— А почему ты живёшь одна, если комната так хороша? — Я не могу не улыбаться, глядя на её дружелюбное лицо. От девушки исходит спокойствие.

— Моя прошлая соседка... скажем так, не прошла испытание огнём. Да не волнуйся, — зелёные глаза искрятся весельем, — она просто подожгла собственную мантию на экзамене по элементарной магии в прошлом году и её перевели к стихийникам-боевикам. Идём.

Я следую за ней, прислушиваясь к своим ощущениям. От неё веет тишиной да гладью, никакого негатива и волнений. На фоне всеобщей суматохи это приятно. Меня охватывает неожиданная волна трепета и тепла — мои собственные эмоции.

Возможно, у меня появится друг, неожиданно понимаю я, следуя за золотистым хвостом. Мне наконец-то повезло. Моя жизнь действительно изменится?

Мой разум успел нарисовать тёмную, готичную, под стать замку, комнату, но реальность оказывается куда любопытнее воображения. Комната Софи больше похожа на сюрреалистическую иллюстрацию из старых молодёжных фильмов. Много белого и розового, огромная двуспальная кровать, тяжёлые портьеры, из-за которых выглядывают причудливые статуи. Я борюсь с желанием коснуться одной и проверить, не муляж ли. По размеру в скромной студенческой комнате могла бы поместиться квартира моих родителей. Пробегаю взглядом по стенам, вверх, к высокому потолку с изящной лепниной, по витражным окнам.

Замечаю в углу вторую кровать меньшего размера, но, несомненно, шикарную, под стать остальному убранству.

— Общежитие оказалось совсем не таким, как я его себе представляла.

— Ты сможешь поменять мебель на свой вкус, — отмечает Софи, заметив мой взгляд, — это не запрещено. Я здесь живу третий год. Академия мне как дом родной. Или даже роднее... Располагайся.

Перевожу взгляд с огромного шкафа на свой рюкзак.

— Мне бы хватило комода, — хмыкаю я.

— О, ты налегке? — девушка на секунду спешилась, но тут же на её лицо возвращается дружелюбная улыбка. — Ничего, закажем. Идём!

— Значит, сейчас будет экскурсия?

— Угадала!

Софи щебечет, вываливая на меня тонну информации, а я присматриваюсь. Широкие коридоры с высокими сводчатыми потолками и мягким магическим освещением. Тёплое янтарное свечение исходит из врезанных в стену кристаллов и современных светильников. Вдоль прохода хаотично стоят скамьи и диваны, словно собранные из разных эпох. На стенах тоже разнообразие — от гобеленов и картин до постеров с группами. Необычно, но уютно.

— Каждый привносит своё, если есть желание. Итак! Западное крыло, третий этаж, — комментирует Софи, проходя меня мимо дверей из зелёного дерева. — Вон там живут братья Гринвуд — близнецы, оба маги земли. У них лучшие вечеринки. Если услышишь грохот ночью, не пугайся, это они опять пытаются вырастить дерево прямо в комнате. А там — Вики.

Она указывает на дверь, из-под которой выбивалась тонкая струйка разноцветного дыма.

— Не уверена, что запомню…

— Маг воздуха, сейчас стажируется на ароматических иллюзиях. Чаще всего в её комнате пахнет чем-то приятным, но случаются провалы, — Софи игнорирует меня и продолжает рассказ. — Если подружитесь, сможешь заказать у неё аромат для комнаты. Милейшая девушка, но часто витает в облаках.

— Софи, — прерываю её. — Почему меня поселили с тобой? Я же только приехала.

— Ты думала, что пойдёшь на первый курс? — Она останавливается, слегка морща гладкий лоб. — Нет, ты что. Твоя специализация не подразумевает...ммм… усиленной подготовки. Ты же зачислена на третий курс? Конечно, если выяснится, что тебе слишком сложно справиться с программой, то это решение пересмотрят. И одна из причин, по которой тебя поселили со мной — я лучшая. Староста. Мне не составит труда подтянуть тебя, так что обращайся.

Мы возвращаемся в комнату Софи.

— Кстати, — девушка достаёт из кармана маленький ключ. — Добро пожаловать домой.

Спустя пару часов нас посетил куратор.

