— Как мы… — начал было я. Из дверного проёма донёсся лай. Я обернулся и увидел, как в комнату вбегает Джарвис, яростно виляя хвостом. Он резко затормозил между мной и зеркалом, радостно пыхтя и совершенно не подозревая, что мы собираемся совершить нечто феноменально глупое.— Джарвис? Что ты здесь делаешь? Ты что, последовал за нами через портал?

— Конечно, последовал, идиот, — пробормотал Джарвис. — Тебе нужен эксперт по другим мирам. Я провел в них десять лет.

В подтверждение своих слов он посмотрел в зеркало и зарычал, шерсть у него на загривке встала дыбом.

— Все в порядке, мальчик, — сказал я, наклоняясь, чтобы погладить его по голове. — Мы просто пройдем через этот жуткий магический портал, чтобы поговорить с этой жуткой леди-фейри. Ты останешься здесь с Джонатаном, хорошо? Здесь не место собакам.

Джарвис заскулил, прижимаясь к моей ноге.

— Райдер, я не могу снова тебя потерять.

— Я серьезно, — сказал я. — Оставайся здесь. Мы скоро вернемся. Наверное.

Джонатан откашлялся.

— Должен заметить, что Врата притягивают к себе все подряд. Намерение, близость, связь. Джарвис связан с тобой…

— С тобой он будет в порядке, — сказал я. — Джарвис, сядь. Оставайся на месте.

Джарвис сел. Но вид у него был недовольный. Я вздохнул, еще раз посмотрел на Девятого и протянул руку, чтобы коснуться поверхности зеркала. Стекло было холодным и влажным, как вода, только более плотным. Мои пальцы прошли сквозь него, и я почувствовал притяжение, сначала слабое, потом настойчивое, влекущее меня вперед.

— Ну что ж, — пробормотал я. — Идем в Лабиринт. Надеюсь, обойдется без трико Короля гоблинов в стиле Дэвида Боуи и несовершеннолетних.

— Что? — спросила Девятка.

— Неважно. Пошли…

Я шагнул в зеркало. Мир накренился во все стороны разом. На мгновение я полностью потерял ориентацию в пространстве, меня одновременно растягивало и сжимало, я двигался сквозь цвета, у которых не было названий, а потом…

Мои ноги ступили на булыжную мостовую. Я споткнулся, удержалась на ногах и огляделся.

Мы стояли на той самой улице, которую я видела в зеркале. По обе стороны возвышались здания, склоняясь друг к другу, как пьяные, которые делятся секретами. Небо над головой было того же невероятного цвета, пурпурный перетекал в зеленый, а тот, во что-то еще, а в воздухе пахло солью, медью и чем-то диким.

— Что ж, — сказал я, пытаясь говорить непринужденно, но в моем голосе слышалась едва сдерживаемая паника. — Это было неприятно.

— Райдер, — тихо позвала Девятка.

— Да?

— Кто это?

Я повернулся, проследив за ее взглядом, и у меня внутри все оборвалось. Рядом со мной стоял Джарвис. Только он больше не был собакой. Он был человеком. Или почти человеком. Лет двадцати с небольшим, с растрепанными каштановыми волосами, которые падали ему на глаза, глаза все еще были того же теплого карего цвета, что и всегда. Он был худощавым и долговязым, с длинными конечностями и неуклюжими пропорциями. На нем была простая одежда, которая, казалось, изменилась вместе с ним, простая рубашка и брюки, которые сидели не совсем правильно.

Он посмотрел на себя, затем на меня, и на его лице отразился неподдельный ужас.

— Райдер, — сказал он, и голос у него был человеческий, молодой, слегка хрипловатый, с акцентом, который смутно напоминал родной. — Что, черт возьми, со мной только что произошло?

Я открыл рот. Но не смог произнести ни слова. Позади нас я услышал, как зеркало дрогнуло и исчезло, закрывшись со звуком, похожим на звон бьющегося стекла.

Мы застряли в Волшебной стране.

Я только что случайно превратил своего лучшего друга в человека.

Джарвис опустил взгляд на свои руки, в полном ужасе уставившись на них.

— Я ничего не чувствую. Райдер, я не чувствую запаха. Как вы, люди, можете так жить? Откуда вы знаете, где что находится? Он потянулся назад и принялся лихорадочно похлопывать себя по спине. — Где мой хвост? Что случилось с моим хвостом?

