Он осекается и замирает, глядя на меня.

Второй юноша, по виду настоящий карикатурный мальчишка, рыжий, конопатый, с каре-зелёными, как у бродячего кота, глазами, ловит его взгляд и тоже останавливается.

Повисшая пауза затягивается. Я натягиваю одеяло до подбородка, и смотрю на часы. Очень любопытно, что делает пара незнакомых парней в моей (ну, почти моей) спальне в семь утра.

— О как, — произносит светловолосый. — Всё-таки существуешь. Привет.

— Доброе утро, — бурчу я. — Похоже, вы ошиблись дверью.

— Нет, мы ошиблись, когда спорили, — рыжий широко улыбнулся. — Софи говорила, что к ней подселят новенькую, но мы решили, что это проверка… Или шутка.

— Или такой предлог. — Улыбается блондин. — Ну, знаешь, в стиле «у меня теперь соседка, так что вы, парни, сюда больше не вламывайтесь, я хочу тишины».

Софи зашевелилась в кровати.

— Вы опять без стука, — бормочет она, не открывая глаз. Голос сонный, но точно не удивлённый. — Я же говорила, что у меня теперь соседка. Кофе принесли?

— Мы думали, ты шутишь, — хором ответили парни.

Рыжий смущённо смотрит на меня, и подаёт девушке термостакан.

— Извини, не подумал взять на тебя.

Я мотаю головой, отмахиваясь.

Софи наконец садится в кровати, поправляя растрёпанные локоны и смотрит на меня с виноватой улыбкой.

— Познакомься. Это мои друзья. Они иногда забывают о правилах приличия и пропускают мимо ушей то, что я говорю, но сегодня перешли все границы.

— Для друзей Мари, — я выдавливаю подобие доброжелательности.

Светловолосый протискивается мимо рыжего, отвешивая шутовской полупоклон.

— Артур, — представляется он. — Защитные чары, артефакторика и немного прорицание... Кажется, ты была в моих видениях.

— Я Лукас. — Парень с кошачьими глазами толкает, сдвигая, Артура плечом. — Маг Воздуха и самая большая любовь этой девушки, — кивок в сторону Софи сопровождается её громким, нарочитым стоном.

Я перевожу взгляд с одного на другого и пытаюсь уложить в голове, почему эти двое чувствуют себя здесь как дома. Один из них и правда парень Софи? Тем временем Артур усаживается на массивный подоконник, а Лукас на стул, демонстративно закинув ногу на ногу. Их трёп и бесцеремонность определённо меня утомляют.

— Они в курсе про твоё письмо, — негромко произносит Софи, подойдя ко мне. — Эти двое... их не нужно бояться. Они особо не сплетничают. Большинство думает, что ты студентка по обмену.

— Письмо опоздало на два года, верно? — спрашивает Лукас и добавляет деловитым тоном. — Это странно. У нас некоторые отсеиваются прям на первом курсе. Но если тебя взяли сразу на третий, значит, есть потенциал.

— Или кто-то очень хочет, чтобы ты была здесь, под неусыпным контролем... — добавляет Артур и тут же поднял руки, заметив взгляд Софи. — Шутка! Шутка. Мрачный юмор. Привыкай.

— Привыкну, — я невольно улыбаюсь, глядя на него. — Кстати, забыла вчера спросить, где можно зарядить телефон? Возможно, тут специальные магические розетки или… Что-то в этом роде?

Ответом мне стал взрыв хохота.

— Забудь, — просмеявшись, снисходительно замечает блондин, — на время пребывания в Ашморе это красивый маленький кирпич. Если хочешь, можно организовать заряд, но...

— Тебе будет, чем заняться, поверь. — Добавляет Софи. — Раз уж вы всё равно здесь, давайте хотя бы позавтракаем. Я не успела вчера показать Мари нашу столовую.

— О, это обязательно, — Лукас поднялся. — Святая святых! Место, где еда магическим образом становится резиновой ровно через пятнадцать минут после подачи. Не упусти момент.

— Он слишком избалован, — блондин обращается ко мне громким шёпотом, и добавляет: — Рад знакомству.

— Взаимно, — искренне отвечаю я ослепительному парню, изучая его. Безусловно, Артур красив, как герой молодёжного сериала, играющий капитана футбольной команды. Только странные очки с мутноватыми стёклами ломают этот образ. — Но, думаю, сегодня я пропущу завтрак, если вы не против. А теперь кыш. Мне нужно собраться.

