Вот только ни один маг не может выжить с пробитой насквозь головой. А с разбитым сердцем — может.

Конец одного — начало другого. Вечный цикл. Барьер замкнулся. Я не успела додумать про десять. Ничего. Девять — очень хорошее число. Три раза по три.

Я — фокус. Я вижу их всех и слышу, и они сейчас слышат меня. Я веду.

…Фаза один, запуск. Первый контур. Стабильно. Ровнее. Замыкаем.

Фаза два… Шаг в два такта. По схеме. Опаздываете… Вижу. Ровнее. Есть. Замыкаем.

Пауза.

Ладис, ты вибрируешь, не сбивайся. Отлично. Став, Живко, приготовиться. Переход…

*Иди-и-и…*

Мои руки окончательно немеют. Слишком плотно они опутаны золотыми, черными и жемчужно-серыми нитями. Я слышу, как они поют. Как натягиваются, дрожа.

Приготовиться к откату. Сейчас ударит…

Вспышка.

Кто-то во втором круге вывалился из связки.

Став, угол просел, тяни. Перехватила. Держу. Фокус на меня… Фокус! на! меня! Сброс по цепи, равномерно, в полтакта… Внимание. Фаза три.

Есть разделение. Рассекаю. Закрывается…

Колючее… Теплое… Мое… Прости…

Да, Став, орать не обязательно. Я знала, для чего шла…

*…сюу-у-уда-а-а*

Отдаю… для жизни…

Рука разжалась сама, и Дары, с запутавшимся в них темным волоском — тонкой лучистой нитью — упали вверх.

Сверкнула, мягко переливаясь янтарно-опаловая бусина в ключе из теплой кости, который когда-то был совой. Укоризненно блеснули серебряные крылья. Налился гневной зеленью черный изумруд с одной риской.

Было немного жаль старый дом в Иль-Леве, к которому никто не придет гладить шершавые перила и делиться воспоминаниями.

Там, за порогом…

Информаторий.

Поиск в режиме реального времени.

Запрос: список сотрудников Управления магического надзора королевства Нодлут.

Запрос: настоящее время.

Запрос: вне категории.

Запрос: сортировка по алфавиту.

Запрос: руна «ха».

Результат поиска:

Холин, Марек Свер. Тёмный, вне категории, каскад, условно не-мертвый.

Холин, Митика Лукреция. Универсал, вне категории, каскад, условно не-мертвая.

Для более полной информации введите ИД-номер или номер служебного удостоверения.

— УМН потому рядом с резиденцией конгрегации, чтоб разошедшихся тёмных в ежовых рукавицах держать, если что?

— Балда, УМН раньше был частью конгрегации. Но и то, что ты сказал — тоже.

Двое служащих у лифта, судя по нашивкам — операторы-наблюдатели, не слышали, как он подошел, иначе замолчали бы. Никто не желает говорить с инквизитором, пока инквизитор не задает вопросов. И когда задает никто не хочет, но приходится.

— Что это было? Коллапс источника?

Молодой, смазливый, но нескладный, сутулится и форма криво сидит, будто горб на спине. Ириец. Еще не привык втягивать крылья. В Нодлуте не принято разгуливать с голым торсом. Темный ирлинг? А вот это любопытно. И любопытный. Похоже, видел, как замглавы по оперативной работе пошел вразнос. Хол до сих пор ремонтируют.

— Он внекатегорийный каскад, какой тебе коллапс? — возразил тот, что старше. — Это переход на новый уровень. Читать больше надо. Полезно бывает.

Тоже любопытно. Слишком образованный для обычного оператора. Или просто осторожный? Больше знаешь — дольше живешь.

— Но он и так ноль, куда дальше? Ноль с минусом? Раз тёмный.

— Это закрытая информация, — все-таки решил вмешаться инквизитор, чтобы такие интересные служащие не наговорили лишнего. А полюбопытствовать и попозже можно.

Пришел лифт. Оба оператора, не сговариваясь, уступили ему право ехать первым. Арен-Тан вежливо кивнул и вошел.

— А потом что это такое было? — не удержался молодой. — Разве светлые гранью ходят?

— Светлый светлому рознь, а некоторым эльфам вообще…

Хотелось развернуться и выйти, но дверца уже закрылась, и подъемник поехал вверх. Надо будет этого умника потрясти. Во всех смыслах. Мало того, что умник, так еще и лишнего умудрился увидеть. И его пернатый приятель тоже. Иначе не спрашивал бы с таким азартом. Иногда количество информации выходит за рамки качества.

