В качестве многолетнего председателя социальных комитетов ХДС Блюм стал социальной совестью своей партии еще задолго до назначения на пост министра. Невысокого роста,  приземистый,  с лукавым взглядом из-за маленьких круглых очков,  квалифицированный инструментальщик,  он,  продолжив образование,  изучал среди прочего философию,  историю и германистику и в конечном итоге получил ученую степень. Блюм знал,  что многим обязан социальному государству. Функционирование этого государства было для него основной предпосылкой свободы и стабильной демократии. Фраза «Пенсии гарантированны!»,  конечно,  не соответствовала истине. Она не соответствовала истине,  потому что каждый,  кто ее слышал,  приходил к выводу,  что его пенсия гарантируется в рамках сделанных до сих пор обещаний. Но это было не так,  и Блюм об этом знал. Блюм часто — в том числе и во время пребывания в должности — подчеркивал ее относительность. В 1998 году он сказал в интервью газете «Цайт»: «Я по-прежнему настаиваю на том,  что пенсии гарантированы. Правда,  я никогда не утверждал,  что это некая природная данность. Пенсии гарантированы только в том случае,  если мы реагируем на изменения в численности населения и на бирже труда. К тому же мы имеем дело с переоценкой ценностей. На эти вызовы может и должна отвечать наша система». Подобная аргументация приводит читателя в недоумение. Ибо как может функционировать и обеспечивать граждан пенсионная система,  несмотря на названные им изменения экономических и социальных параметров,  Блюм ничего не ответил. Кроме того,  постоянно возникал вопрос: что особенного случилось за шестнадцать лет пребывания Блюма в должности,  что хорошо было бы изменить?

Образ штурмана тонущего корабля поможет понять роль Блюма в качестве федерального министра труда и социального обеспечения. В то время как капитан Коль полагал,  что на корабле не происходит ничего сверхъестественного,  Блюм,  с одной стороны,  успокаивал всех на борту,  а с другой — пытался подступить к самым насущным проблемам,  чтобы исправить огрехи финансовой системы. В ней самой он никогда не сомневался. И фраза о том,  что пенсии гарантированы,  должна была спасти достигнутое. Блюм сам спускался в трюм корабля и пытался не только заделывать пробоины в корпусе,  но и вернуть кораблю хоть какую-то плавучесть,  чтобы тот мог снова продолжать плавание. В 1992 году он перевел расчет пенсий с общей суммы жалованья на фактически получаемую сумму,  с брутто на нетто. Реформировал страхование пенсионеров на случай болезни,  ограничил засчитываемые сроки обучения и ввел демографический фактор — то есть при начислении пенсий принимался во внимание и год рождения. Однако этого было слишком мало,  и лишь немногие видели,  насколько серьезным стало положение дел еще до воссоединения. Распределительная система уже с шестидесятых годов могла поддерживаться только благодаря значительным субсидиям из бюджета федерального правительства. Когда в 1990 году в систему были включены пенсионеры бывшей ГДР,  федеральную субсидию пришлось повысить еще больше. Взносы рабочих новых федеральных земель никоим образом не могли уравновесить потребностей пенсионеров в новых федеральных землях.

Однако на реформы по-прежнему не решались — к ним только примеривались. Наследовавший Гельмуту Колю на посту федерального канцлера социал-демократ Герхард Шрёдер приступил к осуществлению реформ тоже лишь постепенно и в конечном счете непоследовательно,  поскольку эти реформы ограничились только помощью системе социальной защиты. Внимание Шрёдера было обращено прежде всего на страхование по безработице и на содействие безработным. Связанные с этим мероприятия не только поставили его партию перед испытанием на прочность,  но также привели ее к поражению на выборах в ландтаг в нескольких землях и вынудили Шрёдера досрочно уйти с поста главы федерального правительства. Для проведения неотложных реформ в системе здравоохранения и в пенсионной системе не хватило сил,  мужества и инициативы в обществе,  погрязшем в трясине интересов различных могущественных групп и таких институтов,  как партии,  профсоюзы,  союзы предпринимателей и земельные правительства. Сверх того,  это общество привыкло воспринимать реальность странным образом: давно знали,  что достаточного количества денег больше нет. Но если речь заходила об урезании предоставляемых до сих пор государством льгот,  каждый сразу начинал кричать,  что с ним поступают несправедливо,  и сравнивать себя с другими. На тонущем корабле все видят,  что набирается все больше воды,  но всякий раз указывают на другого,  когда встает вопрос о том,  кому становиться к помпе.

