А поджог кофейни был мастерским спектаклем. Дымовой завесой. Диана натравила на меня Вадима, зная, что Руслан обезумеет от страха за мою жизнь. Она сделала всё, чтобы он перестал мыслить как стратег и совершил ошибку, пытаясь защитить меня. И Руслан, ослепленный эмоциями, с размаху влетел в ловушку. Он отмахнулся от «пустышки» и подписал бумаги, отдав Диане троянского коня.

Меня затрясло от обжигающего прилива адреналина. Я — не вещь, которую можно спрятать в сейф. Я — партнер. И я собиралась доказать это.

Захлопнув ноутбук, я на ходу натянула джинсы и свитер, привезенные из пентхауса. Запах кедра и черного перца на ткани придал мне сил. Я распахнула дверь. Марат удивленно выпрямился.

— Доброе утро, Анна Серг…

— Машина внизу? — жестко перебила я его.

— Да, но Руслан Викторович строго приказал...

— Забудь на пять минут о том, что приказал Руслан Викторович, — отрезала я, глядя ему в глаза с такой решимостью, что охранник невольно сглотнул. — Диана подставила его. Она отвлекает его внимание на поджог, пока уводит землю из-под фундамента главного объекта холдинга. Если мы прямо сейчас не поедем к одному человеку, завтра твой босс потеряет всё.

Марат нахмурился, рука дернулась к рации. — Я должен доложить...

— Если ты ему позвонишь, он прикажет меня запереть, потеряет время и снова наделает ошибок! — рявкнула я, хватая сумку с ноутбуком. — Я отвечаю за последствия.

Мои руки больше не дрожали. Страх исчез. Мне нужны были железобетонные, неоспоримые доказательства — внутренние документы Аркадия Степановича. И я знала только одного человека в Москве, который мог достать эти секреты, потому что сам когда-то пытался стать частью его клана.

Мне нужно было найти Вадима. Человека, который сжег мою мечту. И найти его раньше, чем это сделают разъяренные люди Багирова.

— Заводи машину, Марат, — бросила я, проходя к лифтам. — Мы едем на охоту.

Глава 25. Страховка труса

Через три минуты я сидела на пассажирском сиденье массивного черного джипа. Марат, сжав руль так, что побелели костяшки, хмуро смотрел на дорогу сквозь пелену утреннего дождя. Он нарушал прямой приказ своего босса, и я знала, чем это может для него обернуться. Но моя уверенность, по-видимому, оказалась сильнее его страха перед гневом Багирова.

— Куда мы едем, Анна Сергеевна? — напряженно спросил он, когда мы выехали на мокрое Садовое кольцо. — Люди Руслана Викторовича сейчас переворачивают вверх дном все аэропорты, вокзалы и гостиницы. Скворцов как сквозь землю провалился.

— Люди Руслана Викторовича ищут логично, — я накинула на плечи куртку, чувствуя, как меня начинает бить мелкая дрожь от адреналина. — Они мыслят категориями людей, у которых есть деньги и связи. Но Вадим — трус. И сейчас он в панике. Он не сунется туда, где нужны паспорта или билеты. Когда мы только приехали покорять Москву и сидели без копейки, он всегда говорил: «Если что-то пойдет не так, надо залечь на дно там, где никто не задает вопросов».

— И где это дно?

— Промышленная зона в Люберцах. Там есть старое общежитие при неработающем заводе. Его держит бывший однокурсник Вадима, который сдает комнаты нелегалам за наличные. У Вадима нет наличных, но у него наверняка остались часы, которые я подарила ему на прошлый день рождения. Этого хватит на пару дней в крысиной норе. Едем туда.

Марат бросил на меня быстрый, уважительный взгляд и вдавил педаль газа в пол. Джип с ревом сорвался с места, разрезая утренние лужи.

Мы добрались до нужного адреса через час. Это было обшарпанное трехэтажное здание из красного кирпича, окруженное покосившимся забором. Вокруг валялся мусор, а в воздухе стоял стойкий запах сырости и дешевого табака. Контраст с миром Руслана, со сверкающими небоскребами Москва-Сити и стерильной чистотой «Евро-Меда», был разительным. И именно здесь, на самом дне, прятался человек, который вчера пытался сжечь мою мечту.

Марату не понадобилось много времени. Он просто подошел к заспанному вахтеру, бросил на стол несколько крупных купюр и, наклонившись, что-то тихо сказал. Вахтер побледнел, судорожно сглотнул и дрожащим пальцем указал на потолок. — Т-третий этаж. Тридцать вторая комната. Заехал ночью, трясся весь.

