Поутру Артур, казалось, и прежде не замечавший мимолётных перемен, оставался бесконечно заботливым и ласковым. Та вспышка гнева, что он испытал после того, как застал нас с Дэвидом в архиве в тот раз, оказалась единичным случаем. Не выдав и капли недовольства моим видом или состоянием, парень кивнул на стакан. Проснувшись с ощущением, что в моём рту побывало не меньше, чем недельное содержимое кошачьего лотка, я с радостью отметила, что жидкость в стакане была чем-то сильнее стандартного аспирина. Несколько минут, и в голове проясняется.

— Артур, скажи, а когда изучается создание блокирующих амулетов? — Обращаюсь к парню, тихо сидящему у окна, всем видом демонстрирующим, что он не рискнул бы меня потревожить.

— О чём именно ты говоришь? — Рассеянная и нежная улыбка скользит по моему лицу, озаряя всю комнату.

Кажется, парень светится от любой возможности мне помочь. Я незаметно натягиваю рукав ниже запястья, чтобы ожёг не бросался в глаза.

— Амулет Софи. Браун сказала, что мне нужно отработать текущую практику, бросить все силы на подготовку к экзамену, но... Так любопытно, — улыбаюсь парню в ответ.

— Какой именно аспект тебе непонятен? — Вальсирующим шагом Артур приближается ко мне и легко втягивает в шутливый танец.

— Я не умею танцевать! — Невольно морщусь из-за задетого запястья, но не подаю вида и обхватываю его за шею, обнимая, отсчитываю шаги. — Раз, два, три... Во время занятий с Софи мне стало понятно, какой силы и сложности амулет. То есть... Я чувствую её силу, но ни капли эмоций. Стандартные, как я поняла, действуют проще? Снижают интенсивность общего фона, как эмоций, так и уровня?

— Всё так. У Софи сложный, индивидуальный заказ. Такой делается не одну неделю, для этого нужно хорошо знать человека. По сложности почти как амулет связи, над которым ты работаешь.

— Не понимаю, — провожу пальцами, щекотя, по уху, и мужчина взрывается смехом.

— Смотри. Ты создаёшь глубокую связь. Мне же надо отделить эмоции от силы. Они непрерывно связаны. Не понимаешь?

Я отрицательно мотаю головой и Артур, останавливаясь, снисходительно гладит меня по голове.

— Пожалуй, Эйра... Профессор Браун права. Не забивай голову, не сейчас. У тебя одна цель — отточить мастерство в амулете для Эшфордов, зарекомендовать себя потенциально талантливым артефактором. Остальное приложится, подтянем тебя летом. Тебя ничего не должно отвлекать.

— Поэтому ты не снимаешь свой?

— Да, — слишком быстрый ответ, чтобы быть правдой. Но мы оба делаем вид, что не заметили этой оплошности.

— Продолжим? — Артур протягивает ладонь, но я отрицательно мотаю головой.

— Нет, милый. Я в душ и дальше спать. Вздремнуть ещё на часик... Много дел.

Оказавшись в ванной, выдохнув, я включаю воду и открываю шкафчик. У моего артефактора куча всяких мазей, в том числе и от ожогов. В нашем деле часто страдают руки. Главное найти нужный.

— Сегодня выходной, — догоняет меня его окрик.

— Знаю! — Отвечаю, перебивая шум воды. — Но мне нужно в Архив. Если помнишь, помимо артефакторики у меня куча других занятий! Мне нужно подтянуть теорию по стихиям!

— Могу помочь, прогнать тебя...

— Спасибо, не надо! — Я усиливаю напор воды так, чтоб продолжить разговор не было возможности.

Вот и нужная склянка. Оперевшись на раковину, набираю резко пахнувшую мазь, и провожу по ожогу. На секунду мне кажется, что это его прикосновение, и больше мне нет нужды отгонять видение. Я не знаю, что будет дальше, но я не позволю ни Артуру, ни Софи лишить меня этого чувства. Я откажусь от него только тогда, когда Дэвид сам скажет мне, что я ему не нужна.

Погружаясь в обжигающую воду, выбираю хвойное мыло, чтобы продлить ощущение ушедшего вечера... И чтобы перебить остатки алкоголя.

А до тех пор пусть всё течёт.

