— Став! — я вознамерилась запеть утреннюю песню о детях и выходных.
— У всех выходной, все куда-то выходят, — оперативно опередил мои вопли тот. — Я вот неожиданно в пригород вышел, а ты, мастер Холин, иди на… — он оглянулся, — на рабо…
Опять шарахнуло.
— Глядь! Головой в подпол, задом в шахту! Это не ловцы, это сборище косых троллей!
На этом комиссар Восточного оключился, но на счет троллей, сборищ, глядей и актуальности лопаты под дождем ливера был прав. На последней ступеньке меня нагнал-таки приказ о назначении.
М. Л. Холин, то бишь я, теперь была не просто «стар. м.-некр Восточного отделения УМН Нодлута», а непосредственно «и. о. комиссара». И мне на своей шкуре придется узнать, зачем начальникам секретарки и как плохо, когда их нет.
Вот первое, что сделаю — найму секретаря. Рыжего! Или Кастиса. Он не бесит. Зато будет бесить Хо…
По нервам дернуло, будто по струнам кувалдой ударили. Эхо лютой злости выморозило изнутри и в хрусткой звенящей тишине шепотом:
— Н-не-ес-с… с-сме-ей…
Едва удержалась, чтобы не рвануть обратно в Управление прямо в кабинет на втором этаже.
От гуляющего внутри затихающего звука дыбились волосы на руках, хотелось выпустить когти и желательно в чей-нибудь загривок. Темная натура требовала бежать, хватать, прятать свое безголовое и навешать оплеух покусившимся.
И точно рванула бы, если бы не недавно вошедший Арен-Тан. Мало кто, кроме него, был достаточно компетентен, чтобы без урона для себя дергать за живое темного вне категории. Этого конкретного темного.
Кажется совместное утреннее приключение окончательно пробило пузырь тишины, который я так старательно берегла, но Холин, что удивительно, не стал обозначать присутствие. Может и правда, начинает понимать. Или пуговка была убедительнее слов. Помнится, удар лопатой на него тоже весьма благотворно повлиял.
Я втянула проклюнувшиеся когти, тихонько, чтоб не заметил, потянулась в бархатную тьму с синими искрами, замерла в полувдохе от касания, но там уже было все тихо-мирно, увешано щитами и вкривь и вкось умотано мерцающей нитью. Из разноцветного, в основном черно-синего, клубка кое-где торчали острые, как иголки у Лаймовых ежей, хвостики, а один был пристегнут девчачьей заколкой с розовой однорожьей головой.
«Дети!» — вспомнила я и принялась вытаскивать опрометчиво сунутый обратно в бездонный карман мантии магфон, чтобы набрать Альвине.
Вот напасть, когда Став звонил, гаджет чуть не сам в руку прыгнул, а теперь будто сопротивлялся вытаскиванию. В процессе я успела подумать о многом. Например о том, что моей тотемной птицей должна была стать не сова, а кукушка. Подкинула чадушек с утра на пару часиков, а вспомнила только к обеду.
— Как приятно слышать тебя, искорка, — с готовностью отозвался волнующе прекрасный голос «прекрасной матери». — Прогулка удалась? Комиссия впечатлена? Тебя можно поздравить?
— Все разы «да». Только третий сомнительный.
— Тебя не взяли на семинар?
— На семинар не взяли, зато взяли в заместители, собственно, это одна из причин, по которой я хочу попросить тебя побыть нянькой еще немного, но при условии, что у тебя нет никаких…
— Никаких. Абсолютно. Совершенно. Исключительно. Исключительно для тебя, — льстиво пел паразит, я насторожилась.
Фоновый шум в магфоне мало отличался от слышанного мною во время недавнего разговора с комиссаром арГорни, но Альвине успел пояснить прежде, чем я задала вопрос:
— Мы на выставке «Юный некроконструктор». Рикорд сюда очень хотел. Кота тоже пришлось взять. Он настаивал. Но если честно, я просто поленился в третий раз проверять закрытый всеми мыслимыми способами багажник, куда он непонятно каким образом просачивался.
Всхрюкнула, представив эльфа в антураже павильона с некроподелками, подростками, их сопровождающими и организаторами, прибалдевшими от светлого присутствия.
