— Я же сказал — стоять в кругу, — устало проговорил маг.

— Буду считать это за благодарность, — ответила Агата, чувствуя себя так, словно подралась сразу с десятерыми.

— Благодарность? Тварь могла вытянуть из тебя жизнь, они магов быстро осушают! Как ты вообще это сделала? Лиана научила, что ли?

Агата пожала плечами.

— Ладно, потом разберемся, — Валентин, разом переставший быть могущественным магом, повелевающим тьмой, сгорбился и подрагивавшей рукой потянулся к фляжке на поясе. — Сейчас отдохнем, я поставлю защиту и пойдем обратно. Нет тут больше никакого проклятия. И призраков тоже больше нет.

Клинок кивнула. Холод и запах разложения истаяли, словно их и не было.

Накладывал защиту Валентин небыстро, говорил уже не так уверенно, но с созданием большого и истаявшего, словно впитавшегося в камни, круга тьмы справился. Выпил еще из фляги и проговорил:

— Идем, здесь мы закончили.

Задерживаться в темных подземельях никто не хотел. Агата подумала было, что Гора спросит что-нибудь, попробует узнать, что сделал маг, но темнокожий моряк только кивнул и поднялся на ноги, заметив:

— Духи благоволят вам, и, если вы вместе с капитаном, то и нам. Хорошо, что дрянные лоа больше никого не тронут.

Маг не сдержал усмешки. Агата почти чувствовала его недовольство — Валентин все сделал сам, никакие духи ему не помогали… Но спорить он не стал, лишь передал светящийся шар их провожатому.

— Думаю, пора на воздух.

— Хотите — могу вывести поближе к тавернам, правда, придется идти у грязной реки.

— Давай, — кивнула Агата. — За храмом загорцев могут следить.

— Нам нужно добраться до «Счастливой кости», — негромко откликнулся маг, — сможешь провести туда?

— О, да, это известное место. Хорошо там выигрывать… Или нет. За мной.

В этот раз Агата предпочла идти последней. Чтобы, если что, поддержать явно выложившегося — в который раз — Валентина.

Не понадобилось. Маг периодически сбивался с шага, один раз остановился на пару мгновений у стены, но все же шел сам. Оглянулся на нее в самом начале, задрал подбородок — и шел.

Стоило им выбраться на поверхность, действительно пройдя немного около закованной в камень реки, от которой несло нечистотами, как тревога, рожденная темнотой и близостью каменных стен, сменилась ожиданием атаки. Но вопреки предположениям Валентина, тот, кто наблюдал за ними с утра, так и не показал себя. Никаких призраков — Агата с трудом, но все же сумела сосредоточиться на темноте магии вокруг — ничего подобного.

Они свернули с центральных улиц, по которым Гора вел их с немалой уверенностью, и углубились в район попроще. Тут ночью кипела жизнь — несло спиртным, из трактиров доносились выкрики и музыка, прохаживались пьяные моряки, зазывали к себе женщины известных нравов, однажды они прошли мимо потасовки… Но, все же, их никто не тронул. Агата всю дорогу сжимала в ладони грузик кистеня, готовясь оборонять и себя, и мага, и невольного союзника, но не пришлось. Не то Гору тут узнавали, не то просто в этот раз повезло.

— Нет больше никакого проклятия, — устало заметил Валентин, когда они добрались до уже знакомого заведения со странной крышей, к углам которой теперь были прицеплены круглые бумажные фонарики, источавшие мягкий красноватый свет, — но все же позовите как будете разгружаться, я уточню целостность щитов. Или, если кто-то их нарушит, то я пришлю капитану человека. — Агата едва удержалась от усмешки, понимая, кто будет этим человеком. — Расскажешь Ой-Тере обо всем?

— О, да! Сейчас и пойду, — Гора темноты и ее обитателей явно не боялся. — Он еще наверняка не спит. Духи с вами!

— И с тобой, — миролюбиво заметил маг, направляясь ко входу в игорный дом.

В этот раз молчаливые охранники пустили их без проблем. Валентин лестницу осилил. Добрался до комнаты — Доминики тут не было, как и Серого — и, сняв сапоги, сел на кровать.

— Анна говорила, что нас могут покормить, — негромко проговорил он, стягивая с себя плащ, — сможешь уточнить? А я сейчас пойду, разыщу девочку.

— Без проблем, — Агата, уставшая куда меньше, тоже рассталась с плащом и направилась на поиски кухни.