— У тебя нет хвоста, — сказал я, стараясь сохранять спокойствие. — У людей нет хвостов.

— Это ужасно, — сказал Джарвис. Его голос слегка дрогнул. — Это худшее, что когда-либо случалось со мной. Я хочу вернуть свой хвост. И свой нос. И свою шерсть. Райдер, исправь это. Пожалуйста, исправь это.

Я посмотрела на Девятку. Она смотрела на Джарвиса с выражением, которое я не мог понять.

— Я не знаю, как это исправить, — признался я.

Джарвис издал тихий обиженный звук, в точности похожий на хныканье, которое он издавал, когда просил угощения.

Это было прекрасно. Все было прекрасно.

Мы застряли в Волшебной стране, моя собака превратилась в человека, и нам по-прежнему нужно было найти Капера, чтобы получить информацию о магических игральных картах, которые разрушали Колоду, пока всех, кого мы знали, не убили и/или не превратили в фанатиков. Но всё было в порядке. Я оглядел невозможную улицу, покосившиеся здания, небо, на которое было больно смотреть. Где-то в этом безумном мире была Капер. Моя жуткая тётя-фейри. Которая могла бы нам помочь. Или могла бы заточить нас в темницу. Или могла бы сделать что-то похуже, о чём я даже не догадывался.

— Ладно, — сказал я, стараясь говорить увереннее, чем чувствовала себя на самом деле. — Давай найдём пирата, хорошо?

Девятка бросила на меня взгляд, в котором ясно читалось: «Это всё из-за тебя». Что, честно говоря, было правдой.

Когда произносят слово «Фейри», у людей возникают романтические представления о том, что это за мир. Фильмы вроде «Бригадуна» или «Лабиринта». Истории вроде «Рип ван Винкль», где герой засыпает и просыпается через сто лет. В «Мабиногионе» и кельтской мифологии говорится о «благородном народе» из курганов. Под словом «благородный» вы, наверное, думаете, что я имею в виду честный и добрый, но на самом деле это значит, что они просто бледные.

Даже такие названия, как Тир на Ног, Авалон, Летние острова и другие подобные, навевают мысли о солнечных днях и красивых, пышных зеленых пейзажах, но на самом деле фейри, это существа, которые прячутся в вашем шкафу или живут под кроватью. Феи, это не Динь-Динь, феи, злобные твари с острыми зубами. «Легенды о красных шапках», книга, которую я читал совсем недавно, и, честно говоря, она до смерти меня напугала, а ведь я уже взрослый мужчина.

Ах, да они просто озорничают, говорили люди, и обычно это были те, кому никогда не доводилось сталкиваться с фейри, встречаться с ними или вести с ними переговоры.

В течение недели после событий в Брайант-парке я расспрашивал Бриджит и Дэвида о фейри, в основном чтобы узнать о них побольше, и мне рассказали о фиктах, фейри, которые верили в сказки.

Согласно легенде, фикт появлялся у костра, когда путники, чаще всего из Уэльса или Ирландии, путешествовали по темным векам, и делился с ними огнем. В какой-то момент он просил путника рассказать историю своей жизни. Путник либо отказывался, либо, чтобы скоротать время, рассказывал о своей жизни. Он говорил, откуда он родом, чем занимается, какие у него планы, а фикт подначивал его рассказать еще что-нибудь.

В конце концов рассказчику это надоедало, и он замолкал, после чего фикт очень вежливо спрашивал, не хочет ли он рассказать еще что-нибудь. Рассказчик часто отвечал отказом: он дошёл до конца истории.

Фикти просил подтверждения, что на этом история заканчивается.

Рассказчик в замешательстве соглашался…

А потом он просто исчезал.

В одних историях он умирал, в других, его забирали в потусторонний мир. Понимаете, фикти, это фейри, которые играют со сказками. Это их подпитывает. Это даёт им энергию, и если вы говорите фикти, что ваша история окончена, это значит, что они с радостью заберут вас с собой. Возможно, я неправильно понял саму историю, но она всё равно напугала меня до чёртиков, особенно учитывая мой небольшой опыт общения с фейри, который показал, что нужно всегда быть начеку.