Однако, ноль с минусом… Что-то знакомое. Чтобы вспомнить было легче, Арен-Тан вызвал в памяти сцену усмирения строптивого.

Привратные знаки, лентами прижимающие тело Холина к полу, вытягивались, пытаясь охватить суть вырывающуюся из оков.

Привратный знак этого темного — произведение искусства, способный не только не пустить суть обратно в погибшее и не способное функционировать физическое тело, но и удержать от окончательного перехода за грань. Холин сам об этом просил, когда его размазало между двумя реальностями, и он застрял одной ногой за порогом. И очень удачно, что модификат заклятия страшной древней казни получилось использовать подобным образом. Слава Арину. И ему, Арен-Тану за лишнюю петельку. Не слава, но… толика уважения.

Инквизитор не думал, что придется за эту петельку дергать, однако, предусмотрительность — сестра безопасности. Вот и пригодилось. А иначе, как сдержать распахивающуюся бездну?

Ничего, Холин — любимчик Тьмы, выдержит, не зря «бессмертным» за глаза зовут. Поздновато, конечно, у него скачок случился, но каскад на то и каскад, что сложно предсказать, когда и как рванет.

Истончившиеся золотые и черные нити, связывающие темную суть и тело, лопались, надрывно звеня, создавая странную диссонансно звучащую, но невыразимо манящую мелодию. Однако, взамен оборвашимся, возникали новые, а те, что оборвались, опадали, охватывая запястья, руки и частично лодыжки приподнявшегося над полом тела. Арен-Тан хмыкнул — у его… ладно… у его любимцы нитей вышло больше.

Не следует, непрофессионально наблюдаемых выделять, но он пока еще живой почтичеловек и ничто, свойственное живым, ему не чуждо. Пусть и выглядит иначе.

Затылок наливался тяжестью. Отводить глаза такой толпе любопытных и сильных темных, которых в управлении через одного, было муторно. Но лучше потерпеть. Все заблокированные в островках безопасности у стен сотрудники надзора, охрана, оперативная группа и бригада ремонтников, спешно переключавшая питание магсети на резервный генератор, видели просто психанувшего и потерявшего контроль темного. Никакого провала за грань и дальше, от которого у Арен-Тана по позвоночнику льдом продирало. Никаких золотых нитей, никаких чудовищ. Какие чудовища? День, солнце светит… За плотным барьером высшей магзащиты не разглядеть, но оно есть.

Вспыхнуло. Практически все невольно находящиеся в холле темные решили, что это окончательный уход, однако, когда шок удара светом по их темным сущностям прошел, а цветные пятна в глазах стали таять, прозвучал голос.

— Замерли, — невыразимо восхитительно сказало страшно прекрасное сияющее бледно-золотым ореолом существо.

И стало, как он велел.

Не повиноваться было невозможно, повиноваться — невозможно приятно. Особо набожные решили, что узрели Посланника Изначального Света во плоти. Прочие просто прослезились. Очень ярко сиял потому что.

Арен-Тан скривился. Устойчивость к голосу давалась ему через зуд в ушах и комариный писк там же. Затылок по прежнему ломит и приходится петлю держать. Лично. Стоит разжать «когти», как настырная душа Холина тут же норовит в бездну сигануть следом за…

Задница… Что творит этот длинноухий идиот!

Тьен Эфар, видимо, прибыл прямиком с мероприятия, так как был при параде — в бело-золотом и алом, с венцом на лбу. Но вид имел ужасающий. Запавшие глаза цвета лазури были под стать безумным зенкам Холина, бледное лицо осунулось до костей, сделались заметны шрамы от старых ожогов, волосы будто пеплом присыпало. И все это — в обрамлении ореола света, который шлейфом тянулся за границу тающего перехода.

Эльф пинком силы выбил из рук Арен-Тана петлю, ломанулся сквозь морок, стазис, барьер высшей защиты и темный водоворот, пляшущий вокруг распахивающейся грани, и со всей дури двинул некроформе Холина в челюсть. И пока темная суть пребывала в шоке, схватил за полезшие из загривка ленты мрака и одним ударом вколотил обратно в дернувшееся тело.