Короткий стук, и после разрешения войти на пороге появляется высокий худой мужчина. Лёгкая проседь и глубокие морщины на лбу контрастируют с молодым хищным лицом.

— Меня зовут профессор Маркус Грейвз. Я отвечаю за западное крыло и курирую базовые стихии третьего курса. Софи, ты ввела мадам... — Он шелестит ворохом бумаг. — В курс дела?

— Мари, — подсказывает Софи, — Ветрову. Конечно, профессор.

— Ваш щит, — Грейвз кидает мне серебряную цепочку с подвеской. — Наденьте. Амулет рекомендовано снимать только в специально оборудованных аудиториях для практических занятий и под присмотром преподавателя. Максимум — в душе. Если потеряете, обращайтесь ко мне, но я настоятельно рекомендую быть внимательнее. Хорошего вечера.

Соседка вздыхает:

— Не обращай внимания. Грейвз всегда такой. Но он прав насчёт щита.

Я разглядываю диковинный тонкий браслет и надеваю. Тот на мгновение нагрелся и и тут же стал практически невесомым.

— Расскажешь, что это?

— Сдерживающий щит, — Софи демонстрирует золотой кулон на шее, — это мой. Обязательный атрибут для всех студентов Ашмора. Блокирует непроизвольные выбросы магии, которые могут навредить окружающим или самому носителю. Для тебя он особенно важен, поэтому не теряй. Говорят, эмпатам бывает сложнее других. Магия, она... вносит свои коррективы в характер и в эмоции, понимаешь?

Я прислушиваюсь к себе. И правда, бесконечные щупальца чужих эмоций ослабли. Не исчезли совсем, но мне стало спокойно, словно меня накрыли тяжёлым ватным одеялом.

— Кажется, да. Софи, я эмпат, а ты?

— У меня всё сложно.— Уклончиво отвечает девушка. — Я развиваю несколько направлений, но моё любимое это призыв духов, элементалистика. Это направление непрерывно связано с основными стихиями. Моно-маги вроде тебя встречаются редко. Но, возможно, твои дары просто дремлют. А при необходимости их можно пробудить, но сейчас не думай об этом.

Я касаюсь амулета на запястье. Интересно будет узнать, каково это — жить с отфильтрованным миром.

Первое пробуждение в Академии накрыло меня тревожным предчувствием. Я провалюсь, они поймут, что я просто истеричка, а не маг.

Сказалась вбитая родителями привычка: в раннем детстве подъём в шесть утра по будням и в семь по выходным казался каторгой, а к десяти годам превратился в крепкое правило. Мне стало нравиться, сколько свободного времени освобождается, когда рано просыпаешься. Софи ещё спит, свернувшись клубочком. Когда тонкий солнечный луч скользит по её лицу, она морщится и прячется под одеяло, переворачиваясь на другой бок. Рядом с её тумбочкой раздаётся мягкое пульсирующее свечение. На автомате беру телефон, поскроллить ленту и понимаю, что вчера так и не поинтересовалась, где его зарядить. В комнате не видно ни одной розетки, а будить соседку кажется кощунством. Остаётся только лежать и смотреть в потолок, пытаясь убедить себя, что я не самозванка. В конце концов, это они меня нашли и вручили письмо, значит, это они меня искали, а не я сюда просилась. Значит, я ни в чём не виновата и это точно не моя ошибка. Пытаясь отвлечься от подкатывающей паники, переключаюсь на чужие ощущения и понимаю, что не чувствую ничего постороннего, и это было странно. Для меня куда привычнее состояние, в котором мои эмоции таятся на глубине, задушенные чужими метаниями и всплесками чувств.

Не знаю, сколько прошло времени, но свет уже проник даже в самые тёмные углы комнаты, когда дверь внезапно распахнулась. Символический стук, отсутствие паузы, и в комнату вваливаются двое.

Первым идёт светловолосый парень с взлохмаченной шевелюрой и маленькими круглыми очками на кончике носа. Он что-то договаривает на ходу, обращаясь ко второму вошедшему:

— ... и я сказал ему, что это глупость и анахронизм, крылья летучей мыши не являются рекомендованным ингредиентом для успокаивающего отвара, ни к чему мучить бедных зверей, а он...