— А ну, стоять! — прорычал минотавр, едва они приблизились к воротам, — кто такие⁈

— Я их нашёл, Грынь, — Джи-Джи тут же выпрямился перед минотавром, — беженцы из Системы. Я поговорил с ними. Они не опасны. А если освоятся — то будут даже полезны Перекрёстку.

— А, опять ты, синий червяк, — минотавр Грынь снисходительно посмотрел на него с высоты своего внушительного роста (даже тело Хима уступало этому гиганту почти на полторы головы), — будешь без конца лезть в чужие дела — когда-нибудь точно попадёшь мне под копыто!

— Керси ничего не имеет против меня, — тихо, но с явным значением сказал Джи-Джи.

— А вот я имею, — прорычал Грынь, — ты вечно приводишь сюда всяких слабаков, которым лучше бы где-нибудь сдохнуть и пойти на корм тому, кто заслуживает жить!

— Мы об этом много раз говорили, Грынь, — Джи-Джи всё так же не повышал голоса, но не было никаких сомнений, что бык отлично его слышал, — большая сила и мощные мускулы не всегда являются признаком того, что именно ты достоин жить. И может статься так, что однажды ты попадёшь в беду, и даже они не смогут тебя спасти…

— Отвали! — отмахнулся Грынь, — Керси считает, что от тебя есть польза, но я не давал тебе прав полоскать мне мозги! Ну что ж, посмотрим, кого ты сюда притащил.

Первым он подошёл к Ванде.

— Ну и что ты такое, маленькая самочка? — насмешливо спросил он, — ты точно хочешь сюда? Тебя ж тут, бедняжку, сожрут в два счёта. Может… пойдёшь жить ко мне? Грынь знает, как нужно заботиться о нежных самочках.

Ванда ничего не ответила… но появившиеся за ней лапы Красса сделали всю работу за несколько секунд. Первая пара завела минотавру руки за спину, вторая взяла в мощный захват за горло, а третья подхватила выпавшее копьё и поднесла к брюху.

— Ух ты, — Сареф ожидал, что бычара от такой выходки рассвирепеет, но он только добродушно ухмыльнулся, — вижу, я тебя недооценил, девочка. Кое-что умеешь. Ладно, можешь меня отпустить.

Кивнув, Ванда отпустила Грыня, возвращая ему оружие. И насекомый страж, видя, что напарнику ничего не угрожает, расслабленно вытянулся. Хотя, не было сомнений: пойди что не так — он бы среагировал моментально.

— Ладно, — Грынь уже с куда большим уважением посмотрел на Ванду, — но всё равно, девочка, моё предложение в силе. Я был бы очень рад такой красотке… и даже позволил бы ей седлать себя каждый день. Но — разумеется, не настаиваю. Найдёшь себе лучшее место — так тому и быть.

— Спасибо, я подумаю, — вежливо ответила Ванда.

— Подумай-подумай, — кивнул минотавр, после чего посмотрел дальше, — так, тут у нас что? Гибрид. Ну, тут всё понятно, — он потрепал Стива за ухом, причём явно отдавал себе отчёт в том, что гибриды не терпят такого отношения, — не самая сильная особь, зато хорошо держит себя в руках. Что ж, полагаю, тебе найдётся местечко в питомниках.

— Грынь, я тебя уже сто раз просил — не называй жилище гибридов питомниками, — с укором сказал Джи-Джи, — они не звери.

— Опять, — Грынь закатил глаза, — а кто они, по-твоему? Да мы тут все звери, скажешь, нет? Я не зверь? Или ты не зверь? Или Ссэ не зверь?

— Ссэ нравитсся думать, что он ззверь, — неожиданно прошуршал насекомый страж, — Ссэ нравится ссвобода ззверей. Ссэ лучше будет ззверем, чем бракованной оссобью.

— Ладно, быстрее с этим покончим, — Грынь подошёл к Мессу и ткнул его пальцем, — ты кто таков, беженец? Не запыхался, пока бежал?

— Спасибо, всё в порядке, — сдержанно ответил Месс, — уважаемый Джи-Джи вовремя нашёл нас и очень нам помог.

— Да кто бы сомневался, — насмешливо фыркнул Грынь, — этот добряк каждой вшивой тварюшке помочь готов.

— Что поделать, жить всем хочется, — пожал плечами Месс.

— Возможно. Но не каждый этого достоин, — заявил Грынь.

— Действительно, — согласно кивнул Месс, — и как хорошо, что уважаемый Керси однажды решил, что некое неизвестное существо тоже достойно лучшей жизни, не так ли? Иначе сгинуть бы ему на стройках Раскола, а не быть гордым стражем Перекрёстка.

