Вместо ответа я подняла дрожащую руку. Пальцы не слушались, но я с силой рванула с безымянного пальца помолвочное кольцо. То самое, с крошечным бриллиантом, которым так гордилась.

— Ошибки? — мой голос сорвался, но я заставила себя смотреть прямо в его трусливые глаза. — Ты продал нас за кресло, Вадим.

Я швырнула кольцо. Оно ударилось о его грудь и с тихим, жалким звоном покатилось по ковру.

— Свадьбы не будет. Забирай свои вещи из моей квартиры до вечера. Иначе я спущу их в мусоропровод.

Я попыталась вырваться из спасительного захвата незнакомца и шагнуть в лифт, но внезапно Руслан Викторович шагнул вместе со мной.

— Думаю, на сегодня рабочие вопросы закрыты, — бросил он через плечо остолбеневшему Вадиму. — Ликвидируйте последствия своего... прорыва, Скворцов. Завтра я буду с проверкой.

Двери лифта начали плавно закрываться. Последнее, что я увидела — перекошенное от ужаса и ярости лицо моего (уже бывшего) жениха, стоящего в луже остывающего кофе.

Створки сомкнулись. Мы оказались в замкнутом пространстве кабины.

Только сейчас адреналин начал отпускать, и меня накрыло. Колени предательски подогнулись. Я судорожно втянула воздух, чувствуя, как на глаза наворачиваются горячие, злые слезы. Три года. Три чертовых года спущены в унитаз.

Вдруг перед моим носом появился белоснежный тканевый платок.

Я вскинула голову. Руслан Викторович стоял, небрежно прислонившись плечом к зеркальной стене, и внимательно изучал меня. Вблизи он оказался еще более пугающим. Резкие скулы, жесткая линия челюсти и эти пепельно-серые глаза, которые, казалось, видели меня насквозь.

— Вытрите лицо, — спокойно велел он. — Тушь потекла.

— С-спасибо, — я шмыгнула носом и взяла платок, стараясь не коснуться его пальцев. Ткань пахла тем самым кедром. — Извините. Я... мне нужно выйти на первом этаже.

— Выйдете, — кивнул он. — Но сначала мы спустимся на подземный паркинг.

Я напряглась, прижимая платок к груди. — Зачем?

Руслан Викторович чуть склонил голову набок. На его губах мелькнула едва заметная, хищная полуулыбка.

— Потому что я — Руслан Багиров. И я собираюсь купить компанию, в которой работает ваш идиот-жених. А еще мне очень нужна жена. Желательно такая, которая умеет метко бросаться кофе и не лезет за словом в карман. У вас есть планы на ближайшие полгода, Анна?

Я замерла, забыв как дышать.

— Что?

— Я предлагаю вам сделку, — его голос стал низким, обволакивающим. — Вы становитесь моей фиктивной невестой. А я, в свою очередь, гарантирую, что карьера Вадима Скворцова будет уничтожена так же красиво, как его костюм. По рукам?

— Вы сумасшедший, — выдохнула я, вжимаясь лопатками в прохладное зеркало лифта.

Слова прозвучали жалко, но это было единственное, что смог выдать мой оцепеневший мозг. Предложение этого пугающего мужчины казалось чьей-то злой шуткой. Фиктивная невеста? Уничтожить карьеру?

Руслан Багиров даже не шелохнулся. Его глаза не отражали ни единой эмоции. Он просто достал из внутреннего кармана пиджака матово-черную визитку с золотым тиснением и протянул её мне.

— Я прагматик, Анна. Мое предложение — это взаимовыгодная сделка. Я решаю вашу проблему с разбитым сердцем и уязвленной гордостью, вы решаете мою проблему с... — он на секунду замялся, подбирая слово, — излишним вниманием прессы к моему статусу холостяка.

Двери лифта мягко разъехались, открывая вид на тускло освещенный подземный паркинг.

— Я не продаюсь, — процедила я, игнорируя протянутую визитку. Гордость, растоптанная пятнадцать минут назад, внезапно подняла голову. — И мстить ему вашими руками не собираюсь. Вадим сам разрушил свою жизнь. А я со своей разберусь как-нибудь без участия миллиардеров-манипуляторов.

Я гордо вздернула подбородок, обогнула его широкую фигуру и шагнула из лифта.

— Визитку возьмите, — донеслось мне в спину.

— Обойдусь!

