HAROLD THOMPSON
281 GARTH ROAD
SCARSDALE, NEW YORK
«Гарольд Томпсон
281 Гарс роуд Скарсдейл, Нью-Йорк
Я знал Бранко Вукелича лучше (чем доктора Зорге — Ю. М.). Вуки (его прозвище — Ю. М.) работал на агентство Гавас, а когда его токийское отделение закрылось, он стал безработным… Вукелич мне нравился, при случае он часто оказывал мне помощь. Но вот однажды он пришел и спросил, не хотел бы я узнать кое-что относительно планов захвата японцами Сингапура. Не забывайте, что Япония в то время еще даже не находилась в состоянии войны (имеется в виду война против Великобритании и США — Ю. М.). Я разъяснил Вукеличу, что он ступил на опасный путь, что это уже шпионаж и что такие вещи не входят в компетенцию сотрудника органов прессы. Он рассмеялся и сказал… что у него… есть хорошие друзья среди японских военных. Тем не менее, я отказался выслушать его, еще раз его предупредил и подчеркнул, что в этих обстоятельствах больше не могу пользоваться его услугами.
Г. О. Томпсон».[325]
Это сенсационное признание Томпсона, опубликованное лишь спустя двадцать лет после войны, требует некоторых пояснений.
Сингапур, город с миллионным населением, расположенный в южной оконечности полуострова Малакка, являлся в то время колонией британской короны. Сингапурский порт принадлежал к числу крупнейших в мире. В этом городе скрещивались многие транспортные магистрали, он служил для Англии и США важной перевалочной базой сырья. Великобритания сделала Сингапур, кроме того, крупнейшей базой своего флота в Юго-Восточной Азии, которая держала под контролем столь важный для морского сообщения между Европой и Азией Малаккский пролив. Захват Сингапура имел большое значение для Японии не только в плане осуществления дальнейших актов агрессии: таким образом предоставлялась возможность отрезать сырьевые районы Юго-Восточной Азии и размещенные там британские войска от театра военных действий в Европе (см. карту).
Следует напомнить о том, что в директиве № 24 верховного командования вермахта, изданной в марте 1941 года, было зафиксировано: «Аннексия Сингапура как ключевой позиции Англии на Дальнем Востоке означала бы решающий успех совместных военных действий трех держав (Германии, Италии и Японии — Ю. М.)». А в Токио посол нацистской Германии Отт требовал от правительства Японии как можно скорее захватить Сингапур, «потребовав 6-го мая (1941 года — Ю. М.) еще раз, чтобы Япония атаковала Сингапур. Еще до 10-го мая он повторил это требование».[326]
По всей вероятности, примерно в это же время Бранко Вукелич попытался раскрыть соответствующие планы японцев известному американскому журналисту, так как Томпсон, по его словам, покинул Токио уже летом 1941 года. Это предупреждение, таким образом, могло состояться по меньшей мере за полгода до молниеносного нападения японцев на военно-морскую базу США Пёрл Харбор и высадки японского десанта на восточном побережье Малайи, проведенной на следующий день, 8-го декабря 1941 года. После захвата Малайи японские агрессоры вышли к Сингапуру. 15 февраля 1942 года полностью деморализованные, плохо подготовленные к отражению агрессии британские войска капитулировали. Не менее 70 000 английских и австралийских солдат и офицеров попали в плен к японцам.
После такой реакции Томпсона на предложение Вукелича становится понятно, почему разведчики группы «Рамзай», исходя из соображений безопасности, более не предпринимали попыток известить англоамериканские круги о грозящей опасности. Англичане и американцы явно не разобрались в ситуации и недооценили японских агрессоров. Попытки борцов за мир, сплотившихся вокруг Рихарда Зорге, предоставить им дальнейшую информацию были бы слишком рискованными. Им приходилось даже считаться с возможностью доноса в японскую тайную полицию.
Все вышесказанное дает ответ и на вопрос, почему действия Бранко Вукелича, продиктованные стремлением к сохранению мира и укреплению антифашистского фронта и после 1965 года содержались в строгой тайне в Великобритании и США.
