Под Верденом германская армия потеряла 337 тысяч убитыми, ранеными, пропавшими без вести и взятыми в плен, французская — 362 тысячи. Здесь развеялись в дым надежды и расчеты германского генерального штаба на успешное завершение военных операций. Здесь по обе стороны линии фронта появились первые признаки усталости и антивоенных настроений, резко усилившиеся после того, как в конце июня с германской стороны полетели первые снаряды, начиненные отравляющим газом. Это варварское оружие не только поражало легкие и дыхательные пути — оно обрекало людей на медленную и мучительную смерть, которая, в зависимости от изменения направления ветра, настигала и своих, и чужих.

Тяжелораненный Рихард Зорге лежал в одном из кенигсбергских госпиталей. Здесь за ним ухаживала — и не только в мучительный послеоперационный период — молоденькая, симпатичная медсестра примерно одних с ним лет. За годы работы в госпитале она видела целое море людских страданий, множество покалеченных войной людей, многие из которых, молодые мужчины, умирали на ее глазах. Ее отец — интеллигент, активный марксист — поддерживал тесные связи с социал-демократической партией Германии. Услыхав от дочери довольно редкую фамилию Зорге, он насторожился. Ему сразу пришло на ум имя хорошо ему известного Фридриха Адольфа Зорге, друга и близкого соратника Карла Маркса и Фридриха Энгельса — коммунистов первого поколения. В период с 1890 по 1904 год он прочел многие из его трудов, изданных в США. Вместе с Фридрихом Энгельсом, Августом Бебелем и Вильгельмом Либкнехтом Фридрих Адольф Зорге принадлежал к числу постоянных сотрудников выходившего с 1881 года в Штутгарте теоретического печатного органа немецких социал-демократов «Ди нойе цайт»[22]. Медсестра принесла из отцовской библиотеки подшивку этого журнала за 1898–1899 годы и посоветовала Зорге прочесть в нем «Воспоминания участника событий сорок восьмого года», принадлежавшие перу Ф. А. Зорге. Так благодаря счастливому стечению обстоятельств Рихард Зорге познакомился с революционерами минувшей эпохи — своими родственниками, а через них — с коммунизмом, его теоретиками и теориями, с борцами за его идеи и их организациями.

Рихард Зорге в одном из кенигсбергских госпиталей после третьего тяжелого ранения в 1917 году.

В родительском доме он не смог почти ничего узнать о своем двоюродном деде, скончавшемся в США в 1906 году. В период революции 1848 года Фридрих Адольф Зорге выступал в поддержку крестьянско-демократического движения в прусской провинции Саксония и уклонялся от призыва в реакционную прусскую армию. Вместе с Фридрихом Энгельсом он организовывал восстания горожан и сельских жителей в герцогстве Баден на юго-западе Германии и сам сражался в рядах революционной баденско-пфальцской армии, изгнавшей герцога вместе с его придворной кликой из пределов родной земли. Поспешившим на помощь прусским войскам было оказано упорное сопротивление. В итоге революционное движение все же было потоплено в крови, а Фридриха Адольфа Зорге власти заочно приговорили к смертной казни. Он скрылся в Швейцарии, где продолжал революционную деятельность, за что был выслан из этой страны, уехал в Бельгию, откуда его вновь выслали по тем же причинам; в конце концов, он эмигрировал в США. И за океаном он принимал деятельное участие в организации и марксистской ориентации набиравшего силу рабочего движения с целью присоединения его к Международному товариществу рабочих.[23] С 1871 года Фридрих Адольф Зорге интенсивно переписывался с Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом[24]. После того как Генеральный совет 1-го Интернационала был переведен в Нью-Йорк, Ф. А. Зорге стал секретарем этой международной организации. Карл Маркс безраздельно доверял ему, это явствует, в частности, из его письменной рекомендации, данной Ф. А. Зорге в 1868 году: «Рекомендуем г-на Зорге всем друзьям Международного товарищества рабочих и одновременно уполномочиваем его действовать от имени и в интересах этой организации».

