариев. Люди верят в это. — Мне плевать на людей. Мне не плевать на тебя. Дождись меня.

Он отключился. Я сидела, глядя на экран, и чувствовала, как к горлу подкатывает ком. Диана не сдалась. Оказавшись в углу, она решила утащить меня за собой на дно, испачкав в грязи всё то светлое, что мы с Русланом так старательно строили. Она била по самому уязвимому месту — по моей репутации, пытаясь доказать обществу, что Руслан связался с дешевой охотницей за деньгами.

Дверь подсобки приоткрылась. На пороге возник Марат. Его лицо было мрачнее тучи.— Анна Сергеевна, Руслан Викторович звонил. Сказал никого не впускать в подсобку. К кофейне стягиваются журналисты.

Я подошла к двери и выглянула в зал. За стеклянными витринами действительно собиралась толпа с камерами. Посетители кофейни нервно озирались, кто-то снимал происходящее на телефон. Это был настоящий цирк.

— Спасибо, Марат, — я отступила вглубь комнаты.

Через десять минут к кофейне подъехал кортеж Руслана. Два черных внедорожника перекрыли подъезд к зданию. Охрана оттеснила журналистов, выстроив живой коридор. Багиров вошел внутрь, быстрым шагом пересек зал и оказался в подсобке.

Он подошел ко мне, взял мое лицо в свои большие, теплые ладони и внимательно всмотрелся в глаза. — Ты плакала? — его большие пальцы мягко скользнули по моим скулам. — Нет. Я просто в бешенстве, — честно ответила я, накрывая его ладони своими. — Зачем они это делают, Руслан? Это же не поможет ей в суде. — Это давление на следствие и попытка разрушить мой имидж перед акционерами, — жестко ответил он. — Если общество поверит, что я нахожусь под влиянием мошенницы, совет директоров может инициировать вотум недоверия. Диана хочет посеять хаос. — И что мы будем делать? Будем отсиживаться, пока юристы подают в суд? На это уйдут месяцы. К тому времени этот ярлык приклеится ко мне намертво. Моя мама увидит это! Мои родственники... — Никто не будет отсиживаться, — Руслан отпустил мое лицо и достал телефон. — Мы договаривались, что решаем проблемы вместе. Юристы делают свою работу, а мы сделаем свою.

Он набрал номер и приложил трубку к уху. — Инна. Да, я. Свяжись с главным редактором «Forbes» и «Tatler». Скажи им, что я готов дать эксклюзивное, совместное интервью с моей невестой. Завтра утром. В формате прямого эфира. Никаких заранее согласованных вопросов. Да, они порвут друг друга за этот эксклюзив. Действуй.

Он сбросил вызов и посмотрел на меня. В его пепельно-серых глазах горел тот самый огонь, который когда-то помог ему построить свою империю.

— Ты готова выйти из тени, партнер? — уголок его губ дернулся в хищной усмешке. — Диана хотела медийной войны. Мы дадим ей такую войну, после которой она больше никогда не отмоется.

Я глубоко вдохнула, чувствуя, как адреналин вытесняет страх. Я посмотрела на кольцо на своем пальце, затем на мужчину, который верил в меня больше, чем я сама. — Готова. Разнесем их в пух и прах.

Глава 32. Прямой эфир

Подготовка к интервью заняла меньше суток, но мне казалось, что прошла вечность. Руслан настоял на том, чтобы съемки проходили на нашей территории — прямо в двухуровневом пентхаусе.

— Пусть они видят, что нам нечего скрывать, — сказал он утром, когда команда техников расставляла софиты и камеры в нашей просторной гостиной. — Мы пускаем их в свой дом, чтобы раз и навсегда закрыть им рты.

Я стояла перед огромным зеркалом в своей гардеробной и поправляла воротник. Я отказалась от услуг звездных стилистов, которых порывалась прислать Инна. Никаких вечерних платьев, глубоких декольте или кричащих брендов. Я выбрала строгий, безупречно скроенный брючный костюм цвета темного графита и простую белую шелковую блузку. Волосы собрала в гладкий низкий узел. Моим единственным украшением было изящное помолвочное кольцо из белого золота на безымянном пальце. Я выглядела как деловой партнер, а не как содержанка, которой меня пыталась выставить Диана.

Руслан вошел в гардеробную бесшумно. Он подошел сзади, положил руки мне на талию и встретился со мной взглядом в отражении зеркала. На нем была белая рубашка без галстука и темно-синие брюки.

— Волнуешься? — его голос прозвучал мягко, успокаивающе. — До дрожи в коленях, — честно призналась я. — Одно дело — спорить с советом директоров, и совсем другое — говорить на многомиллионную аудиторию. А если они зададут вопрос, к которому мы не готовы? — Аня, — он повернул меня к себе. — Вспомни, кто ты. Ты женщина, которая голыми руками вырвала компромат у поджигателя. Ты спасла мой холдинг. Два журналиста — это просто пыль под твоими ногами. Говори правду. Правду всегда легко защищать.