Вот только за этот срок Жители Приграничья воочию видели, в каких условиях живут, собственно, Жители Системы. Богатый, плодородный, гостеприимный мир, не идущий ни в какое сравнение с увядающей безжизненной пустыней, в которой обитают Жители Приграничья. Так… не с тем ли была связана Катастрофа-626, что однажды Жители Системы приютили у себя беженцев Приграничья, а те, когда пришло время… отказались возвращаться в своё Измерение? И это, закономерно, вылилось в бесконечную жестокую резню за право жить в Системе…

А если взглянуть на эту ситуацию со стороны Жителей Системы, и добавить полученные здесь знания? Ведь — что такое, в своей сущности, Идея? Если отбросить все детали — это обновление Измерения, которое инициирует сам Хаос. Да, для текущих жителей это бывает неприятно, часто смертельно… Но ведь должно быть после этого какое-то возобновление ресурсов? А так… Теневые Символы всё-таки не совсем изолированы от властей Системы, порой они имеют с ней контакты. Они бывают в Приграничье… и, вероятно, лучше других понимают, что если пустить Жителей Приграничья в Систему — рано или поздно от неё останется такая же выжженная пустыня.

Сареф горько усмехнулся про себя, вспомнив не столь давний разговор с Валкой, которая боялась, что однажды стревлоги расплодятся настолько, что станут угрозой для прочих людских кланов. Знала бы она, что есть угроза куда ближе и куда масштабнее, чем несчастные ящеры…

— Вот оно! — раздался голос Ссэ, — мы уже недалеко!

Сареф поднял голову. Вдали возвышалось сооружение… скорее всего, башня. И башня высокая, 20 ростов его хилереми — по самым скромным подсчётам.

— Это оно? Это там? — спросил Стив.

— Не совсем, — ответил Ссэ, — это больше ориентир. Отсюда можно будет разглядеть то, что мы ищем. И здесь можно отдохнуть и ссспрятаться, если нам придётся ждать.

Они подошли ближе. Основание башни было, на удивление, широким. Даже если бы 10 человек сейчас взялись за руки — то они не смогли бы дотянуться от одной стены башни до другой по диаметру. Место выглядело старым и заброшенным, однако же стены башни до сих пор чувствовались крепкими и прочными. Ни трещин, ни дырок… ничего.

— Что это за место? — спросил Сареф, чувствуя, как это место навевает на него странную печальную тревогу, — откуда оно здесь взялось?

Вместо ответа Ссэ опустился на каменный пол и взял себя лапами за голову. В этом молчании он сидел почти 3 минуты.

— Ссэ, с тобой что-то не так? — обеспокоенно спросила Ванда.

— Всссё в порядке, — ответил насекомый страж, — просссто… когда Хим позволил мне испить крови и снова эволюционировать… я могу получать доступ к глубинным знаниям, которые были заложены в меня так же, как и в любую особь Роя.

— И… что же? — спросил Сареф.

— К сожалению, эта память настолько ссстара, что из неё почти ничего невозможно извлечь. Рой помнит только то, что когда-то давно он строил эту башню с другими народами. Они все верили в то, что это очень важно, что за этим ссстоит какая-то большая цель. Но… больше ничего. Нет памяти о том, ради чего ссстроили эту башню… почему перессстали… просссто она теперь осссталась здесь.

Сареф снова огляделся. Нет… по-прежнему ничего, никаких символов, знаков, которые могли бы на что-то намекнуть. Но тогда почему… почему ему упорно кажется, что это место ему знакомо? Его медленно накрывало такое же чувство, как и в самый первый день, когда он, снедаемый неведомой печалью, смотрел в небо этого измерения со слезами на глазах. Он тряхнул головой, отгоняя неприятное наваждение…

— Как минимум, все Идеи, которые прорывались в Приграничье и одерживали верх, не трогали эту башню, — задумчиво сказал он, впрочем, больше для того, чтобы отвлечь самого себя, — но почему?..

Внезапно его взгляд упал на отца, который стоял, закрыв глаза и обхватив себя руками за виски.

— Месс. Ты в порядке? — обеспокоенно спросил он его.