— Возьмите, Анна, — голос Багирова внезапно утратил бархатные нотки, хлестнув по нервам, как удар хлыста. — Потому что ваш бывший жених — трус и подонок. А такие люди никогда не уходят красиво. Когда поймете, что я прав — позвоните.

Визитка полетела мне под ноги, с тихим шелестом упав на бетонный пол. Я не хотела её поднимать. Правда, не хотела. Но пальцы сами потянулись к плотному картону. Схватив её, я бросилась к выходу с парковки, чувствуя спиной тяжелый, пронизывающий взгляд.

Спустя два часа я сидела на полу своей квартиры, обхватив колени руками, и понимала, насколько прав был Багиров.

Вадим не просто не собрал вещи. Он обчистил наш общий счет. Тот самый счет, куда я переводила большую часть своей зарплаты последние полгода, чтобы оплатить свадебный банкет, фотографа и флористов.

Я узнала об этом, когда попыталась отменить бронь в ресторане, чтобы вернуть свои деньги. Вежливый администратор по телефону сообщил, что бронь уже аннулирована полчаса назад женихом, а возвращенный задаток — почти двести тысяч рублей — переведен на карту господина Скворцова.

На экране телефона высветилось новое сообщение. Вадим.

«Считай это моральной компенсацией за мой испорченный костюм и подмоченную репутацию перед Элиной. Ресторан я отменил. А если попытаешься качать права — я расскажу твоей матери, что свадьбы не будет из-за твоих истерик и неадекватности. У нее слабое сердце, так что подумай дважды, прежде чем открывать рот. Вещи заберу в выходные. И да, за этот месяц аренды квартиры платишь ты».

Я перечитала сообщение трижды. Буквы расплывались перед глазами. Он не просто изменил мне. Он вытер об меня ноги, забрал мои сбережения и теперь шантажировал здоровьем моей мамы, которая действительно недавно перенесла микроинсульт.

Меня затрясло. От бессилия. От обиды. От жгучей, испепеляющей ненависти, которая поднималась откуда-то из самых глубин души, выжигая остатки боли.

«Трус и подонок. Такие люди никогда не уходят красиво».

Слова Багирова всплыли в памяти так отчетливо, словно он стоял сейчас в моей темной прихожей.

Я разжала кулак. На ладони лежала помятая черная визитка. Ни должности, ни названия компании. Только имя: Руслан Викторович Багиров. И прямой номер телефона.

Пальцы дрожали, когда я набирала цифры. Гудки казались бесконечными. Я уже готова была сбросить вызов, решив, что это была глупая идея, когда на том конце раздался спокойный, уверенный голос:

— Я ждал вашего звонка быстрее, Анна.

Я сглотнула подступивший к горлу ком.

— Ваше предложение... — мой голос предательски дрогнул, но я заставила себя сделать глубокий вдох. — Ваше предложение всё ещё в силе?

— Смотря на что вы готовы ради нашей сделки.

— На всё, — выдохнула я, глядя на экран с сообщением Вадима. — Я хочу, чтобы он потерял всё, что ему дорого. И я согласна стать вашей женой.

— Отличный настрой, — в голосе Багирова послышалась усмешка. — Через двадцать минут за вами приедет моя машина. Спускайтесь. Будем обсуждать условия брачного контракта.

Глава 2. Контракт с дьяволом

Черный «Майбах» ждал меня у подъезда ровно через двадцать минут, как и было обещано. Молчаливый водитель в строгом темном костюме открыл передо мной дверцу с такой почтительностью, словно я уже была законной женой миллиардера, а не заплаканной, преданной девушкой в дешевых джинсах и вытянутом свитере, у которой на банковской карте осталась едва ли тысяча рублей.

Я скользнула на заднее сиденье, утопая в невероятно мягкой светлой коже салона. Дверь захлопнулась, отсекая меня от привычного шума спального района, гула старых машин и криков подростков во дворе. Внутри царила абсолютная, стерильная тишина, пахло дорогой кожей и едва уловимым мужским парфюмом.

Всю дорогу я смотрела в тонированное окно на мелькающие огни ночного города и пыталась унять крупную дрожь в руках, судорожно сжимая ремешок своей старой сумки. Гнев, вспыхнувший после циничного сообщения Вадима, медленно уступал место леденящему страху и осознанию собственной безумности. Во что я ввязываюсь? Кто я такая, чтобы играть в игры с акулами бизнеса вроде Руслана Багирова?