— Думаю, тебе сейчас непросто, — негромко заметил пожилой целитель. — Все, что казалось привычным, разрушилось, и пока непонятно, что впереди. Впрочем, с нынешним курсом магов света, боюсь, разрушилась не только твоя жизнь. Понимаю, что нынешнее положение дел тебе не по вкусу, но все же прошу — подожди. Уверен, Валентин пересмотрит свой подход. Видишь ли, в привычном варианте ученическая связь подразумевает, что по формирующимся каналам ученика идет частично «адаптированная», более мягкая, энергия, транслируемая наставником. Если этого не происходит, то естественная, дикая сила начинает разрушать энергетику юного мага. И когда ты учишь того, кто пользуется, по сути, твоей энергией, то можешь с легкостью остановить или отменить любое его действие, что невозможно при передаче опыта магу, взаимодействующему с дикой силой напрямую. Такому магу как ты.

Агата глубоко вздохнула, всматриваясь в горизонт и пытаясь осознать сказанное Томасом. Пожилой целитель не торопил, молча стоя рядом.

— То есть наставник контролирует заклинания ученика?

— Не совсем, но мыслишь ты верно. Контроль возможен, но необязателен. Смотри: чтобы изменить мир, использовать Искусство, тебе нужно понимание того, что ты хочешь сделать, энергия, которая должна воплотить изменения. Эту энергию некоторые проводят усилием воли, но такое — редкость. Чаще для того, чтобы настроить себя на нужное движение энергии и изменить волну под нужное действие, используют язык Древних, он, по неизвестным нам причинам, лучше всего для этого подходит. Хотя говорят, что огнепоклонники Пустынных Земель для этого поют на родном языке, подстраивая свое сознание под управление энергией… Но это тонкости. Если проще, то нужна концентрация на итоговом действии и энергия, направляемая с помощью заклинаний, последовательности нужных слов. Для направления силы могут использоваться и определенные символы, но суть одна и та же. И, собственно, если эту самую энергию убрать из уравнения, то хоть пять раз скажи нужные слова и изо всех сил представляй результат — ничего не выйдет. То есть наставник в любой момент может прервать заклинание ученика. К тому же есть такая штука, как возвратное действие. Очень часто маг может просто отозвать энергию — и мир вернется к состоянию до использования заклинания, если нет необратимых изменений. Главное — быстро реагировать. Вот, смотри.

Томас шевельнул рукой — и на его ладони появилась узкая тонкая царапина. Еще одно движение — и она исчезла без следа.

— Вообще-то не лучший пример, кровопотеря довольно быстро делает изменения необратимыми. Но, думаю, суть ясна. Это работает именно со своей энергией, но в случае ученичества сработает и с тем, что сделал ученик. И не сработает с тем, что можешь сделать ты.

Агата кивнула. Задумалась… Обернулась, и, не увидев никого рядом, тихо проговорила:

— Думаете… Валентин боится?

Целитель кивнул.

Клинок сухо усмехнулась. Впрочем — а чего она ждала-то? Она для него — палач, неудобство, воплощение оков церкви на ногах и руках простых магов. Да, союзница, защитница… Но все же он доверял ее воинским умениям, а не ей самой.

— Он переживает за тебя, — неожиданно проговорил Томас, — хотя и пытается это скрыть. Слышала бы ты, как он ругался после ритуала объединения, напоминая, что ты еще не восстановилась после отплытия. Да и до этого он был против ритуала, Анна с трудом уговорила. Из всех видов энергии чистая черная и чистая белая при попадании в тело наиболее опасны. А во время обучения и заклинания могут сорваться, ударив по применяющему, и вызванная для них энергия может не попасть в мир, оставшись в теле и, опять же, ударив по применяющему.

Клинок хмыкнула. Валентин в принципе склонен помогать окружающим. Истинный целитель, хоть и некромант… И, очевидно, ему не улыбалось тратить время на лечение той, кто должна была его защищать.

Впрочем, Томасу вроде незачем врать, и благодаря его объяснениям некоторые вещи стали немного понятнее. Не понимала Агата только почему моряки спустили парус. Один, второй… Корабль остановился.