— Трудно сказать, — пробормотал он, — это место… блокирует мои новые способности. Впервые с тех пор, как мы оказались здесь, я чувствую себя слепым… и почти ничего не вижу.

— Наверное, поэтому ты и не мог найти тюрьму Роя сам, — задумчиво сказала Ванда, — потому что эта башня искажает твои способности.

— Тебе от этого плохо? — спросил Сареф.

— Нет… нет, всё нормально, — ответил Месс, — я не чувствую боли, я даже смогу здесь спать. Просто… странно.

— Зато отсюда хорошо видно нашу конечную цель, — сказал Ссэ, — идёмте, я покажу.

Подниматься пришлось высоко, почти на 5 пролётов. И вот, наконец, они дошли до дыры в стене… причём возникало ощущение, что это была не дыра от времени… а дыра, которую не успели заделать непосредственно во время стройки. Как же крепка была эта конструкция!

— Вон, — Ссэ указал лапой, — смотрите. Это там.

Сареф посмотрел. И увидел. Это было не передать словами. Вдали от них целая каменная гряда образовывала пояс. И внутри этого пояса находился голубоватый энергетический шар. Почти наверняка там и находились пленники — но сейчас внимание Сарефа захватили сами скалы. Гряда поменьше с одной стороны — и огромная, монументальная давящая масса с другой. И… Сареф приглядывался, отказываясь верить своим глазам, но… нет, сходство было просто поразительным. Вот одна вытянутая скала, вот два огромным чёрных провала… Эти скалы были невероятно похожи на череп с открытой пастью.

— Место, где скалы воют на небеса. Место, где ветра плачут обо всех смертях. Да, — тихо кивнул Месс, смотревший на открывшийся им вид со смесью благоговения и восторга, — это оно!

— Но как это может быть местом, где самая сильная лапа не сделает ни единого шага? — спросил Сареф.

— Не знаю, — пожал плечами Месс, не отрывая взгляда от скального черепа, — возможно, это была метафора. В духе того, что само это место будет подавлять тебя так, что ты застынешь на месте, не в силах сделать шага.

— Ладно, неважно, — сказал Сареф, — значит, остаёмся здесь. И будем ждать, пока какой-нибудь Символ не придёт сюда. И тогда… мы будем действовать…

Прошло ещё трое суток. За это время у них было много работы — которую пришлось взять на себя Ссэ. Во-первых, насекомый страж обнаружил в себе способность менять цвет под окружающую среду — что было весьма удобно, так как он мог ползать на разведку. И вызнал он то, что там, действительно, находится сооружение, в описании которого Сареф признал обычный домик. В котором и содержались пленники. Охраняли их две особи Роя, одна из которых постоянно сидела на месте, а вторая — патрулировала периметр домика. Голубая сфера, судя по всему, была защитой для пленников от Хаоса, поэтому большой угрозы представлять не должна. Как минимум, потому что сами Символы должны были регулярно… ну хотя бы приносить пленникам еду. Значит… когда сюда прибудет Теневой Символ, высок шанс, что особи Роя отвлекутся на него… и тогда они смогут нанести удар.

Во-вторых, они продумали, как максимально быстро преодолеть расстояние до домика. И здесь им снова помог Ссэ. Его нынешних возможностей хватало для того, чтобы на него мог забраться Месс, после чего он сам лапами хватал Сарефа — и планировал до самой сферы. Разумеется, когда они это тренировали, то Ссэ планировал с башни в другую сторону, но общей длины вроде хватало.

Ванда же должна была вызвать лапы Красса и с их помощью так же, по воздуху, доставить до пункта назначения себя и Стива. Конечно, энергии это требовало много — но, по крайней мере, это позволяло им угнаться за остальными.

Ззапасы еды неумолимо подходили к концу. Да, разумеется, они всё это время тщательно экономили еду из Системы, питаясь сначала в Перекрёстке, а потом не брезгуя и угощением от Роя — но теперь, когда они надолго отделились от любых населённых мест, пища неизбежно заканчивалась. К слову, Ссэ тоже оценил сушёные мясные полоски, но остался ими не очень доволен. По его словам, стражу больше нравилось, когда добыча была сочной. Ну а какой сок больше всего привлекал Ссэ в добыче, в общем-то, было очевидно…