Мы поднялись по темной, провонявшей мочой лестнице. Я шла за широкой спиной Марата, чувствуя, как внутри пульсирует холодная, расчетливая ярость.

Охранник даже не стал стучать. Он просто сделал шаг назад и с пугающей легкостью вышиб хлипкую деревянную дверь ударом ноги. Замок жалобно хрустнул и вылетел вместе с куском косяка.

Мы шагнули внутрь. Комната была крошечной. На продавленной кровати, вжавшись в угол и прикрываясь грязной подушкой, сидел Вадим. Он выглядел отвратительно. Правая скула распухла и налилась синевой от вчерашнего удара Марата. Одежда была перепачкана в грязи, а в воздухе висел тяжелый запах перегара и животного страха.

Увидев Марата, Вадим тонко, жалко взвизгнул. — Не убивайте! — он заслонил голову руками, съеживаясь в комок. — Я всё верну! Я ничего не скажу полиции, клянусь!

Марат шагнул к нему, намереваясь, видимо, вытрясти из него душу прямо здесь, но я жестко положила руку на рукав охранника. — Стой, Марат. Я сама.

Услышав мой голос, Вадим медленно опустил руки. Его бегающие, покрасневшие глаза округлились. — Аня? — прохрипел он, не веря своим глазам. — Аня, скажи своему цепному псу, чтобы он меня не трогал! Я... я ничего не хотел! Это всё Диана! Она сумасшедшая стерва! Она сказала, что если я просто разобью пару витрин, она устроит меня топ-менеджером в новую компанию Степановича! А про поджог уговора не было, клянусь! Эти отморозки сами бросили искру!

Я стояла посреди грязной комнаты и смотрела на человека, с которым собиралась провести всю жизнь. Я искала в себе хотя бы каплю сожаления, хотя бы отголосок прошлой привязанности, но находила лишь звенящую, брезгливую пустоту.

— Ты жалок, Вадим, — мой голос звучал ровно и бесстрастно. Ледяной тон, который я невольно переняла у Руслана. — Ты всегда был готов продать кого угодно ради теплого места. Меня. Свою совесть. А теперь и свою свободу.

— Аня, умоляю! — он сполз с кровати прямо на грязный линолеум, пытаясь подползти к моим ногам. Марат брезгливо отпихнул его ботинком. Вадим всхлипнул. — Багиров меня закопает! Его люди уже ищут меня! Спаси меня, Аня! Мы же были счастливы! Помнишь?

— Закрой рот, — отрезала я. — Я пришла сюда не за извинениями. Диана кинула тебя, Вадим. Как только ты стал ненужным балластом после пожара, она вычеркнула тебя из своей схемы. И теперь ты один на один с холдингом Багирова. Руслан сотрет тебя в порошок. И поверь мне, его методы тебе не понравятся.

Вадим затрясся так сильно, что у него застучали зубы. Он прекрасно понимал, что я не блефую. — Что ты хочешь? — прошептал он, затравленно озираясь.

— Ты работал с документами Степановича, когда Элина таскала тебя в его офис. Ты помогал им оформлять дочерние компании, когда Диана планировала свой захват. И я знаю тебя, Вадим. Ты слишком большой трус, чтобы ввязываться в такие игры без страховки. Ты наверняка скопировал себе всё. Весь компромат. Черные кассы, реальные имена учредителей, цепочки передачи активов.

Он побледнел еще сильнее, его глаза забегали. — Я... я не знаю, о чем ты...

— Марат, — я повернулась к охраннику, изображая абсолютное равнодушие. — Кажется, мы ошиблись. Передай безопасникам Руслана Викторовича адрес. Пусть приезжают и делают свою работу. Мы уходим.

Я развернулась к выбитой двери. — Стой! — истерично закричал Вадим, вскакивая на ноги. — Стой! Есть! У меня всё есть!

Я медленно обернулась. Внутри меня всё ликовало, но на лице не дрогнул ни один мускул. — Я всё скопировал на отдельный облачный диск, — Вадим дрожащими руками полез за пазуху своей грязной куртки. — Диана оформила «Строй-Актив-Инвест» через подставных лиц Степановича. Эта земля под технопарком... она изначально планировала заблокировать стройку и шантажировать совет директоров Багирова, чтобы они сместили его с поста гендиректора! Руслан сам отдал ей ключи от своего уничтожения!