Агата и не беспокоилась. Разве что совсем чуть-чуть. Но когда на следующий день солнце стало клониться за горизонт, а Валентин только позу во сне сменил, направилась к Андреасу. Тот знал прилично ругательств и ворчал почище Валентина, но все же помог.

Маг, проснувшись добрался лишь до уборной, поел и вновь лег спать, но Андреас сразу предупредил, что пару суток так и будет. Валентин и потом просыпался ненадолго. Агата предпочитала проводить время или тренируясь на заднем дворе, или помогая на кухне, или наблюдая за посетителями с балкона. Доминика сдружилась с Мино, Андреас безуспешно пытался научить Клинка играть в го… Серый носился где-то рядом. Выходить в город Агата не решалась — Настоятельница точно не оставила ее побег без внимания, так что не стоило светиться лишний раз.

Однажды она даже зашла в «церковь»… Посмотрела на лик богини, тихо заметила, что она не выбирала все это — и вышла. Молиться Агата пока не была готова. Только за компанию с Доминикой перед едой, но видя в этом простой, ничего не значащий ритуал. Так и Лиана делала.

Валентин встал на ноги через три дня после их возвращения из тоннелей и тут же почти на сутки заперся в подземной лаборатории с весьма удачно пришедшим «в гости» Томасом… А на следующий день появился Гора и оповестил, что люди Ой-Тере собираются вытащить груз из-под земли и что они «не против, чтобы кто-то, кому благоволят духи, все осмотрел».

В этот раз арбалет, определенно, стоило захватить.

Агата чувствовала, что поход «за грузом» гладко не пройдет. Сначала она думала, что нападут на пути к загорскому храму, но, несмотря на никуда не девшееся ощущение чужого присутствия, пронесло. Потом предположила, что устроят засаду у груза или там появится еще пара призраков, черных и злобных, но в подземном зале никого не оказалось. Валентин долго сидел на одном колене, положив руку на ставшую видимой линию защиты, шептал заклинания… Остальные затаили дыхание, Агата вглядывалась в темноту и магическую, и реальную — но ничего не случилось. Маг, закончив, поднялся и вынес вердикт:

— Щиты никто не тревожил. Опасности нет.

Гора кивнул, и подавая пример пятерым спутникам-иноземцам, двоим загорцам и троим тонийцам, подхватил один из ящиков. Остальные моряки, а их одежда и лица не оставляли сомнений в профессии, кто призвав на помощь духов, кто помолившись на незнакомом Агате языке, сделали то же самое.

Никто не напал и по дороге обратно в храм. Впрочем, в темных узких коридорах едва ли можно было организовать толковую засаду… Агата, шедшая впереди, ее бы наверняка заметила. Когда она, выбравшись из подземелий около статуи странного змея, не обнаружила противников, то уже подумала было, что в этот раз им вновь повезло и «духи» и правда помогают. Направилась к выходу из храма…

И лишь благодаря измененному телу сумела заметить движение у ограды. Движение — и арбалетный болт, летевший прямо в грудь. Агата отшатнулась. Болт под треск дерева вошел в постамент со змеем.

— Засада! — рявкнула она. — Назад, вниз!

Гора ругнулся и гаркнул что-то на своем языке. Появившийся из хода тониец с ящиком развернулся, возвращаясь под землю… Но через несколько мгновений выскочил из прохода, будто ужаленный. За ним выбежал следующий моряк, что-то крича.

Гора опустил ящик и достал из-за пояса длинный нож.

— Маг говорит, что духи идут снизу. Остаемся тут!

Агата, успевшая выглянуть — и почему у загорцев в храмах нет дверей⁈ — и оценившая количество лысых вокруг, ругнулась. Твари! Наверняка еще и поджечь попробуют…

Пока Клинок подхватывала до того болтавшийся на ремне арбалет, пока доставала из колчана болт, моряки выбрались из подземного хода. Шедший последним Валентин, ругаясь, принялся возвращать на место кусок пола, скрывавший проход. Гора помог — и деревяшка с громким щелчком встала на место.

— Надо уходить! — рыкнул маг, быстро вырезая что-то на дереве. — Я смогу их сдержать, но не вечность. Некромант где-то близко, сильный, мою защиту рано или поздно сломают…

— Надо, — Агата резко высунулась и послала болт в стрелка, едва не прошившего ее насквозь. Зря он показался из-за ограды, зря… Судя по возгласу — попала. — Подожгут же.