— Друзья! — Ой-Тере поднялся на ют, — мы с вами скоро доберемся до Завесы Бурь. Проход через нее всегда отнимает силы, но зачем мне вам про это рассказывать? Мы скоро доберемся, но пока мы еще в спокойных водах. Потому… Си-Мин, спускай лестницы!

Стоявший у борта моряк кивнул, и в воду полетела длинная веревочная лестница, потом еще одна…

— Сейчас время отвлечься от суеты. Купайтесь, отдыхайте, радуйтесь благосклонности Райтана, благодаря которой мы добрались сюда! На ужин сегодня знаменитый тонийский суп, свежие лепешки по лучшему рецепту нашего кока, а запивать все будем хуанцзю. Завтра — работа, сегодня — отдых!

— Ура! — крикнул сбросивший последнюю лестницу Си-Мин. Загорец взобрался на борт и, как следует оттолкнувшись, прыгнул в воду. За ним последовал следующий моряк, и следующий…

— Вы можете присоединиться, — заметил подошедший к ним Ой-Тере, — если хотите. Это не приказ, но традиция. Даже Гора окунется, как закончит с едой. Здесь теплое течение, так что не замерзнете, если, конечно, не усердствовать. Можете просто подержаться за лестницу, если плавать не умеете. Но если что — Раджин поможет и вытащит.

— Купаться! — завопила Доминика, выбегая на палубу. — Можно купаться!

Серый, вышедший с ней, радостно гавкнул.

— Вперед!

И не успела Агата ничего сказать, как девочка ринулась к борту. Подтянулась, встала, балансируя на неширокой ведь деревяшке — и, оттолкнувшись и поджав ноги, ухнула в воду. За ней в море сиганул и Серый.

Агата ругнулась. Кто будет затаскивать пса? Не по ступенькам же ему забираться… Да и девочки что-то долго нет.

Пока она стягивала с себя пояс и забиралась на борт — ладно хоть уже привыкла ходить по доскам палубы без обуви — Доми не всплыла. Но стоило прыгнуть в неожиданно теплую воду, как хохочущая девочка показалась на приличном удалении от корабля. Плавала она словно рыба. И где научилась? На реку что ли бегала пока тетка не видела?

— Меня никто из мальчишек никогда догнать не мог! И сейчас не сможет!

Агата, пригнув голову, мощными гребками направилась к Доминике. Вот что у этой девочки в голове⁈

Кто-то крикнул. Клинок остановилась, повернулась — и увидела, как в воду прыгнул Даниэль, взметнув вокруг множество брызг. Вот кому все нипочем, кто не тревожился о будущем и жил сегодняшним днем.

Клинок, порой, ему завидовала.

За странным всеобщим купанием последовал плотный и неожиданно вкусный ужин без единого сухаря и с необычным на вкус напитком. Потом на палубе, где собрались все, даже Серый, которого пришлось отмывать от соленой воды под ругань Андреаса, появился Даниэль с лютней. Агата кожей чувствовала, что полухольд что-то задумал, и не ошиблась. Даниэль ударил по струнам и запел:

— Костяной капитан

Вновь летит по волнам

Костяной капитан

И корабль мертвецов

Костяной капитан

Поднимает свой флаг

И шевелит руками

Команда немертвых гребцов

Костяной капитан

Всюду ставит свой знак

Знак возмездия

Хулителям старых богов…

— Эй, я не церковник, но это перебор, — Ой-Тере спустился с юта, поглаживая против чешуи обвившегося вокруг его груди Раджина, — не стоит дразнить судьбу.

— Ну так это ж песня, — Даниэль положил ладонь на струны, — про костяного капитана в Хольдстреде рассказывают сказки на ночь детишкам, он — легенда. Сказка. Нет никакого костяного корабля, некроманты же на своих плавали, которые под водой двигаются.

Капитан хмыкнул и залпом выпил свою порцию хмельного напитка.

— Некроманты, юноша, на чем только не плавали. А Костяного Капитана и его корабль я сам однажды видел. Вдалеке, около Иширского Треугольника.

Негромкие разговоры затихли. Все обратились в слух.

— Хотите услышать страшную историю? — поинтересовался Ой-Тере, наливая себе еще прозрачного напитка.