— Невероятно… — тихо проговорила Доминика. — А я кто?

— Пока не знаю, — развел руками Валентин, — ты же хотела учиться целительству, разве нет?

— Ну… да. Но это когда мы были там, где некромантия — это плохо, и…

— Мы и сейчас там. То, что Домиан нас терпит, не значит, что стоит демонстрировать свои умения. К тому же ты еще мала, специализация становится понятная только годам к двенадцати, когда видно, что легче дается.

— А ты кто? — продолжала упорствовать девочка.

— Говорящий.

— То есть ты видишь призраков? Видишь Гретту, правда? А может, тут еще есть?

Молодой маг вздохнул и предложил:

— Лучше займемся чем-то полезным. Как звучит заклинание для остановки кровотечения?

— О… Фа маи́т сота́н н исто́рене?

— Да? А ничего, что с «Фа» ты обращается не ко всей крови, а к великой? Короля лечить собралась?

— Ой. Ха маи́т сота́н н исто́рене, так?

— Великая женщина ночи… — прищурившись, проговорила Агата, прикидывая, могут ли значения слов на тайном языке Некроса походить на значения слов языка Древних, — фахашма. Действительно, очень уважительное обращение.

Валентин повел плечами и поспешно предложил:

— Переведешь заклинание? Поляризовать силу ты пока не умеешь, но книгу-то читаешь?

Подозрение мелькнуло и ушло, растворившись в попытках вспомнить нужные корни.

— Э… Вся кровь… собрать заново?..

— Вся кровь — вернись на место, — со вздохом ответил маг, — кровь, разумеется, не понимает языка Древних, а вот тебе нужно понимать, какой образ ты представляешь. И пока ты не умеешь отличать артериальное кровотечение от венозного, то лучше такая формула, иначе сделаешь только хуже. Вам же рассказывали, что такое артерии и где они находится?

— Эм… Ну, в общих чертах.

— Ладно. Доминика, поможешь? Даниэль, давай, раздевайся, покажу на тебе. Сидишь тут в углу и бездельничаешь, а ужин говорить предоставил больной женщине.

— Эта женщина меня сама к плите не пускает, говорит — запасы перевожу!

— Значит — переводишь. Давай-ка иди сюда…

Агата обратилась в слух. Убежавшая мысль ее потом догонит. Рано или поздно.

Но раньше, буквально через несколько дней, их с Валентином и Доминикой догнало одно новое дело.

Когда в один из дождливых дней мрачный Томас вернулся с не менее мрачным Домианом, Агата первым делом прикинула, как оборонять дом от приплывших церковников. Потом задумалась о том, смогут ли они в приемлемые сроки хотя бы землянку возвести… Но все оказалось куда менее масштабно.

— У меня есть одно дело, в котором, боюсь, нужна ваша помощь, — сказал старый священник за ужином.

В этот раз вместе с со странной, но довольно вкусной крупой Даниэль приготовил местную птицу.

— Без проблем, — первым откликнулся Валентин, — все сделаем в лучшем виде.

Агата не была уверенна насчет «лучшего вида». Но прекрасно понимала, что действительно сделает все что нужно так хорошо, как умеет. Домиан сильно рисковал, скрывая их у себя, а ведь они ему, по сути, никто. Мог бы пригласить к себе Томаса с Ванессой, а остальных гнать в шею, да и все.

— Один из моих прихожан переехал в город из Тото, это крошечная рыбацкая деревня на той стороне острова, — принялся излагать суть дела Домиан, — его родители и брат остались там. Они общаются, но редко видятся. И вот сегодня брат, несмотря на непогоду, пришел. Сам. И принес с собой вести о какой-то болезни, которая беспокоит рыбаков. Едят все как всегда, делают все как всегда, но их терзает слабость, словно стали уставать в несколько раз больше. И я в этом, конечно, не эксперт, особенно после… изменения потоков, скажем так. Но…

— На парне были некроэманации, — закончил за наставника Томас, — очень, очень слабые, но были. Организм справился сам, так что не похоже на какое-то генерализованное проклятие. К тому же слабость может быть признаком естественного сопротивления чужой энергии, не так ли?

Валентин кивнул.

— Такое не редкость. Но если все ограничилось слабостью и прошло само, то дозы должны быть маленькими.

