— Защита? — с презрением спросила она, — ты не мог создать защитный символ, чудовище! Такие, как ты, могут только жрать и атаковать!

— Я и не создавал, — прохрипел Богомол. В этот момент Ортега скомандовал новую атаку — и ещё два десятка особей Роя расправили крылья и бросились вперёд. Их постигла такая же печальная участь, как и их предшественников… но атака Роя на этом не завершалась. Ортега дал ещё одну короткую команду — и крысовороны, что до этого беспокойно вились вокруг дрессировщика с желтой шкурой, стрелой бросились в сторону женщины. Они маленькими молниями проскользнули к ней через потоки энергий и, пронзительно каркая, начали вцепляться ей в лицо.

— Ах, вы… проклятые недородки! Пойдите прочь, прочь! — кричала Худовжница, отмахиваясь от них и стягивая к себе всю энергию. Из-за собственной монументальности она не могла быстро избавиться от них так же, как лев, невзирая на всю свою силу, не мог одолеть комара, по которому он просто не мог попасть. И выигранные несколько секунд были использованы Роем с толком. Потому что дрессировщик, направивший в атаку крысоворон, продолжал размахивать руками и что-то бормотать себе под нос… После чего мгновение спустя случилось… ЭТО…

Земля под их ногами снова задрожала, после чего оглушительный треск, грохот камней… и на этот раз из-под земли вынырнуло… Сареф даже не знал, как назвать это существо. Нечто среднее между рыбой и червём, с коричневой шкурой, оно совершило стремительный бросок вверх и, открыв огромную пасть, проглотило женщину, которая просто не успела на это среагировать. После чего чудовище снова принялось уходить под землю, равнодушно глядя на них немигающим жёлтым глазом.

Казалось бы, здесь и должен был закончиться бой… но, к сожалению, всё было не так просто. Когда этот странный червь с огромной пастью уже должен был уйти под землю, как внезапно… его голова разорвалась, и во все стороны полетели омерзительные склизкие ошмётки. А Художница, вырвавшись из этой ловушки, снова воспарила наверх.

Вот только теперь потоки зелёной и синей энергии, что парили вокруг неё, стали слабее в два, если не вовсе в три раза. И Сареф нехотя отметил страшную синергию прозорливости и безжалостности Роя. Они совершенно точно знали, с чем им предстоит столкнуться. И при этом они безжалостно жертвовали самыми лучшими бойцами. Два десятка простых солдат, подземное чудовище, атаковавшее всего один раз… да и Богомол, скорее всего, до сих пор был жив только благодаря вмешательству Сарефа.

И всё же эти действия возымели эффект. Потому что женщина, вскинув руки вверх, закричала:

— Нет! Я не могу проиграть! Только не сейчас, после того, как я столько ждала! О, мой защитник, мой возлюбленный Жонглёр, помоги мне ещё один раз!

В тот же момент под ней начала материализовываться огромная фигура из зелёного и синего дыма. Человеческие очертания у неё были ровно по пояс, дальше же шёл бесформенный туман, стелившийся, однако, шагов на десять по поверхности вокруг этого существа. А над его головой парил с десяток туманных сфер, к одной из которых он уже тянул руку…

— Кнут! Этот — ваш! — прорычал Ортега, — уничтожьте его любой ценой!

Наконец, получив конкретного досягаемого врага, стражи Перекрёстка бросились в атаку. Они окружили эту странную фигуру и по очереди пробовали на ней разные приёмы. Вот Грынь швырнул в неё своё копье, вот наг Ссеф, рванув вперёд, внезапно истошно завопил от боли: как оказалось, ступать на землю, по которой стелился дым, было опасно.

Само же существо тоже совершенно не стояло на месте. Оно метало в них шары зелёного тумана — и хотя пока от них удавалось уклоняться, существо по имени Жонглёр постоянно набирало скорость. При этом его самого не брало никакое оружие: любой металл проходил сквозь него, не причиняя никакого вреда. В один момент Арги исторг звуковую волну, от которой его щупальца на морде встали торчком — но и она не смогла сделать ничего. Даже Ссэ, пользуясь своими новыми крыльями, летал вокруг этого существа, атаковал его копьём — и не мог ровным счётом ничего этим добиться.