— Духи защитят! — бросил Гора. И признал: — я могу сражаться, — он потряс тесаком, — но мои парни — матросы, а не бойцы.

— Духи, может и защитят, да и дерево вроде же пропитанное, но вот призраки нас прикончат, если не отогнать контроллера, — с раздражением ответил Валентин, — так что отсидеться не выйдет.

— И товар нужен, — проговорил один из загорцев, — без него — куда?

Гора ругнулся.

— Надо было выходить в центре! Может, и не арестовали бы.

— Теперь плевать! — Агата вновь высунулась, оценивая ситуацию.

Противники приблизились. Факелов она не видела, а вот клинков, кистеней и топориков, чьи лезвия виднелись в лунном свете, у нападавших имелось вдосталь. Как и арбалетных болтов– сразу несколько полетели в ее сторону. Клинок отшатнулась. Один прошел мимо, еще один врезался в постамент, а третий попал прямо в стоявшую на нем змею, расколов ее едва ли не напополам.

Моряки из загорцев выкрикнули что-то резкое. Один выхватил из-за пояса тесак, второй — короткий плотницкий топор, и оба рванулись к выходу из храма.

— Прикрой мага! — рыкнула Агата Горе.

Вновь высунулась — и послала болт в одного из арбалетчиков, чью позицию засекла в прошлый раз. Вернулась к стене и схватила пробегавшего загорца за руку. Тот не устоял, пошатнулся — и болт пролетел мимо его головы. Второго Агата перехватить не успела, он пробежала несколько шагов — и получил болт в плечо. Завопил что-то и продолжил бежать. Клинок ругнулась и сунула в руку пойманному арбалет.

— Стреляй! — бросила она, стаскивая с себя колчан.

— Я…

— Стреляй! — рявкнула она и, перехватив кистень и вынув из ножен фальшион, бросилась наружу, погружаясь в глубокую, густую темноту. Темноту ночи Форсиона и темноту в душе. Боевая медитация пришла на помощь, изменяя мир вокруг и обостряя чувства.

Агата успела заметить, как пара подкравшихся ближе лысых бойцов бросились на загорца. Успела услышать вопль Горы, ощутить движение за спиной… А потом ее кистень врезался в голову ближайшего врага, с хрустом проламывая кости. Бандиты, а лысые головы не оставляли сомнений в том, кто их враги, атаки моряков не ждали. Ближайшие отвлеклись на загорца, еще несколько завопили невпопад.

Бандитов оказалось много. Лишенные волос макушки мелькали вокруг храма, в проулке слева, из которого тянуло тьмой, на крышах, с которых летели новые болты… Ближайшие к Агате быстро оправились от смерти своего товарища, и ей стало не до разглядываний.

Атаковали резко и быстро, и она едва успела уклониться от летящей с ближайшей крыши смерти. Шагнула в сторону, ударила кистенем по ребрам одного лысого, поймала на фальшион тесак второго и тут же, кистью, провернула широкий клинок, врубаясь в руку противника. Обычному человеку такое не под силу, но она и не была обычным человеком. Бандит завопил — и второй удар фальшиона рассек ему горло. Вовремя — пришлось вновь уклоняться от болта с крыши.

Кто-то завопил от боли… свой, чужой? Дохнуло опасностью — и Агата резким движением ушла от атаки того, кто получил кистенем в ребра. Добавила грузом в голову — и едва-едва успела отбить летевшую в грудь выстрел от укрывшегося за оградой врага.

Отбила — и ушла в сторону, прячась от болта с крыши за новым рванувшем к ней бойцом. Тот, обрадовавшись ее опущенным рукам, ускорился — и споткнулся в тот момент, когда болт пробил его навылет. Агата закончила чужую жизнь ударом фальшиона. Вновь отшагнула в сторону — и кистенем достала до умника, вознамерившегося ударить в спину сражавшемуся сразу с двумя Горе. Достала вскользь — и бандит резко развернулся, наскакивая на нее одновременно с еще двумя. Агата отшатнулась, уходя от целившегося в голову груза кистеня и выпада длинного ножа…