Я лежал и думал, как всё провернуть. В голове крутились мысли – много совершенно разных мыслей. Как подобраться к этому типу? Что он вообще за человек? Есть ли у него слабости? Есть ли что‑то, что можно использовать против него?

То, что я задумал, было далеко от стандартных методов решения, но иначе здесь было и не подступиться. К тому же затея предстояла непростая. Однако если всё сделать грамотно, можно было решить сразу несколько проблем одним ударом. Только вот без посторонней помощи мне не обойтись…

Для начала требовалось собрать информацию. Выяснить, кто он, что собой представляет, как ведёт дела, а дальше ответы на все вопросы начнут появляться сами собой по мере изучения этого индивида.

Мне снова нужен был мой персональный хакер. Нет, конечно, я и сам мог бы этим заняться, но имелся вариант, позволяющий сделать всё куда быстрее и точнее. Я всегда считал, что каждый должен заниматься своим делом. Я встал с кровати и пошёл в комнату девочек.

– Аня, – позвал я, приоткрыв дверь и заглянув внутрь. – Мне нужна твоя помощь.

Она обернулась и посмотрела на меня с любопытством. Думаю, она была только рада снова почувствовать себя важной фигурой.

– Какая? – спросила она с горящими глазами.

– Пойдём, расскажу, – позвал я её за собой.

Когда мы зашли в мою комнату, я усадил Аню за компьютер, а сам присел на кровать.

– Найди мне информацию о преподавателе кафедры струнных инструментов из консерватории, – сказал я. – Мне нужно знать, кто он, что он, как его зовут и вообще всё‑всё‑всё. Вплоть до того, что он ест на завтрак, если такие данные найдутся.

Сестра удивилась, но не стала расспрашивать зачем. Просто молча кивнула и принялась за поиски, чем немало меня поразила. Неужели ей совсем не было любопытно, для чего он мне сдался? Я сел рядом и стал наблюдать за экраном.

Через несколько минут она наткнулась на первую зацепку – фотографию. На ней был запечатлён мужчина лет пятидесяти: в очках, с ухоженной бородой и в строгом костюме. Он стоял на сцене с дирижёрской палочкой в руках, а подпись внизу гласила:

«Маэстро Андрей Валентинович Синявский. Известный скрипач, дирижёр, профессор консерватории. Заслуженный артист России. Примерный семьянин. Отец троих детей».

Ну чисто святой, только нимба над головой не хватает! Я смотрел на снимок и кожей чувствовал фальшь. Уж слишком идеальная репутация, просто безупречная до тошноты. Уважаемый человек: его знали, почитали и, судя по всему, любили. И вот под этой благочестивой маской скрывался ублюдок, пользовавшийся своим положением ради совращения студенток. Классический сюжет. Честно? Я бы удивился, окажись всё иначе. Пухов со стороны тоже казался успешным музыкальным продюсером, а на поверку был отборной гнидой. Так и живём.

– Так вот, значит, ты какой… Андрей Валентинович… – негромко произнёс я.

Аня взглянула на меня, решив, что настал подходящий момент для расспросов:

– Кто это вообще такой?

– Познакомился на Покровке с одной девчонкой, мы сегодня даже вместе играли. Это её преподаватель… бывший, – пояснил я. – Он вымогал у неё постель в обмен на место в оркестре, а когда она отказала, попросту вышвырнул её с курса.

У Ани округлились глаза:

– Серьёзно? Вот же урод!

– Пока не знаю наверняка, – осадил я её. – Но похоже на правду, и я хочу это проверить.

– И как ты собираешься это проверять? Уже придумал?

Я усмехнулся:

– Есть одна задумка. Но мне понадобится твоё участие.

– Моё? – неподдельно изумилась она.

– Твоё. Скажи‑ка мне, как ты относишься к преподавателям‑мудакам?

Она презрительно фыркнула:

– Терпеть не могу! Особенно после того, что ты только что рассказал.

Да уж, я бы сильно удивился, ответь сестрёнка иначе. Хе‑хе.

– Отлично, – кивнул я. – Стало быть, ты не против поучаствовать в одной… скажем так, маленькой шалости?

Она уставилась на меня с неподдельным интересом, и в её глазах снова заплясали знакомые азартные искры.

– А что конкретно нужно делать?

Я наклонился к ней и шёпотом изложил свой план. По мере того как я говорил, глаза Ани распахивались всё шире и шире. Под конец она смотрела на меня так, будто я предложил ей как минимум взять штурмом центральный банк.