Та обнаружилась в подвале. Клинок искала по запаху и нашла сначала нескольких моряков, евших без ложек странный суп с тонкой коричневой лапшой, а потом и неприметную дверь в дальнем конце общей залы. За дверью обнаружился крохотный склад с выходом на задний двор, и тут же имелся проход вниз. Агата спустилась по узкой лестнице и нашла кухню, где трудилось несколько поваров из Загорья. И, судя по лицам, все из одной семьи, глава которой, пожилая седовласая женщина, фроантийский знала и заверила, что еда есть на всех гостей «госпожи Ан-ны». Агате вручили плоский хлеб и поднос с тремя глубокими мисками, в которых плескалась похлебка, похожая на ту, которую ели моряки наверху, и шесть странных палочек. Вручили — и выпроводили.

Клинок добралась да комнаты, с трудом ничего не расплескав, и обнаружила, что Валентин, прямо в одежде растянувшийся на кровати, безмятежно спал. Она подумала и, оставив поднос на тумбочке, решила мага не будить и найти Доминику самостоятельно.

Сделать это оказалось не так-то просто: в части комнат на втором этаже было тихо, в других, судя по запахам табака и возгласам, шли приватные встречи и игры. Внизу, в зале, летали кости, шлепались карты, раздавались выкрики… Заведение пользовалось популярностью и несколько десятков игорных столов не простаивали зря, но Доминики нигде не было видно.

Агата заглянула в отдельную комнату, где сидевшие на мягких подушках за низкими столиками наслаждались дымом, пускаемым из странного устройства с колбами. В центре помещения стояли три низких столика с досками из квадратов — такую Агата видела у Ой-Тере — с белыми и черными камнями на них, но они популярностью не пользовались. Камни двигал лишь один игрок, скучающий мужчина с тонкими усами и темными глазами. Скорее фроантиец, но что-то в его лице напоминало Ой-Тере… И смотрел он внимательно, словно знал Агату.

— Андреас? — поинтересовалась Клинок, припоминая имя того целителя, которого можно было, по словам Анны, найти в курительной.

— Он самый. Умеешь играть в го?

— Нет, я…

— Только не говори, что у вас, новичков, уже есть для меня работа.

— Нет. Я хотела узнать, не видели вы девочку лет семи, она…

— Доминика? Она с моей в подвале, у алтаря. Томас вновь решил поиграться в священника, уж не знаю зачем в этот раз. Так умеешь играть в го?

Агата покачала головой.

— Жаль, жаль… Проход через кухню. Если увидишь Ванессу, то передай, что я готов взять реванш.

Клинок поблагодарила и продолжила поиски.

На кухне ей выдали три каких-то маленьких пирожка и после некоторых уговоров — в этот раз разговаривала она с пожилым мужчиной, который по-фроантийски почти не понимал — указали на нужный проход, который вел в довольно широкий коридор с несколькими комнатами. Одну из них, чья дверь была покрыта вязью рун, немного знакомых по объяснениям Валентина Доминике, Агата решила не открывать. Видимо, то самое «экранированное» помещение. За другой дверью обнаружилось что-то похожее на крохотную алхимическую лабораторию, за еще одной — пара кушеток и высокий деревянный стол для операций и вскрытий. Потом Агата заглянула в библиотеку, а потом…

В храм. Крошечный, подземный, но очень похожий на настоящий. С кое-как сбитыми лавками, явно самодельным алтарем, ярко, пусть и не идеально, выписанным ликом богини и символами света. Здесь Томас, уже знакомый пожилой целитель из дома ле Саров, читал «О свете», про дорогу и странствия. По памяти. Ванесса обнаружилась в углу, около одной из икон, а вот Доминика вместе с незнакомой Агате темнокожей девочкой чуть постарше сидели на первом ряду и слушали.

— И сказал Иоким-пророк: «Каждая встреча — ваш шаг к пониманию Ее замысла, движение по пути к тому свету, что есть в душе каждого, свету, который Она готова зажечь даже для последнего грешника. Потому не отворачивайтесь от протягивающих руку, откройте свое сердце и берите от даже мимолетного знакомства столько, сколько сможете». Так что, дети мои, — последнее Томас добавил уже от себя, — в юности полезно путешествовать и узнавать новое. А вот в старости уже к тебе приходят такие вот путешественники. Доброго вечера, Агата.