***

Оставшись наедине с собой я поняла, что не имею ни малейшего представления, в какую группу меня зачислили и где мне можно посмотреть номера кабинетов. Список, который мне передала вчера Софи, был написан изящным тонким почерком, но совершенно ничего не объяснял. Остаток утра я провела в попытках расшифровать его и сопоставить, из какой аудитории на какой этаж бежать. Голова загудела, а голодный желудок начал давать о себе знать. Кажется, я не ела со вчерашнего дня, если протеиновый батончик вообще можно считать приёмом пищи.

Смотрю на часы и понимаю, что время близится к одиннадцати. Значит, завтрак уже закончился, а до обеда ещё далеко. Видимо, Софи и её друзья решили идти сразу на лекции.

Нужно спуститься в холл. Там всегда есть расписание или тот, кто поможет сориентироваться. На этой мысли живот предательски заурчал, и я поняла, что меня спасёт кофе или чай. Софи упомянула, что студентам разрешено заходить на кухню в любое время. В ноздри врезается острый запах стресса. Волосы липнут к лицу, а аромат... К своему ужасу я поняла, что вспотела. Меня охватывает паника, ведь из-за утренних гостей я совсем забыла про душ. Нет, не хватало ещё встретить кого-нибудь из преподавателей в таком виде. Позор.

Я закрываю комнату изнутри, чтобы инцидент с вторжением не повторился, достаю чистые вещи и включаю воду, когда взгляд падает на запястье. Тонкий серебряный браслет. Щит.... Мне становится не по себе — что, если я его уроню в слив? Потеряю на второй же день? Прослыву идиоткой? Идти к Грейвзу или просить о помощи Софи раньше, чем я приступила к учёбе, в мои планы не входит. Недолго думая, я стягиваю амулет.

Тёплая вода смывает запахи вместе с тревогой, ароматные баночки помогают расслабиться и почувствовать себя свежей. И почему меня накрыло такое беспокойство?

— Походи, осмотрись, сейчас тебе важна адаптация.

Сегодня мой первый ознакомительный день, никто не ждёт от меня присутствия на лекциях, вчера Софи ясно дала мне это понять.

Выдохнув, я натягиваю платье-рубашку и отправляюсь на поиск столовой. Удивительно, но по общим рассказам своей соседки, занятая нехитрыми мыслями я легко нашла требуемое пространство. С другой стороны, не найти центральный зал размером со школьный стадион было бы сложно даже для меня. Пустые столы, яркий солнечный свет и несколько окошек раздачи.

Приветливая женщина, крупная и ворчливая, кивает мне на небольшую дверь:

— Разберёшься там?

— До двадцати как-то справлялась, — отвечаю я. — Спасибо.

Кухня, в отличие от огромной столовой, оказалась маленькой и почти домашней. Плита, медные кастрюли на крючках, пучки сушёных трав под потолком и узкое окно в углу, через которое пробивается золотой свет.

А у окна фигура.

Высокий, широкоплечий парень в рубашке с закатанными рукавами стоит спиной ко мне, а от него исходит волна жара, что пространство между нами начинает дрожать.

Я замираю, осознав: щит на тумбочке. Всё моё нутро взвыло от целой гаммы чувств, исходящих от парня.

— Если ты пришла за кофе, то он закончился, — бросил он, оборачиваясь. Приятный хрипловатый голос. Бас-баритон, проносится в голове. Таким тембром обладают почти все музыкальные исполнители, любовь к которым я пронесла с подросткового возраста. Мне всегда нравилась музыка из прошлого. Ник Кейв, Том Уэйтс, Крис Ри…

— Я пришла за чаем, — отвечаю я, изучая силуэт. Мужчина стоит так, что из-за солнечного ореола невозможно рассмотреть черт лица. Только руки в тени.

— Чёрный, зелёный? — Юноша двигается мне навстречу.

— Зелёный…

— Это здесь. — Он тянется, открывая шкаф, и, помедлив пару секунд, достаёт тяжёлую стеклянную банку.

Шаг навстречу, и дистанция сокращена почти до неприличия. Тёмные, почти обсидиановые глаза впиваются, изучая, в моё лицо. Мужчина оказывается старше, чем мне показалось. Он протягивает банку, задевая кончики моих пальцев, и тут же отдёргивает.