– Ты серьёзно? – выдохнула она. – Мы реально это провернём?

– Абсолютно, – подтвердил я. – Завтра сразу после уроков. Но опять же: только если ты сама согласна. Если нет – никакой операции, отбой.

– Это, конечно, невероятно дерзко… – протянула она. – Но мне безумно интересно! Я в деле!

– Знал, что на тебя можно положиться, – я одобрительно хлопнул её по плечу.

На следующий день, как и планировали, сразу после школы мы с Аней дежурили у входа в консерваторию. Здание было старым, с массивными колоннами и огромными окнами. Хоть я и не питал особой любви к подобной помпезной архитектуре, выглядело оно вполне прилично. Сойдёт.

Я стоял под сенью раскидистого вяза, ствол которого пестрел вырезанными надписями вроде «Здесь был Витёк» и «Ленка + Серёжа = ♥». Какой только ерундой не забивают себе головы романтичные студенты.

Аня переминалась с ноги на ногу рядом, сгорая от нетерпения. Я прямо чувствовал, как она взвинчена. Девчонка то и дело одёргивала косички, проверяла узел на рубашке и торопливо слизывала пломбир, который таял на жаре куда быстрее, чем она успевала его есть. Реквизит мы подобрали не самый практичный, признаю. Зато для задуманной сцены он подходил безупречно.

– Долго ещё? – не выдержала она, вопросительно глядя на меня.

А я почём знаю? Я демонстративно глянул на дисплей телефона, словно там мог высветиться ответ.

– Скоро, – отозвался я, не сводя глаз с массивных дверей. – Должен выйти с минуты на минуту. Ты же сама вчера нашла его расписание. Ждём.

Аня кивнула и снова принялась за подтаявшее мороженое. Я скользнул по ней взглядом и невольно хмыкнул. Сегодня она выглядела совершенно непривычно. Вместо привычных драных джинсов и безразмерного свитера на ней красовалась ультракороткая клетчатая юбка. Белая блузка, завязанная небрежным узлом под грудью, дерзко обнажала полоску загорелого живота. Волосы были уложены в две нарочито аккуратные косички, а на ногах красовались белоснежные гольфы и туфли на крошечном каблучке.

Я благоразумно не стал допытываться, где она откопала этот гардероб. Дома я подобных вещей точно не видел – скорее всего, одолжила у какой‑нибудь подруги. Мать бы её за такой вид на порог не пустила. Но для нашей постановки это был безупречный образ.

– Ты точно готова? – переспросил я, повернувшись к ней всем корпусом. – Если Вика не врала, этот тип – редкостная дрянь.

Она выразительно закатила глаза:

– Коль, ну я же не маленькая, всё прекрасно понимаю. Свою партию отыграю как по нотам. Тем более ты же рядом будешь, подстрахуешь, если что? – с уверенной улыбкой ответила Аня, прямо взглянув мне в лицо.

Всё это так, но мне жизненно важно было убедиться в её твёрдости. Заметь я хоть каплю сомнений, ни за что не стал бы настаивать. Но держалась она молодцом.

И тут из‑за угла парадного входа показался «он».

Я узнал его сразу же. Это был тот самый случай, когда человек максимально похож на свою фотографию из интернета. Видимо, он уделял этому стилю особое внимание. Маэстро Андрей Валентинович Синявский… И ведь придумал же! МАЭСТРО! Ну и пафосно же звучит. Даже подташнивало от такого.

Но выглядел он прилично. Для своего возраста даже отлично. Преподаватель был высок, подтянут, с идеальной осанкой. Было видно, что он привык к тому, что на него всегда смотрят. Да, по лицу было понятно, что ему около пятидесяти лет, но в остальном всё нормально. Тёмные волосы с проседью на висках, аккуратно зачёсанные назад. Ухоженная борода, которая придавала ему вид интеллигента. Хотя, наверное, он таковым себя и считал. Очки в тонкой золотой оправе чётко вписывались в его образ. Так же, как и костюм, явно сшитый на заказ. Тёмно‑синий и уж слишком идеально сидящий на его сухой фигуре. Белоснежная рубашка с запонками, кожаные туфли, начищенные до блеска и тоже явно не из дешёвых. Хм, неужели преподавателям так много платят? Иначе я не мог понять, откуда у него всё это.