Домиан развел руками.

— Увы, я больше ничего не знаю. Парень из Тото оставаться в церкви не пожелал, вернулся к себе. Увы, у меня множество дел, а путь туда неблизкий, да и, откровенно, я не настолько хорошо себя чувствую, чтобы без последствий добраться хотя бы в один конец, особенно при такой мерзкой погоде. Понимаю, что и от вас прошу много, но…

— Это не проблема, — отмахнулся Валентин, — чтобы там не говорили, кхм, радикальные святые отцы, некроманты всегда считали и считают, что наша магия не должна вредить окружающим людям. Детей пяти-семи лет там сколько?

Домиан покачал головой.

— Я первым делом спросил. Есть две восьмилетки и трехлетка, ну и несколько помладше. Деревенька-то там совсем крошечная, так что на нужный возраст никого нет.

— Приемные? — нахмурился молодой маг. — Некоторые берут себе детей родственников, о возрасте которых могут не знать.

Домиан развел руками.

— Чего не знаю, того не знаю. Думаю, вам стоит на месте со всем познакомиться.

— Я с вами! — тут же заявила Доминика.

— Доми, это опасно.

— Почему? Если бы там было чудовище — то о нем бы сказали, верно? Или там меня захотят продать в этот… бордель?

Старый священник от удивления аж закашлялся.

— Милая, откуда ты такое знаешь? — поинтересовался Томас.

— Так наставница Лиана сказала, — задрала нос Доминика, — когда мы еще только в город с нежитью шли, вот. Остановились в гостином доме, а там всякие воины были, вот только они попробовали украсть не меня, а коней, а потом мы там с дядей Владимиром познакомились, и…

— Хватит, — оборвал Валентин. — Там мокро, Доми.

— Я тепло оденусь, обещаю! Я ведь вырасту и тоже буду помогать людям, надо же мне смотреть, как это делать?

— Толковая у тебя ученица, Валентин, — откашлявшись, улыбнулся старый священник, — далеко пойдет.

Маг тяжело вздохнул.

— Ладно. Хорошо. Агата…

— Думаю, я вам пригожусь, — усмехнулась Клинок, — на всякий случай. Успокою желающих сдать Доми куда-нибудь, если такие найдутся.

— Я хотел предложить тебе поехать с нами и осмотреть все своим взглядом, так что да, пригодишься.

— Давайте и я с вами, что ли, — нашелся Даниэль. — Вместе веселее.

— Езжайте, — кивнул Томас, — мы с наставником все равно остаемся, попробую нашему загорскому другу с нервной проводимостью помочь.

— Можете оставить мне арбалет, и все точно будет в порядке, — заверила Ванесса.

На том и порешили.

Смерть ликовала. Несмотря на зарядивший дождь, она нетерпеливо перебирала копытами, пока уже выехавшая на дорогу Агата ждала спутников. Клинок понимала нетерпение кобылы. Несмотря на дождь и на не слишком приятную тяжесть уже начавшего подмокать шерстяного плаща, она сама была рада вырваться из дома. Да, Домиан приютил их, и крыша над головой, особенно целая крыша — просто отлично. Но все же внести разнообразие в спокойные, монотонные дни хотелось. Даже если этим разнообразием будет поездка под дождем на другой конец острова.

Домиан описал, как добраться до Тото, да и, как поняла Агата, на Тоате было не слишком много дорог, особенно хоть сколько-то проезжих. Так что им предстояло просто выехать на одну из них, всего на одной развилке свернуть направо — и двигаться вперед.

Но этот простой и понятный план привел их далеко под сень местного леса, занимавшего центр острова. Странные деревья со странными листьями, глубокая грязь, искать путь в которой приходилось медленно и осторожно, так, чтобы лошади не провалились по брюхо… И, разумеется, нужный поворот они пропустили. Выбрались на какую-то узкую дорожку, где идти можно было только по одному — и добрались до небольшой лесной полянки, в центре которой стояла хижина. Чуть приподнятая над землей на массивных бревнах, с крышей, покрытой какой-то зеленью, она казалась домиком ведьмы из детских сказок. Сходства добавлял разбитый рядом с домиком огород с незнакомыми травами.