Естественно, таким образом можно было бы одним выстрелом убить нескольких зайцев. Франция, не получая немецких денег наличными, могла бы оказаться перед большими финансовыми трудностями, она, как надеются, утратила бы свой вес и престиж, была бы на длительный срок немного сильнее прижата к стенке. Англия была бы тем самым избавлена от демпинговой конкуренции, могла бы позволить Германии участвовать в прибыльных делах, а не толкать ее дальше к кризису. Далее, Англия получала бы свою долю от дел во Франции и России, а предоставление займа сделало бы ее более заинтересованной в судьбе Германии. Она была бы вынуждена больше считаться с пожеланиями немецких промышленников. Далее, все это, благодаря стабилизации марки, снова дало бы Англии рынок сбыта в Германии и в России, которую Стиннес должен «восстановить» для Англии. Естественно, это очень заинтересовало бы и Америку, потому что только эта работа может несколько оттеснить на задний план Японию.
Немецкому же капиталу все вышесказанное сулило бы устойчивый источник прибылей, оплачивать которые стало бы государство, ведающее всеми этими заказами. Далее, благодаря этому можно было бы с помощью английского капитала добиться влияния на государство, к которому давно стремится крупная промышленность.
Что же касается рабочего класса, то ему придется при любых условиях работать. Ведь теперь у капитала появляется возможность ссылаться на то, что, дескать, не жажда наживы, а международные обстоятельства заставляют поступать так-то и так-то, выдвигать такие-то и такие-то условия. Рабочий класс попал бы под диктат всего международного крупного капитала, а не только капиталистов Германии, противостоять произволу которых он в известной мере все-таки уже научился, если ему в этом не мешают «сообщество производителей» и министры большинства. Большую опасность представлял бы этот сговор и для России. В случаях попыток нажима на нее она теперь не смогла бы больше полагаться на рабочий класс, на немецкий рабочий класс, и была бы в значительной мере предоставлена вымогательствам какого-нибудь Стиннеса, за которым стоит английский крупный капитал.
Лондон и Вашингтон — это попытки капиталистических государств выбраться из тяжелого положения. Общим для обеих попыток является то, что они должны быть осуществлены за счет рабочего класса и за счет России, которая нуждается в помощи, но которой становится не по себе от той помощи, которую пытался организовать ей в Лондоне Стиннес.
Эти факты требуют от рабочего класса, если он не хочет попасть в еще большую кабалу к буржуазии, бороться за ликвидацию политики «сообщества производителей»[456] в профсоюзах и правительстве и за создание революционного единого фронта. Ибо любое сотрудничество «сторонников большинства» со Стиннесом означает лишь дальнейшее укрепление международного капитала.
«ДИ КОММУНИСТИШЕ ИНТЕРНАЦИОНАЛЕ»
Гамбург/Берлин, № 1/1927, с. 197–199
Р. Зонтер
«ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ»{4}
Автор настоящей книги — член Швейцарского Национального Совета, учитель по профессии, старый социал-демократ, вот уже в течение двух лет возглавляющий швейцарскую социал-демократию, внутри которой он примыкает к центру. Но поскольку швейцарская социал-демократия приняла решение вступить во II Интернационал (ранее она принадлежала к 2 1/2 Интернационалу), автор данной книги оказался в нем на левом крыле. Таким образом, мы имеем дело с произведением, которое в целом ряде оценок отдельных событий неизбежно будет отходить от официальной социал-демократической линии II Интернационала, вынужденно критиковать ее в косвенной форме. Но в то же время как раз во всех вопросах, затрагивающих практические выводы, оно будет столь же лживым, бездеятельным и, тем самым, естественно, с точки зрения классовой борьбы столь же предательским, как и весь II Интернационал. Ведь основой единения со II Интернационалом и является почти полное согласие в практических вопросах. И действительно, теоретическая структура данной работы, теоретическая оценка ряда событий в мировой политике оппозиционны линии II Интернационала. Чрезвычайно слабая сторона книги состоит в том, что в ней нет ни единого практического указания относительно деятельности пролетариата и его организаций в поддержку освободительной борьбы, хотя критика империалистической политики настолько остра, что читатель непременно ожидает практических выводов. В посвящении, которое автор предпосылает своей книге, он обращается «ко всем людям, чьи сердца переполняются возмущением, когда они узнают о несправедливости и угнетении… ко всем, кто по неведению позволил сделать себя орудием несправедливости… она (книга) призывает гуманных людей к действию».
