И советские разведчики, и группы антифашистского сопротивления в разных странах, в том числе и организация Шульце-Бойзен-Харнак,[311] неоднократно предупреждали об угрозе нападения фашистов на СССР. Фашистам не удалось до конца сохранить в тайне срок его осуществления. Все это, в конечном счете, подтверждало точность полученных из Токио сообщений.

Исследования, проведенные советскими специалистами, к настоящему времени окончательно подтвердили: советская разведка была в курсе замыслов фашистской Германии. Собранная ею разведывательная информация была достаточно обширной; однако, руководству разведки не удалось убедить Сталина в том, что Германия действительно намеревалась нарушить пакт о ненападении и начать войну против СССР.[312]

Донесения группы «Рамзай» и берлинской организации сопротивления поступили в Москву весьма заблаговременно: не за несколько часов или дней, а за несколько месяцев до начала агрессии. Сообщения группы Зорге из Токио, содержавшие описание основных стратегических сил, их распределения и запланированных направлений ударов фашистского вермахта и все точнее называвшие дату нападения, были, в основном, переданы в период с 5 марта по 16 июня 1941 года. Маршал Советского Союза Г. К. Жуков в своей книге показал, что как раз в марте и апреле 1941 года советский генеральный штаб все же предпринял целый ряд мер с целью повышения обороноспособности СССР — вероятно, не в последнюю очередь исходя из обоснованных предупреждений доктора Зорге, полученных разведуправлением Красной Армии. Так, например, с марта 1941 года генштаб СССР ускоренными темпами проводил модернизацию планов обороны западных границ, а план мобилизации в случае войны был скорректирован с учетом последних изменений ситуации. В апреле 1941 года советские генералы обсудили мероприятия, направленные на усиление оборонной мощи приграничных военных округов. Кроме того, в то время началось формирование пяти высокомобильных, способных быстро вступать в бой воздушно-десантных корпусов. Советская оборонная промышленность получила дополнительные срочные заказы.[313] Но для реализации всех этих мер и выполнения приказов требовалось определенное время. В этой ситуации фашистский вермахт напал на Советский Союз. В «Истории второй мировой войны» об этом говорится: «Определенную роль сыграли и ошибки в оценке возможных сроков нападения Германии на Советский Союз и вытекающие отсюда упущения в подготовке к отражению первых ударов агрессора. Незавершенное развертывание советских войск в соответствии с планами прикрытия страны, запоздалое получение последних командованием районов обороны оказали отрицательное воздействие на ход и результаты первых операций. Все это послужило причиной того, что армии прикрытия не смогли своевременно принять участие в сражениях на границе».[314]

Сталин недооценил значение непосредственной подготовки фашистской Германии к агрессии. И это при том, что донесения Зорге основывались, в частности, и на информации, полученной из рейхсканцелярии, а также от верховного командования вермахта. Так, в начале марта 1941 года в войска поступила следующая директива, изданная в связи с подготовкой нападения на Советский Союз:

III. 41 г.

«Верховное командование вермахта № 44282/41 «Совершенно секретно, особой важности»

Секретный документ особой важности

14 экземпляров Секретный документ (передавать только с офицером) 2-ой экземпляр

Директива № 24

о сотрудничестве с Японией

В целях организации сотрудничества с Японией фюрер приказал следующее:

1) Сотрудничество, основывающееся на Тройственном пакте, имеет целью как можно скорее побудить Японию к активным действиям на Дальнем Востоке. Это свяжет крупные силы англичан и вызовет смещение центра тяжести интересов Соединенных Штатов Америки на тихоокеанский регион.

Шансы Японии на успех будут, ввиду недостаточной готовности к войне ее противников, тем выше, чем раньше она откроет военные действия. План «Барбаросса» создает для этого особенно благоприятные политические и военные предпосылки.

2) Для подготовки сотрудничества необходимо всеми средствами укрепить военную мощь Японии.