С Эфареля сталось бы не полениться и смотаться домой за какой-нибудь выпендрежной шмоткой для создания впечатления нужной степени убойности. Этот конкретный эльф любил, умел и практиковал подобные штуки, подтрунивая над темными в свое удовольствие. А если там еще и кот…
— Здесь очень познавательно, — продолжал Альвине, в голос вплелось бархатистое урчание и мне представился лежащий воротником Копать, подбирающийся к эльфийским ушам с гнусными намерениями. — Затем мы планировали пойти в кафе и на концерт и очень надеялись, что где-то в процессе ты к нам присоединишься, но раз такое дело… Хочешь совет? Если назначение постоянное — найми секретаря. Рыжего. Ведьмака. Или эльфа. Посексапильнее.
— Зачем?
— Кое-кто взбесится, — мечтательно протянул Эфарель, послушал, как я ошеломленно молчу, потому что он почти в точности разгадал мой коварный план, и рассмеялся. Затем сказал не беспокоится и что ему совершенно не в тягость и очень даже приятно возиться с Дарой и Рикордом, но если бы с ними была я, ему было бы еще приятнее.
Я попеняла Альвине на легкомысленное настроение, поблагодарила, полюбовалась на магснимок дитятей тьмы, тискающих какого-то волосатого монстра с глазами в нефункциональных местах и, овеянная теплом и светом, окинула ищущим взором стоянку.
Моего магмобиля, ясное дело, здесь не было, но вдруг знакомый кто встретится. Если нет, тогда вызову…
На такое я даже в страшном сне не рассчитывала.
— Мадам Холин, как хорошо, что я вас застал…
— А мне вдруг стало нехорошо, магистр Есмал. И на работу нужно. А вам от меня какого демона?
— Ваша разработка слишком… неоднозначна. Особенно в свете предстоящей встречи глав Нодлута и Штиверии по вопросу нивелирования границ между нашими королевствами. Семинар входит в ряд приуроченных к сему событию мероприятий. Комитет по этике, чьим представителем я в данный момент являюсь, хотел бы изучить предложенный вами проект подробнее, не могли бы вы передать материалы для более тщательного изучения?
Я прищурилась, приценилась к ключу-активатору на новеньком брелоке с логотипом «феррато», который Есмал вертел в руке, и кивнула, соглашаясь, коварно добавив, что самая важная часть проекта осталась в Восточном. С крокодила хоть халявный проезд.
Водил он не в пример лучше меня, но магмобиль густого темно-зеленого цвета, совершенно скучный и невыразительный, отвратно дергался, встраиваясь в нижний воздушный, на перекрестках и перед пешеходной зоной, когда опустились.
Недопереваренные карамельки в пустом желудке взбунтовались, так что к моменту прибытия в Восточное я была в одной цветовой гамме с магмобилем Есмала и с настроением, соответствующим ситуации — хотелось рвать и метать. Лучше бы я пешком пошла. Ибо в дороге представитель комитета по этике пытался беседовать.
— Зря вы так ко мне относитесь, Митика. Мы ведь с вами почти сработались в Корре.
— Почти не считается.
— Это был вопрос времени.
— Это был вопрос о запасах терпения.
— Я вам не враг.
— Вот это как раз и пугает. Из добрых побуждений чего только не натворишь. Но главная проблема в том, что понятие блага может сильно различаться у добро творящего и добро получающего. Так что мы сейчас выйдем, вы получите, что просили, и буду счастлива не видеть вас еще несколько лет, а лучше — больше.
Компенсацией за поездку мне была физиономия крокодила. Есмал основательно очумел, когда самым важным элементом проекта оказалась просроченная штрафная квитанция, которую я выудила из бардачка своего раритета. Тщательно разгладив, я разложила ее на крыше магмобиля, воспроизвела схему «горячего мороженого» и нахально подписала: «Магобомба».
Для комплекта не хватало только прибалдевшего от просроченного зелья Холина, лезущего пальцами… везде.
Почти-супруга почти заменил явившийся во двор Восточного Дантер Лодвейн. Один. Но в таком виде, будто его тушкой ящерятню протирали. Замызганный мобиль с кузовком вместо второго ряда сидений был не чище.
Аромат болота и требухи бежал впереди девятым валом и оказался вполне действенным пугалом для крокодилов. Завладевший чертежом Каен ретировался в свой зеленый катафалк.