Сареф уже второй раз нехотя отметил, что минотавр прекрасно держит себя в руках. Несмотря на свой подсвеченный и, очевидно, не самый приятный момент в своей жизни, он не разозлился. А всего лишь, слегка сощурившись, спросил:

— Откуда ты это знаешь?

— Откуда надо — оттуда знаю, — невозмутимо ответил Месс. Грынь ещё несколько секунд его разглядывал, после чего осклабился.

— А, ну понятно. Мудрец, отмеченный Хаосом. Ну-ну. Советую тебе не совать свой мудрый нос в чужие дела, а то тебе его и оторвать могут.

— Спасибо, я это учту, — без насмешки ответил Месс. Наконец, минотавр повернулся к Сарефу.

— Ну и кто тут у нас остался… так, стоп. Это что, птенец вопилы? — Грынь с огромным удивлением уставился на Рюка, который сидел на левом плече Сарефа и то и дело дёргал хозяина за золотую серьгу, которая уж слишком соблазительно поблёскивала и покачивалась, чтобы любопытный птенчик перед этим устоял.

— Да… так получилось, — пробормотал Сареф.

— А где его мамаша? — поинтересовался Грынь, причём в его голосе уже неприкрыто сквозило уважение.

— Она на нас напала. Нам пришлось защищаться, — пожал плечами Сареф.

— И вы свалили целую вопилу? Хаос мне брюхо разорви, — выдохнул Грынь, — да ну, брешешь же. Это, небось, морок какой-нибудь…

С этими словами Грынь бесцеремонно ткнул пальцем в Рюка, словно ожидал, что это, действительно, иллюзия, которая должна была лопнуть. И каково же было его удивление, когда птенец, которому совершенно не понравилось то, что его начали лапать посторонние, издал гневный вопль. Совсем слабенький… но этого оказалось достаточно, чтобы Грынь отскочил в сторону, держась за висок.

— Ах ты, мелкая зараза, — пробормотал он, — проклятье… теперь сутки буду глухой на одно ухо.

— Ну, как видите, птенец настоящий, — участливо сказал Сареф, тем не менее, вызывая Скальпель Архитектора, — впрочем, полагаю, я, как хозяин, должен возместить вам это неудобство.

Власть жизни! Восстановлено здоровья: 747!

Эффект Глухота Развеян.

— Ого… ничего себе, — Грынь удивлённо подёргал себя за ухо, не веря тому, что он слышит, — слушай, парень… а ты не хочешь к нам в стражу? Раз ты с вопилой справился, значит, и сила, и мозги у тебя есть. Выглядишь ты неплохо… почти такой же красивый, как я. Тебя сразу все полюбят. И то, что ты на месте подлечить можешь — это вот прям хорошо, такое мало кто умеет. Стражам выделяют место, чтобы спать, и его можно обустроить так, как тебе нравится. И пайка еды стражам тоже положена, даже на время отдыха.

— Ну… — замялся Сареф, — я ж тут ничего не знаю…

— Ничего, ничего, — энергично кивнул Грынь, — побудь тут пару кругов, посмотри, что к чему… и если надумаешь — приходи. Я лично замолвлю за тебя словечко перед Керси.

— Спасибо, я тоже подумаю, — ответил Сареф.

— Думайте, думайте, — на сей раз Грынь кивнул уже куда более миролюбиво, — ладно уж, змеюка, в этот раз ты хотя бы привёл толковых ребят. Проходите.

С этими словами Грынь спиной подошёл к воротам и трижды стукнул по ним кулаком. В тот же момент они начали подниматься… и несколько секунд спустя Сареф увидел, как внутри воротное колесо крутит… такой же гибрид, как и Стив. Только кожа смуглая, а на человеческом корпусе — медвежья голова. Тело это было куда более сильным и мускулистым, в нём чувствовалась настоящая медвежья мощь. И нехотя Сареф признавал, что если Грынь сравнивал Стива вот с этой горой мышц, то определение «более слабая особь» — это было ещё мягко сказано. Не говоря уже о том, что когда Стив проходил мимо медведя — то обменялся с ним взглядами, крайне далёкими от симпатии. Причём медведь смотрел не столько на Стива, сколько на его новенькие штаны. У него самого были только старые, рваные обноски, которые даже до колена не доставали.

Внезапно Сареф почувствовал, как ему на плечо легла шершавая лапа. Повернувшись, он увидел, что держит его насекомый страж.

— Чего тебе? — сердито спросил Сареф, с облегчением заметив, что страж взял его не за то плечо, на котором сидит Рюк. Иначе пришлось бы расчехлять Власть Жизни повторно, потому что любые обитатели Роя наверняка вполне входили в пищевой рацион вопил.