Для этого командованию соединений вермахта следует идти навстречу пожеланиям японцев относительно передачи накопленного Германией военного и боевого опыта и оказания обширной и щедрой помощи в области техники и оборонной промышленности. Взаимность здесь желательна, однако, она не должна становиться поводом к осложнению переговоров. На передний план при этом, естественно, выдвигаются те заказы японцев, которые в скором будущем могут приобрести значение в ходе военных действий. Фюрер оставляет за собой право принимать решение в особых случаях.

Согласование оперативных планов обеих сторон поручается провести главному командованию военно-морского флота.

При этом необходимо учитывать следующие указания:

3) в качестве общей цели ведения войны следует определить быстрое нанесение поражения Англии и предотвращение таким образом вступления в войну США. В остальном Германия не имеет на Дальнем Востоке никаких политических, военных или экономических интересов, дающих повод для возражений против намерений Японии.

4) крупные успехи, достигнутые Германией в торговой войне дают основание считать особо целесообразным направить на реализацию тех же целей мощные силы Японии. Наряду с этим необходимо использовать любую возможность оказания поддержки торговой войне Германии.

5) ситуация в сырьевом обеспечении стран пакта требует, чтобы Япония присоединила к себе территории, необходимые ей для продолжения военных действий, особенно в случае вступления в войну Соединенных Штатов. Поставки каучука должны продолжаться и после вступления Японии в войну, поскольку являются для Германии жизненно важными.

6) аннексия Сингапура как ключевой позиции Англии на Дальнем Востоке означала бы решающий успех совместных военных действий трех держав.

Кроме этого, целесообразно атаковать другие системы опорных пунктов английских военно-морских сил — американских лишь в том случае, если не удастся предотвратить вступления США в войну — и тем самым поколебать устои господства противника в этих районах, а также путем нападения на морские коммуникации связать любые значительные силы (Австралия).

Время проведения оперативных совещаний определить пока невозможно.

4. Военным комиссиям, образование которых предусмотрено Тройственным пактом, следует заниматься лишь теми проблемами, которые в равной степени касаются всех трех стран-участниц. Сюда в первую очередь будут относиться задачи экономической войны. Окончательное решение по отдельным вопросам принимается «Главной комиссией» при содействии верховного командования вермахта.

5. По отношению к японцам не должно делаться никаких намеков касательно плана «Барбаросса».

Начальник главного командования вермахта

(В проекте подписано) Кейтель.

Копия верна Юнге

капитан третьего ранга».[315]

Такого рода директива, разумеется, предполагала наличие союзнических соглашений принципиального характера между фашистской Германией и императорской Японией. Этими соглашениями являлись «антикоминтерновский пакт» и упомянутый в директиве «Тройственный пакт». «Антикоминтерновский пакт», направленный против СССР и против социального прогресса во всем мире, был заключен в Берлине еще 25 ноября 1936 года. Его подписали высший чин СС Иоахим фон Риббентроп как Чрезвычайный и Полномочный посол Германии и Полномочный посол Японии виконт Кинтомо Мусанакодзи. Позднее к «антикоминтерновскому пакту» присоединились фашистская Италия и другие фашистские государства Европы и Азии. Подписанные в рамках этого пакта секретные дополнительные соглашения уже предусматривали тесное военное сотрудничество империалистических партнеров. Возникший на этой основе «Тройственный пакт», представлявший собой соглашение исключительно военного характера с первоначальным сроком действия 10 лет, был подписан 27 сентября 1940 года Германией, Японией и Италией с целью «установить и поддерживать в Европе и Азии новый (фашистский — Ю. М.) порядок». Под этим пактом поставили свои подписи И. фон Риббентроп, ставший к тому времени министром иностранных дел, его итальянский коллега граф Чиано и посол Японии в Берлине Сабуро Курусу. Этот фашистский альянс подтверждал обязательство Японии признавать и уважать «руководящую роль» Германии и Италии в установлении «нового порядка» в Европе, в то время как в азиатском регионе аналогичные привилегии предоставлялись Японии. Информацию о переговорах относительно заключения «Тройственного пакта» Зорге направил в генштаб Красной Армии еще 24 июня 1939 года.