Жду пару секунд и, не оборачиваясь, подтягиваю бельё, поправляю юбку, заглушаю сразу несколько порывов. Мне хочется сбежать, не оглядываясь, дать пощёчину и впиться в его губы, умоляя продолжить, одновременно.

— Теперь ты готов снять щит и поговорить? — Произношу, и слова глухо отлетают от стен аудитории.

— Я готов поговорить, Мари, глядя глаза в глаза.

Оборачиваюсь, чувствуя, как горят щёки.

— Ты доволен? — Обвинение, сплетённое с надеждой, срывается с губ прежде, чем я успеваю себя остановить. — Ты же за этим хотел увидеть меня, когда пришёл на наше занятие к Браун?

— Вопрос не в этом, а для чего пришла ты. — Дэвид стоит в трёх метрах от меня, облокотившись на единственную парту в аудитории, аккурат напротив стола. Он выглядит так, словно не был во мне меньше минуты назад, а его аура... Зияет холодом.

— Что с тобой? Что ты сделал? — Мой голос срывается на крик, и мужчина хмурится.

— Замолчи. Мои изменения не имеют отношения к тебе.

— Это... Из-за развода? — Озарение делает меня счастливее на миг. Он холоден не ко мне!

Дэвид кивает и устало произносит:

— Ты в состоянии озвучить то, за чем пришла?

— Дэвид... Что это за талисман.

— Талисман, который сделал твой возлюбленный. — Холодная усмешка кривит красивое лицо. — Он не говорил тебе о спецзаказе? Надо же... А он знает, где ты?

— Нет, — мотаю головой. — Я пришла не за этим...

— Он прорицатель, — губы всё больше растягиваются в хищной, неестественной улыбке, и меня пробирает дрожь.

— Дэвид... Это не ты. — В глазах становится мутно из-за подступающих слёз. — Ты не злой. Не жестокий!

— Я такой, Мари, когда мой разум не застилают эмоции. Я спрашиваю последний раз: для чего ты пришла? Или выметайся. У меня много работы. Но я всегда буду рад, если ты заглянешь ко мне и поможешь спустить пар. Или, может, ты хочешь, чтобы я заглянул в твою комнату? В вашу комнату. Может, ты хочешь провести время втро...

— Замолчи! — В один прыжок я оказываюсь около него, отвешивая пощёчину. — Не смей говорить об Артуре!

Слова, сказанные моим любовником с издёвкой, задевают, пробуждая тайные, постыдные мысли, о которых я даже не подозревала. Желанные.

— Ещё раз попробуешь так сделать, и я отвечу. — Отирая щёку, предупреждает Дэвид.

— Только попробуй! — Цежу, замерев, перевожу взгляд на свою ладонь и обратно. Не без удовольствия замечаю, как покраснела кожа на скуле. О Кьяре! Где она? Ты же наверняка что-то знаешь?

— Твоя маленькая подружка очень хорошо прячется, и у меня нет о ней никакой информации.

— Врёшь! — Ярость на этого лжеца охватывает меня, и рука сама летит к такому близкому и одновременно далёкому лицу.

Мужчина перехватывает запястье легким движением, сжимая до боли, и оставляет ожог.

— Думаю, тебе будет что обсудить с парнем, — кивает он на руку, продолжая удерживать меня.

— Ты сам приходил к Браун, чтобы поговорить... — Шепчу я, игнорируя очередную провокацию.

— Скучал. — Лёгкое движение вперёд и Дэвид нежно, привычно поправляет мою прядь волос, оглаживая ухо. — Как и ты скучала по мне.

— Мне нечего сказать. Ты меня использовал, всегда. Следил, контролировал... Привязал. Вернул бывшую и теперь ты женат. Не важно, скучала ли я. Мои чувства не имеют значения!

— Я действительно развожусь, процесс требует времени, Мари. — На миг в глубине его зрачков промелькнуло что-то тёплое, родное, но тут же ушло.

Сердце предательски бухает о рёбра, и горло сжимается от предвкушения, но я сдерживаюсь, чтобы не кинуться с распросами на эту тему. Он всё равно не ответит. В голове мелькают слова Софи, примеры, как эмпаты губили боевиков. Насколько можно ей верить?

— Дэвид, можем поговорить без уверток?

— Удиви. — Он изучающе проходит по моему лицу взглядом. — Но в том, что касается Кьяры, информации нет. Развлекаются с Бэлламью. Последние записи о них были семь лет назад, это есть в архиве.

— Есть выпить? — Неожиданно для себя произношу вслух.