Бессмысленно листая том «Транценденталия в алхимии», я отчаялась верить, что меня переведут на следующий курс. Если к практическому экзамену я была готова, то теоретическая часть давалась мне откровенно тяжело. Стихия, вода, была слабее, чем у большинства первокурсников — щеголять ей на финальном экзамене казалось чем-то постыдным. История артефакторики тоже запоминалась с натяжкой. Демонстрировать эмпатию отказывался мой желудок... Стоило только подумать о том, что, возможно, остальные меня запугивают в собственных целях, как внутренности скручивались в тугой ком.

Совсем юная студентка с жалостью изучала мою войну с томом и, не сдержавшись, хмыкнула.

— Чего тебе? — Не слишком вежливо отозвалась я в ответ на раздражающее присутствие.

— Да ничего, — в тон мне прозвучал голосок. — Смотрю, как ты мучаешься. К библиотекарю не пробовала обратиться за помощью?

— Чего бы ради? — Я подняла на неё глаза. Девушка, смущённая и улыбчивая, как летний день, показалась смутно знакомой.

— С того, что это теоретический труд для старших курсов. Дополнительная информация. А ты вроде готовишься к экзаменам?

От неё веяло только любопытством и тонкой досадой, появившейся в ответ на мою грубость.

— Извини. Нет, не думала. Не сложилось у меня с ними. — Я пожала плечами. — Мы знакомы? Ты вроде первокурсница?

— Да, я обитаю в том крыле. — Девушка мягко улыбнулась. — Ты не спрашивала, но я могу тебе помочь, если скажешь, в чём хочешь разобраться.

— Это сложно. — Я подбираю под себя ноги, освобождая часть дивана и приглашаю девушку присесть. — Экзамен и дальнейшее обучение по артефакторике, поступила как эмпат, плюс пробуждённая стихия вода.

— Любопытно, — она плюхается рядом со мной и, зеркаля, подтягивает ноги. — С экзаменом определилась, чем будешь заниматься?

— Да, делаю амулет связи для Софи и Невии Эшфорд. — Неожиданно отмечаю откуда-то взявшуюся гордость за свой условный допуск к сильным мира сего.

— Ого. Это круто, — присвистывает девчонка. — Значит, проблема с теорией?

— Да. Как я понимаю, мне нужно обосновать взаимосвязь своих сил, помимо зубрёжки.

— Начни с простого. «Вода как проводник»...

— Можешь записать? — Я протянула девушке ручку и блокнот.

Замявшись, та кивнула и начала составлять список.

— «Вода как проводник. Эмпатия и её роль в пробуждении скрытых способностей», «Глубинная связь: метафизика Воды и эмпатическое восприятие», «О цикличности и взаимосвязи стихийных потоков»... Всё это изучается на первом-втором курсах, в формате подготовительной литературы у многих... — Девушка захлопнула блокнот. — Так что с этим в библиотеку. Изучишь базу и сможешь сама сочинять, что и в чём тебе помогает.

— Спасибо. Ты так хорошо разбираешься.

— Читающая семья. — Девушка смеётся. — Хочешь не хочешь, а подтянешься и других подтянешь. Кстати, для личного развития. Есть очень интересные работы профессора, который здесь преподавал.

— Любительские работы?— С сомнением произношу я. — Мне попадались труды Гольдбаума... Мрак.

— О, нет, у этого автора прекрасный слог! Не то чтобы они помогли тебе на экзамене, но для личного расширения кругозора вполне. Глянь, возможно, тебе понравится. Не думаю, что другие работы в архиве тебе смогут помочь... Нужна база. Где-то там, — проследив за моим взглядом, она указывает рукой направление. — Отдельный стеллаж, раздел путешественники.

— Как его зовут?

— Теодор Бэлламью. Очень занимательное чтиво, написано простым языком.

Спина моментально взмокла. Порой казалось, что и Кьяра, и путешествие в прошлое, которое изменило вектор наших отношений с Дэвидом, мне просто приснились. Но в здравом уме и трезвой памяти я бы никогда не закрутила роман с женатым... А про профессора, который приглянулся Кьяре, я и думать забыла. При том, что Дэвид упоминал, что тот тоже пропал, но этому не придали значения... Путешественники.

— Посоветуешь что-то конкретное?