В период правления Герхарда Шрёдера прежняя пенсионная система существенно не изменилась. Сначала даже допустили ошибку,  когда дополнительно нагрузили систему,  упразднив введенный Блюмом демографический фактор. Словно в доказательство того,  что в распределительной финансовой системе пенсионеры уже не смогут получать достаточную пенсию,  наследник Блюма на посту федерального министра труда и социального обеспечения Вальтер Ристер ввел наконец в виде так называемой «пенсии Ристера» дополнительную,  но не обязательную пенсию,  выплачиваемую государством. Однако «пенсия Ристера» функционирует по системе предоставления средств для будущих выплат,  а не по системе перераспределения.

Осенью 2005 года Шрёдер,  которому так и не удалось преодолеть внутреннее сопротивление его реформам,  сделал ставку на переизбрание и проиграл. Впервые в истории ФРГ главой правительства,  сформированного большой коалицией из ХДС и СДПГ,  стала женщина — председатель ХДС Ангела Меркель. Когда федеральное правительство опубликовало новый прогноз по пенсионным выплатам на грядущие годы,  подтвердилась уверенность в том,  что газета «Тагесцайтунг» метко сформулировала в крупном заголовке на первой полосе: «Гарантировано одно: пенсии будут становиться все меньше».

Когда республиканец Джордж Уокер Буш,  сын бывшего президента США Джорджа Буша,  в 2001 году сменил на посту американского президента Билла Клинтона,  он приступил к выполнению своей программы «сочувствующего консерватизма». Бушу,  еще во время предвыборной борьбы демонстрировавшему тесную связь с христианской верой,  удалось привлечь на свою сторону голоса влиятельного в США христианско-фундаменталистского лагеря. Слова о Божьей воле,  о том,  что угодно Богу,  а что — грех,  постоянно звучали в его предвыборных речах.

В качестве первого за пятьдесят лет после Дуайта Эйзенхауэра президента от республиканской партии Джордж Буш-младший мог теперь апеллировать к большинству в обоих палатах конгресса: в палате представителей и в сенате. Выборы Буша президентом США были,  пожалуй,  самыми спорными в американской истории. Судьба предвыборной борьбы Буша с кандидатом от демократической партии Элом Гором решилась в штате Флорида,  где губернатором по пикантному совпадению обстоятельств был брат Буша Джеб и где корректность подсчета голосов в избирательных округах,  традиционно голосующих в большинстве своем за демократов,  без конца оспаривалась. США оказались на краю конституционного кризиса. И только решение Верховного суда,  вынесенное после продолжавшихся несколько недель прений,  объявило Буша-младшего победителем в этом федеральном штате и тем самым новым президентом.

Уже с самого начала пребывания Буша в должности стало ясно,  что этого президента будут сопровождать те же конфликты,  которые существуют в политической жизни США со дня их основания. Увеличивать или уменьшать государственное вмешательство? Стремиться к централизованной или децентрализованной власти? Допустимо ли религиозное влияние,  когда речь заходит об обществе,  или необходима нейтральная позиция,  характерная для эпохи Просвещения? США — это мировая миссионерская держава или самодостаточный могучий монолит?

Правительство Буша,  состоявшее из верхушки неоконсервативного движения,  имело свои ответы на эти вопросы и приступило к их осуществлению. В июне 2001 года Буш вопреки ожесточенному сопротивлению демократов провел снижение налогов. Государство начало устраняться от активного вмешательства в экономику. Но в общественной политике оно было строгим и вездесущим: например,  в нежелании официально разрешать гомосексуализм и аборты. Во внешней политике Буш руководствовался принципом «America first» («Сначала Америка») и объявил,  что США не будут придерживаться Киотского протокола и зафиксированных в нем рамочных условий всемирной защиты атмосферы. Ограничения выбросов вредных веществ в окружающую среду,  по словам Буша,  противоречат интересам американской экономики. Америка — центр мира. А сам мир воспринимался,  пожалуй,  как палисадник вокруг Америки.