При этом Сареф отметил, что больше всего это существо боялось Кнута и его пылающего топора. От него оно держалось подальше, и именно в него начинало неистово атаковать туманными сферами, когда тот хоть как-то сокращал дистанцию. А насколько опасны были эти сферы — на своей шкуре невольно испытал Грынь, не успевший вовремя уйти с линии атаки. Один из снарядов коснулся его плеча — и в следующий момент могучий минотавр упал на землю.

Товарищи тут же подхватили его и оттащили назад, и Сареф, оглядывая его, с удивлением понял, что Грынь после этой атаки остался жив — и даже не пострадал. С одним неприятным нюансом. У несчастного стража в один момент высосали все силы, и ближайшие несколько часов он будет совершенно беспомощен, не в силах пошевелить даже пальцем.

Сам Сареф тоже осторожно атаковал Жонглёра обычными молниями, и вспыхивающие сообщения в Системном Окне показывали, что небольшой урон в радиусе 50 единиц верный Барелем наносил даже стихией воздуха. Одновременно с этим он копил перчатке заряды, чтобы в нужный момент использовать главный козырь…

— Кнут! Атакуй его! — внезапно приказал… Арги, и сделал он это ровно в тот момент, когда у Сарефа накопилось 10 зарядов. Тот так этому удивился, что чуть не споткнулся на ровном месте: не самое подходящее время узнать, что у этого существа был навык, похожий на чтение мыслей. Однако же времени не было. Кнут послушно бросился вперёд, отвлекая на себя внимание — и мгновение спустя его всего окутал зелёный туман. И Сареф не упустил драгоценных секунд, выигранных такой высокой ценой…

Барелем! Реликтовое! Атакующая Стойка!

Зарезервировано здоровья: 50!

Исходящий урон повышен на 33%!

Входящий урон повышен на 33%!

Атакующая стихия изменена на: Свет!

Заряженный Выстрел! 2… 1…

Критический урон — 961!

Расчёты Сарефа оказались верны. Как и для всех существ Хаоса, с какого бы уровня они не происходили, от стихии света им не было спасения. Издав яростный и бессильный вопль, Жонглёр лопнул, рассыпавшись тягучими зелёными и синими каплями…

Одновременно с этим позади них раздался уже знакомый металлический рык. Богомол, сумев подняться после сокрушительного падения, снова выстрелил чёрным копьём из собственной груди. Художница, отбиваясь от очередной стаи особей Роя, не успела на это среагировать — и теперь страшное оружие пробило ей левое плечо. Коротко вскрикнув, она застыла на месте.

И в этот самый момент… свой ход сделали Месс и Ванда. Мудро не высовываясь во время основного боя, и заодно отправив подальше Стива с Рюком, которые здесь вообще ничего не могли поделать, они нанесли свой удар. И, казалось бы, идеально выбранный момент, чтобы ещё больше сбить с толку противницу, лишить её концентрации… Ванда использовала свой коронный взгляд боли, усилив его способностями Месса и кольцом из лап Красса. Вот только…

То, что обычного врага надёжного парализовало бы, заставив корчиться от боли, этому странному существу оно только дало силы. Потому что Художница резко воспарила вверх и презрительно рассмеялась:

— Наивное дитя! Ты хотела ранить меня этой болью? Да я родилась, росла и всю жизнь терпела самую невыносимую боль, какую ты только можешь представить! Как же ты мне сейчас помогла!

В следующий момент резкий поток синей энергии, подобно диковинному щупальцу, пронзил пространство и, схватив Ванду, подтянул её к Художнице, которая мягко, почти ласково коснулась щеки эльфийки:

— Как чудесно! — воскликнула Художница, — ты вынесла столько сладкой и восхитительной боли! И как стойко ты её выдержала! Моя дорогая, ты достойна жить в мире, который я создам, когда покончу с вами! Только дай мне совсем немного сил…

В тот же момент Ванда пронзительно закричала! Сареф попытался было наложить на неё Силовое Поле, но спустя всего секунду Художница сама отпустила эльфийку, и та без сознания полетела на землю. В этот самый момент к ней бросилась зелёная молния… Ссэ, используя возможности нового тела, успел подхватить девушку — и сразу же унёс её в безопасное место.