Из мемуаров своего двоюродного деда Рихард Зорге узнал и о том, что в их роду было еще несколько демократов, патриотов, интернационалистов и, наконец, революционеров. Его дед, человек богатырского телосложения, «избежал призыва на военную службу (в реакционной прусской армии — Ю. М.) благодаря тому, что определенным образом терроризировал чиновников из рекрутской конторы».[25] Другой двоюродный дед Рихарда, Герман Генрих Зорге, будучи двадцатидвухлетним молодым человеком также принимал участие в вооруженном восстании демократов против баденского герцога. А о своем прадеде Георге Вильгельме Зорге Рихард прочел, что «он был сельским священником; вошедшая в поговорку плодовитость этого сословия была ему столь свойственна, что за обеденным столом редко собиралось менее двенадцати членов семьи». Этот прадед «отличался свободомыслием и независимостью, отчего находился в постоянном конфликте с ортодоксами и властями (монархической Пруссии — Ю. М.) и в течение долгих лет активно боролся против их засилья… Весной и летом 1848 года» сельский пастор Зорге «активно участвовал в революционном движении в нашем родном округе между Эльбой и Мульдой в Саксонии, он был одним из популярнейших ораторов во время народных собраний на рынках и площадях».[26]

Революционные традиции в семье: двоюродный дед Рихарда Фридрих Адольф Зорге, соратник Карла Маркса и Фридриха Энгельса.

Оригинал рекомендательного письма для Фридриха Адольфа Зорге, написанного по-английски Карлом Марксом: «Лондон, 4-го июля 1868 г. Рекомендуем господина Зорге всем друзьям Международного товарищества рабочих и одновременно уполномочиваем его действовать от имени и в интересах этой организации. Карл Маркс, секретарь от Германии».

О своем незаурядном отце и об отчем доме Фридрих Адольф Зорге рассказывал далее следующее: «Революционные движения в чужих странах, по ту сторону от пограничных столбов Пруссии и Германии, также находили живой отклик в родительском доме, а в 40-х годах (ХIХ-го века — Ю. М.) наш дом, дом пастора (в Чорневице — Ю. М.) долгое время служил «станцией подземной железной дороги» — underground railway — которая вела из Франции и Бельгии в Польшу». Затем Ф. А. Зорге сообщал о том, что в те времена польские революционеры «часто останавливались в нашем доме… и после недолгого отдыха их переправляли дальше на пять-шесть немецких миль… до следующей станции».[27] Марксистский историк Франц Меринг в одной из своих статей в «Нойе цайт» дал прадеду Рихарда Зорге высокую оценку: «Он был свободомыслящим духовником, одним из тех саксонских «друзей света», которые в предмартовском либерализме сыграли весьма видную роль. Отчий дом Зорге служил «станцией подземной железной дороги»… Это было время, когда Роберт Блюм, первый революционный кумир мальчика Зорге, в ночной тишине ковал ключи, которые должны были открыть польскому восстанию ворота краковской цитадели».[28]

Титульный лист марксистской пропагандистской брошюры «Социализм и рабочий», написанной Фридрихом Адольфом Зорге в 1906 году в Лондоне.

Дважды упоминавшаяся здесь «подземная железная дорога» была создана по образу и подобию знаменитой «underground railway» — подпольной организации в США, которая с 1830 по 1860 годы тайно переправила из южных штатов страны в Канаду около пятидесяти тысяч освобожденных рабов. Аналогичным способом польские и австрийские революционеры скрытно переправлялись через кишевшую шпиками Пруссию; в их числе много раз бывал польский революционный демократ, социалист-утопист Эдвард Дембовский, эмигрировавший в Париж вместе с «Польским демократическим обществом» и оттуда помогавший организаторам и руководителям краковского восстания 1846 года против засилья Габсбургов.