В то время как в этих странах полностью замалчивались попытки Бранко Вукелича предупредить англичан и американцев, буржуазные историки и литераторы всех мастей после окончания второй мировой войны публиковали пространные рассуждения о деятельности группы «Рамзай», в которых пытались оценить вклад разведчиков в разгром фашистских армий под Москвой. Диапазон этой оценки простирается от воззрений печально известного гауптштурмфюрера СС Эриха Кернмайра, подвизающегося ныне в ФРГ под именем Эриха Керна лидера неофашистских писак, до суждений кильского профессора истории Михаэля Фройнда. Фанатик-антикоммунист Кернмайр считает, что доктор Зорге нанес «германскому Восточному фронту непоправимый урон и, с высокой степенью вероятности, предопределил исход боев на Восточном фронте в пользу большевизма».
Эту версию с готовностью подхватил и д-р Курт Центнер, автор «Иллюстрированной истории второй мировой войны». О битве под Москвой он повествует в антинаучной и крайне примитивной манере: «Эти дивизии (Красной Армии — Ю. М.) с их артиллерией, современными самолетами и наисовременнейшими танками вдруг наносят совершенно неожиданный удар чудовищной силы. Как это могло случиться? Ведь части Красной Армии в Европе были уничтожены?… Все это — дело рук одного-единственного человека, спасшего в те дни Советский Союз. Немец, коммунист, о принадлежности которого к коммунистической партии никто в Германии не знает… Журналист, доктор Рихард Зорге, зарубежный корреспондент ДНБ и корреспондент «Франкфуртер цайтунг» в Восточной Азии… И вот 6-го декабря (1941 года — Ю. М.), благодаря разведывательной деятельности журналиста Зорге, пробил час решающих событий — сибиряки двинулись в атаку! Они свежи и полны сил, намного лучше вооружены и оснащены, они привыкли воевать в условиях суровой зимы. Немецкие войска вынуждены отойти».[327]
С тех же позиций, что и старый нацист Кернмайр, делает выводы англичанин Чарльз Уайтон: «Рихард Зорге бесспорно был величайшим шпионом второй мировой войны. Нынешний Советский Союз, да, пожалуй, и вся система мирового коммунизма обязаны своим существованием этому немцу-русскому».[328]
Напротив, профессору истории Фройнду, по его утверждениям, удалось установить, что последняя, самая важная шифровка Зорге не внесла ничего нового в ситуацию и ни в коей мере не могла послужить одной из причин поражения гитлеровских армий под Москвой.[329] Между этими двумя полярно противоположными точками зрения бытует; множество других ошибочных суждений.
Будь доктор Зорге сегодня среди нас, эти жалкие потуги толкователей истории вызвали бы у него, в лучшем случае, лишь сочувственную улыбку. Насколько скромно Рихард Зорге оценивал коллективный вклад своей токийской разведгруппы в победу над врагом, можно судить по его словам, сказанным еще в камере смертников токийской тюрьмы: «Конечно, я не считаю, что мирные отношения между Японией и СССР сохранились только благодаря деятельности нашей группы. Однако, она несомненно способствовала этому».[330]
Марксистско-ленинское учение, которым товарищ Рихард Зорге владел, и которое постоянно применял на практике, четко определяет роль личности в истории. Масштабы личности доктора Зорге не оспаривают даже недруги. Утверждение о том, что от действий одного человека или небольшой группы людей может зависеть судьба Советского Союза, мировой социалистической системы и коммунистического движения во всем мире, основываются на принципиально неверных выводах буржуазных писак, вновь и вновь пытающихся с помощью разнообразных вывертов извратить сущность и закономерности развития общественного прогресса во всем мире. Такие и подобные утверждения делаются с целью увести читателя в сторону от истин марксизма-ленинизма, преуменьшить, принизить значение материального и духовного потенциала социалистических стран. Помимо этого, сознательное преувеличение заслуг доктора Зорге и его разведгруппы «Рамзай» делается, конечно же, отнюдь не в интересах этих разведчиков и борцов за мир. Велеречивые борзописцы более всего заняты поисками «случайных», исключительно субъективно обусловленных «причин» краха, которым закончилось для фашистской военной машины столкновение с первым в мире социалистическим государством. Они не останавливаются даже и перед тем, чтобы эти «причины» выдумывать.