Кивок, поворот головы и непослушные кудри на миг превращают Дэвида в того перепуганного мальчишку, который не сдержался и спалил своего друга. Пока он лезет в стол, я на минуту подхожу к окну, прижимаясь лбом к прохладному стеклу. Вдох и выдох. Мне в руку упирается бокал с прозрачной жидкостью. Принюхавшись, улавливаю хвойный аромат.

— Джин? Неожиданный выбор.

— А ты думала, что я пью только виски? Как герой любовной саги про вампиров?

— Ты не столь хорош, — не удержавшись, улыбаюсь я. — Хоть и брюнет...

Мы замолкаем, и я делаю глоток. Глоток, и обжигающий глоток прокатывается по пищеводу, оставляя странное послевкусие. Дэвид подносит свой бокал к моему, разбивая тишину лёгким звоном стекла. Бутылка пустеет, и наши пальцы играют в замысловатую игру, переплетаяясь. Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем решаюсь спросить:

— Насколько я для тебя опасна?

Пальцы мужчины замирают буквально на миг и продолжают своё движение.

— Софи?

Я киваю.

— Работая с ней, Дэвид, я не знаю, где мои мысли и страхи, где её... Она слишком сумбурна. Чем больше я погружаюсь в эту работу, тем сильнее сомневаюсь.

— Что она рассказала и показала? — Очевидно, он хорошо осведомлён.

— Как ты её прикрывал. Как изменилось отношение в доме с твоим появлением... Её чувства к тебе, которых она стыдится, потому что не может контролировать.

— Дальше?

— Я знаю, что ты оперативник и в твои задачи входило и входит отслеживать эмпатов, отправлять их в специальные учреждения. Меня ты то ли упустил, то ли проворонил?

— Хотелось бы мне знать, — он грустно улыбается, избегая прямого взгляда. — Но. В целом, всё так. Сперва следил, потом прикипел.

— Почему эмпаты учатся отдельно от силовиков? Из-за того случая?

— Нет, — отрицательный кивок. — Не только. Слишком много провокаций. Проще учиться работать вместе, когда половое созревание завершено.

— Поэтому... Ты не сможешь быть со мной? И поэтому прячешься? Где твой новенький артефакт?

— Профессиональный интерес?

— Дэвид, пожалуйста... — Почти взмолилась я. — Ответь нормально.

— Я закрутил столько узлов, Мари, а теперь пытаюсь их развязать. И моя вспыльчивость мне мешает. К тому же ты не единственный эмпат в моём окружении. И Артур, знаешь, он молодец. — Признание даётся нелегко. — Ставка на артефакторику это умно. И подходит тебе.

— Что будет с нами?..

— Не могу тебе ничего обещать.

— Хочу быть с тобой, — я опускаю голову ему на плечо, и он начинает перебирать мои волосы, нежно гладя по голове.

— Я тоже. Но много дел. Кстати, твоя Кьяра тоже входит в список моих задач, хоть и не первоочередная. Поэтому когда она появится, имей это ввиду.

— Если появится... И что мне ей сказать?

— Чтоб заглянула в ректорат и отчиталась. Перевелась на соответствующий курс. Она минимум три года училась в прошлом, перед тем, как они с Тео пропали. Скорее всего отправились в путешествие по времени. Романтики.

— История изменилась?

— Да.

Кажется, это наш самый странный и самый честный разговор за всё время.

— Не высовывайся,— повторяю себе.

До экзамена это будет моим девизом.

Не высовываться, больше тренироваться, по возможности не оставаться наедине с Софи и тем более с Дэвидом.

Однако... Меня очень заинтересовал новый, но такой знакомый амулет, который появился у Дэвида.

Нужно будет завтра разузнать.

Так я решила, пытаясь сфокусироваться на пространстве перед собой, собрать расползающееся изображение в единое целое. Плевать, подумалось мне в тот миг. Я никому не могу доверять. Я не буду высовываться, но и не буду прятаться.

Скинув обувь, не раздеваясь, даже не потрудившись смыть с себя запах другого мужчины, я рухнула в кровать. Того, с кем обещала не видеться. Отблески ночника освещали потолок, где по куполу медленно проплывали коты в облаках. Слева от меня виднелся точёный профиль, светлые пряди, мерно вздымающаяся грудь. На миг я прислушалась к себе, пытаясь найти хоть каплю того же чувства, что испытываю к Дэвиду, но наткнулась на пустоту. Пустив щупальце, поняла, что и перед сном мой парень не потрудился снять защиту. В целом, его право. Мне показалось правильным протянуть руку и обнять Артура. Он дёрнулся от прикосновения жёсткой ткани, но не проснулся, и меня утянула хмельная дрёма.