Что же представляет собой это действие, явствует из заключительных строк книги. В них автор поясняет:
«Вершится несправедливость, по-прежнему делается несправедливость… Неужели мы должны молчать в годину опасности…? Есть сила более могучая, чем все другие соображения: голос нашей совести! Ему мы подчинялись». (Публикуя, стало быть, эту книгу!!! — Р. 3.).
Но так как книга содержит прекрасный материал и в описании фактов приводит много нового (надо полагать, автор имел в распоряжении архивные материалы Лиги наций), она может быть использована и оценена в двух направлениях: во-первых, путем применения содержащегося в ней материала в борьбе с империализмом, а во-вторых, также и для разоблачения позиции II Интернационала по отношению к империалистическим проблемам на Дальнем Востоке на основании вынужденной критики автора.
В качестве введения в книге приводится краткая, но меткая характеристика все возрастающей зависимости судьбы европейского пролетариата, крестьянства, от судьбы китайского кули, китайского крестьянина. Автор, естественно, не делает абсолютно никаких выводов относительно саботирования именно этих проблем II Интернационалом. Далее он описывает древнюю и высокую культуру Китая, которая гораздо менее, чем в Европе, была привилегией только имущих классов.
Затем начинается ничем не приукрашенное описание вторжения капиталистов с помощью христианских миссионеров, за которыми неизменно тотчас же следовали вооруженные силы стран-интервентов. Фразы о мирном проникновении (кстати, подхваченные и социал-демократами) беспощадно разоблачаются. Ибо даже в те времена, когда чужие военные корабли не расстреливали беззащитные китайские города, когда не оккупировались целые районы страны и т. д., «мирные методы» были по меньшей мере столь же ужасны, сколь и военные. Применявшиеся иностранными капиталистами методы работы вряд ли имели нечто подобное себе даже в эпоху раннего капитализма. Детский и женский труд принял на фабриках такие масштабы, которые превосходят даже описания, данные Марксом в «Капитале».
Далее автор описывает борьбу, которую ведут между собой за господство в Азии различные империалистические силы. С этой целью он приводит отличную таблицу, демонстрирующую соотношение сил отдельных государств начиная с XVI столетия и до наших дней. Из этой таблицы отчетливо видно, как все новые и новые государства сменяют друг друга на господствующих позициях в Азии, вырывают друг и друга гегемонию, и автор показывает, что ныне должен быть разрешен вопрос о гегемонии американского, английского и японского империализма. Этим описанием он наносит одной из важнейших теорий II Интернационала, а именно, теории сверхимпериализма, вполне заслуживаемый ею удар. В то время, как Гильфердинг постоянно подчеркивает, что в послевоенный период все усиливается тенденция к преодолению противоречий между империалистами путем мирных соглашений, и в то время, как в доказательство этому приводятся Вашингтонское соглашение, Лига наций и империалистические планы разоружения, именно Рейнгард опровергает эту теорию с помощью безупречного фактического материала. Он выявляет, что Вашингтонская конференция по разоружению не принесла никакого сокращения вооружений, а наоборот, их наращивание, в особенности тех видов вооружения, которые могут стать решающими в будущей войне в Азии, т. е. самолетов, быстроходных крейсеров, подводных лодок. Далее он доказывает, что соглашения о Китае не были мирными соглашениями, а представляли собой успех американского империализма в борьбе против необычайно интенсивного расширения господства японского империализма, происшедшего во время войны. Как раз на почве взаимоотношений в Азии и обостряются противоречия между тремя крупнейшими империалистическими державами и война становится неизбежной. На странице 218 автор совершенно ясно говорит: «Но настанет день, когда интересы капитала возобладают над всеми остальными, и когда их защита потребует вмешательства вооруженных сил».
